— Я невеста Павла. Пришла увидеть дом, который мы у вас заберём! — Что вы сейчас сказали? — Люся удивлённо посмотрела на молодую, элегантную женщину

«Я невеста Павла. Пришла увидеть дом, который мы у вас заберём!»

Что вы сейчас сказали?

— Я невеста Павла. Пришла увидеть дом, который мы у вас заберём!

— Что вы сейчас сказали? — Люся удивлённо посмотрела на молодую, элегантную женщину, которую она впервые видела. — Что значит дом заберёте?

— А всё просто, Людмила… Вас же так зовут? — Оксана высокомерно посмотрела на девушку, которая подошла к воротам уютного загородного коттеджа в Павловской Слободе.

— Вы после развода по закону получили машину, как часть нажитого имущества и справедливые алименты. А дом… Дом мой Пашенька дал вам в качестве бонуса… Пожить на время… И вот время пришло его забрать, — спокойным голосом произнесла женщина.

— Что вы такое говорите, — Люся опешила и совершенно не знала, как себя вести.

— Говорю, как есть. У вас есть месяц, чтобы найти себе новое жильё. — Оксана улыбнулась, не скрывая злорадства. Она просто обожала вежливо унижать людей. Забрать дом у бывшей жены Павла раньше совершеннолетия детей была её идея.

— Подождите, — Люся собрала, наконец, в кучу мысли, — у меня с отцом моих детей договорённость, что мы здесь живём, пока дети не окончат школу и не поступят в институт. У нас тут учёба, кружки… Мы никуда не уедем!

— А это уже не вам решать, — на распев протянула Оксана. — У нас скоро свадьба, а потом всё. Вы собираете вещи и дружно уезжаете. Как раз учебный год закончится, и у вас будет целое лето устроить детей в новое место.

— Бред какой-то… Так, я немедленно звоню Паше! — Люся не верила своим ушам. Она достала из кармана телефон и набрала бывшему мужу. Павел сбросил.

— Сбросил, — растерянно произнесла Людмила. И набрала ещё раз. Но Павел снова сбросил её вызов.

— Конечно, сбросил, — надменно произнесла Оксана, — Пашенька сейчас очень занят на работе, а вы его отвлекаете разными глупостями.

Люся хотела возразить Оксане, но элегантная женщина, приехавшая на шикарном, красном кабриолете её перебила.

— Я собственно что приехала… Дом покажите. Хочу внимательно рассмотреть свои будущие владения.

— Что? — Выдавила Людмила, не переставая удивляться наглости незнакомки. — Так, пошла вон отсюда. Разворачивайся и проваливай! — Людмила перешла на ты и произнесла дрожащим голосом.

— А вот голос повышать я вам не советую! А то я поговорю с Пашей, когда он освободится, и у вас, вместо месяца, на сбор вещей будет только один день, — ледяным голосом отчеканила Оксана.

— Уезжайте, — уже спокойным голосом произнесла Люся.

— Я сюда приехала не на вас посмотреть, ворота открывайте, — требовательно произнесла Оксана.

Люся растерялась и впустила женщину. Оксана сначала прошлась по всем лужайкам и сделала несколько фотографий.

— Нормально, сойдёт. А теперь показывайте, что внутри, — сухо бросила женщина.

Людмила неохотно пустила Оксану в дом.

— Обувь снимите, — попросила Людмила, но Оксана её не услышала или не захотела услышать. Она расхаживала по комнатам, словно Наполеон по Петровскому дворцу. Людмила с трудом за ней поспевала.

— Мам, а кто это? — спросил старший сын Илья, когда Оксана зашла в его комнату со словами: «Не сильно он на отца похож, а он точно от Паши»

— Никто, знакомая отца, делай уроки, сынок, не отвлекайся, — Люся встала между сыном и Оксаной. — Всё посмотрели?! — У Людмилы от обиды внутри всё сжалось.

— Я не просто знакомая твоего отца, мальчик, я его будущая жена. И я та, кто заберёт ваш дом. Потому что ваш папа меня больше любит. — Оксана захотела именно так сказать. — Да, я увидела всё, что мне нужно. Провожать не надо, выход найду сама.

— Мамочка, что она такое говорит? — Испуганно спросил Илюша, когда Оксана вышла из комнаты.

— Ничего, не обращай внимания, любимый. Она просто пошутила. У некоторых людей плохо с чувством юмора. Делай уроки. — Люся поцеловала сына и бросилась вслед за Оксаной.

Людмиле было важно убедиться, что в моменте Оксана ей больше не навредит. Когда Людмила выбежала на крыльцо, Оксана уже садилась в свою машину. Оксана невозмутимо помахала Людмиле и шумно тронулась с места.

Люся снова набрала мужу, но Павел сбросил звонок.

— Неужели это правда? Неужели, она заберёт наш дом? А как же мы будем жить… — Людмила уже час сидела в кресле и смотрела в одну точку. — Паша не может так поступить. Да, он практически не общается с детьми… Но он всегда исправно присылает деньги и никогда не говорил, чтобы мы отсюда уезжали…

Тяжёлое и утомительное молчание прервал телефонный звонок. Это был Павел.

— Люсь, ну, чё ты названиваешь? Если я не подхожу, значит, я занят. Что случилось?

— Паша, тут ко мне сегодня женщина приезжала, Оксана. Она сказала, что вы женитесь, и что ты заберёшь у меня и у детей дом, — взволнованно проговорила Людмила, — Паша, это как понимать?

— Чёрт, её дёрнул приехать, никого не слушает! Я же ей сказал, что сам поговорю! — Проворчал Павел и смягчился в голосе. — Люся, да, мне придётся забрать дом. Я хотел это тебе спокойно объяснить, но, видишь, Оксана меня опередила.

— Как забрать дом? — Испуганно выпалила Людмила, которая до последнего отказывалась верить, что зловещие слова модно одетой, молодой женщины были правдой.

— У детей же школа… Илюше еще пять классов учиться, а Ирочке семь. Тут же кружки, друзья, тут вся жизнь, моя работа, наконец, — дрожащим голосом добавила Людмила.

— Понимаю, что тебе тяжело будет, но дом мне нужен, — холодно ответил Павел. — Через месяц я его заберу. А ты уже сама думай, где жить будешь. Ты и так там три года жила… Пора и честь знать.

— Что, значит, честь знать?! — Вскрикнула Людмила. — Там живут твои дети, которыми ты вообще не занимаешься. Только деньги посылаешь. Ты даже дочку с днём рождения не поздравил.

— Я уже начинаю сомневаться, что это мои дети, — сухо ответил Павел, — надо будет тест ДНК сделать. Кстати, давно хотел. А то я каждый месяц деньги плачу… А если дети не мои, то это вообще другой разговор с тобой будет.

— Как ты смеешь так говорить? — Людмила, которая, в отличие от Павла, всегда была ему верна, заплакала. — Я любила тебя! Я старалась в наших отношениях…

— Любила или не любила, это уже не важно! Всё, мне пора. Потом поговорим, — Павел бросил трубку.

Людмила сидела в кресле и всхлипывала.

— Господи, да что с ним произошло? Как он стал таким жестоким….

Немного успокоившись, Людмила решила выяснить, что происходит в жизни Павла и набрала сестре Павла, Галине, с которой у неё были хорошие отношения.

— Галь, привет, это Люся. Как поживаешь?

— О, Люсь привет. Всё хорошо, иду за мелкой в садик, ты как? — Ответил приветливый голос.

— Галочка, у меня беда. Павел нас выселяет. Говорит, чтобы мы через месяц освободили дом. И у него эта новая невеста… Оксана… Ты с ней уже знакома? Что там у Паши происходит? — Растерянно спросила Людмила.

— Ох, Люся, мы сами в недоумении. Моего брата после знакомства с этой пигалицей, словно подменили. Она его настроила против всех родственников. — Галя тяжело вздохнула.

— С матерью Паша вдрызг разругался, когда мама сказала, что ей не нравится Оксана и привела тебя в пример… С упрёком, какое золото он упустил… — Добавила женщина.

— Что прямо так и сказала? — Людмиле было приятно, что бывшая свекровь на её стороне.

— Да, Люсик, ты же знаешь, она к тебе всегда хорошо относилась, а эта молодая гадюка вертит Пашей, как вздумает. Он у неё глубоко под каблуком. — Галине было обидно за брата, и она не скрывала раздражения.

— Машину ей подарил, дорогущую… А сейчас, вот, хочет ей дом отдать, в котором ты живёшь. Чтобы она перевезла из своего города родителей… Такие дела, Люся… — Галина снова тяжело вздохнула.

— Но ты же понимаешь, что это неправильно? У детей здесь жизнь, всё налажено… Как вот так можно всё перечеркнуть… — Недоумевала Людмила.

— Видимо, родители новой жены для него важнее… У меня нет другого ответа, — с сожалением в голосе ответила Галина.

— Надо что-то с этим сделать, — решительно ответила Людмила.

— Я бы с радостью прогнала эту Оксану метлой… Но, кажется, что она сама на метле к Паше и прилетела, — Галина грустно усмехнулась.

— Давай, встретимся и поговорим с Тамарой Ивановной? Раз твоя мама на нашей стороне, у нас больше шансов придумать, что можно сделать, — в отчаянии предложила Людмила.

— Давай, я только за! Не хочу, чтобы мой брат сгнил под каблуком стервы, которая людей ни во что не ставит. И как он вообще с ней связался?! Точно, приворот. Сейчас, наберу маме и договорюсь о встрече, — Галина тепло попрощалась с Люсей.

На следующий день Тамара Ивановна и Галина приехали в гости к Люде повидать деток и обсудить неприятную ситуацию. Дом был куплен Павлом до брака. Повлиять на его решение, взывая к жалости, было также эффективно, как делать операцию на головном мозге гаечным ключом после сорокакилометрового марафона.

— Чтобы мои внуки остались без крыши над головой, из-за того, что мой сын без мозгов и совести… не бывать этому! — Решительно сказала Тамара Ивановна, когда Илюша и Даша доели её котлетки и весело убежали играть во дворе.

— Но, что я могу сделать, у меня здесь нет никаких прав, — грустно ответила Люда. Галина вопросительно посмотрела на маму.

— Значит так, девочки, вот что мы сделаем, — Тамара Ивановна рассказала свой план, над которым думала всю дорогу.

Павел сидел в ресторане и обедал с Оксаной. В этот момент в уютный и тихий зал вошли Людмила, Галина и Тамара Ивановна.

— Мама, Галя и… Люся… что вы здесь делаете? — Павел удивлённо посмотрел на трёх женщин, которые приблизились к столику.

— А вот и твоя семейка, нарисовалась, не сотрёшь, нахохлились как, смотри, — язвительно, со смешком произнесла Оксана.

— Встала и вышла вон отсюда! Мне с братом надо поговорить, — Галина положила руку на плечо Оксане.

— Руку убрала, я никуда не пойду! — Фыркнула Оксана.

— Ты не поняла? Я тебе сейчас бокал в глаз засуну! — Галина взяла бокал с шампанским и, выплеснув жидкость на красивое платье Оксаны, направила его в сторону её лица.

Испуганный официант хотел подбежать к столу, но Тамара Ивановна остановила его жестом. — Семейные разборки, не вмешивайтесь. Всё культурно. — Посмотрев на Оксану, женщина добавила:

— Девочка, тебе пора в уборную высушить платье. А потом не забудь проверить свой автомобиль. Когда мы проходили мимо парковки, там кто-то писал на капоте тебе неприличное слово. — Тамара Ивановна силой помогла остолбеневшей Оксане оторваться от столика.

— Может, еще где-то что-то написали или колёса проткнули… Так что ты свою машинку-то проверь, — добавила женщина, заняв кресло Оксаны.

Оксана, швырнув салфетку на салат, отправилась в уборную замывать платье, бросив по дороге Павлу: «Я от тебя такого не ожидала, как ты мог такое допустить».

Тамара Ивановна всегда была уверенной в себе женщиной. Работая в девяностые адвокатом по уголовным делам, она и не такое видела. Оксану она совершенно не боялась. Людмила и Галина также заняли свободные места.

— Мама, это что сейчас было? — Павел не скрывал возмущения. — Галя, я от тебя не ожидал… Как ты смеешь так вести себя с моей невестой… Люда, а ты вообще, что здесь делаешь.

— Сынок помолчи и послушай маму. — Тамара Ивановна сурово посмотрела на сына поверх очков. — Видишь, вот эту папку? — Женщина достала из сумки большую зелёную папку с бумагами.

— Тут все твои официальные и неофициальные доходы за последние десять лет. У меня есть свой человек в нужном кабинете, который нашёл всё, включая и твои тайные счета.

— Чего? — Павел в недоумении посмотрел на мать.

— То, что ты присылаешь Людмиле, называя это алиментами… Это копейки по сравнению с тем, сколько ты ей, на самом деле, должен по закону и всем правилам. — Добавила женщина.

Павел притих, потому что знал, что мать говорит правду. Он действительно скрывал большую часть своих доходов, даже от Оксаны. Тамара Ивановна продолжила.

— По закону, который на нашей стороне, твои внуки очень много чего не дополучили. Мы, когда начали считать, у нас волосы дыбом встали. — Мама Павла выразительно посмотрела на Галину и Людмилу. Женщины одобрительно кивнули.

— И я не говорю, что при разводе и разделе имущества ты спрятал свои накопления. Годами копил, как крысеныш, а Люде говорил, что ничего нет. — Тамара Ивановна презрительно посмотрела на сына.

— Дом купил до свадьбы, потом тебе, видите ли, не везло… А, как развёлся, снова внезапно стал очень богатым. — Сказала Тамара Ивановна и добавила с сожалением. — Надо мне было раньше включиться в этот вопрос.

— Мама, как ты смеешь так говорить, — злобно прошипел Павел.

— Смею! В этой папке все улики. И тут столько преступлений, что Люда может тебя смело в тюрьму отправить, а суд и закон быстро у тебя всё оттяпают в её пользу. — отчеканила Тамара Ивановна.

— Ты не посмеешь, — гневно крикнул Павел.

— Посмею, если заберёшь дом и посмею, если ты свяжешься с этой Оксаной, — грозно ответила Тамара Ивановна.

— Паша, она тобой вертит, а ты не замечаешь, — Галина включилась в разговор.

— Без денег ты был нужен только мне, — тихо произнесла Людмила.

— Значит так, сынок, мне нужно думать о внуках и о продолжении рода. И если с тобой у меня не вышло, я не позволю, чтобы и внуки выросли испорченными. Не в мою смену. — Тамара Ивановна попросила официанта принести ей стакан воды и продолжила.

— Вот, как мы поступим. Сейчас мы поедем к нотариусу, и ты подпишешь Людмиле дарственную на дом. Все документы мы уже подготовили. Это покроет всё то, что ты ей на самом деле должен. — Тамара Ивановна глотнула воды, поправила очки и добавила.

— Моим внукам каждый месяц будешь отправлять в три раза больше денег. И это я еще по-божески. Мы не увеличим сумму в десять раз при одном условии… — Мать Павла выдержала паузу и добавила.

Ты же понимаешь, что ты намного больше зарабатываешь. А мы это уже выяснили. — Тамара Ивановна потрясла папкой перед лицом сына.

— Итак условие, — добавила женщина. — Никакой Оксаны. Она плохо поступила с Людой и с тобой плохо поступает. Ты не видишь, мы видим. Придётся выбрать… либо она, либо деньги. Как я тебе сказала, Люда может у тебя забрать намного больше. И будут проблемы с законом.

— Решение надо принимать сейчас, братец, — добавила Галина. — Деньги или Оксана.

— Хочешь пойти против семьи и рода, значит, будут последствия, — железным голосом добавила мать. — Ломать жизнь моим внукам я тебе не позволю.

— Выбираю деньги, — тихо сказал Павел.

— Таких, как Оксана пруд пруди, когда есть деньги. А без денег у меня точно не срастётся с этой шикарной и властной женщиной, — подумал про себя мужчина.

— Люся, ты записала разговор? — Тамара ласково посмотрела на Людмилу.

— Да, Тамара Ивановна, каждое слово. — Людмила торжественно помахала телефоном.

— Вот и славно. На случай, если эта курица ещё раз к тебе сунется, тебе будет, что ей дать послушать. — С улыбкой сказала Тамара Ивановна Людмиле и, посмотрев на сына, добавила. — Если с Оксаной сам не попрощаешься, там, смелости тебе не хватит или ещё чего, мы тебе поможем.

Все женщины одобрительно кивнули.

— Ну что, сынок, проси счёт. Нотариус тебя уже заждался, — Тамара Ивановна убрала папку в сумку и улыбнулась Галине и Людмиле.

— Тамара Ивановна, вы святая женщина, как вам это удалось?! Он всё подписал… и дарственную и новое соглашение по алиментам… Это же чудо какое-то, — Людмила со слезами обнимала бывшую свекровь.

— Мам, и всё-таки, что там в папке? Что ты такого нарыла, — Галина повернулась с переднего сиденья и вопросительно посмотрела на мать.

Тамара Ивановна усмехнулась и протянула дочери папку.

— Мам, но здесь же… это же расписание фильмов спутниковых каналов, которое я тебе распечатала на прошлой неделе. А где все улики?

— А их и не было, дочка. Я просто очень хорошо знаю своего сына. — Женщина хитро подмигнула.

Машина повернула. Майское, вечернее солнце приятно осветило лица всех пассажиров. Солнце, которое всегда беспристрастно ласкает лица как всех добрых, так и всех злых людей.

Оцените статью
— Я невеста Павла. Пришла увидеть дом, который мы у вас заберём! — Что вы сейчас сказали? — Люся удивлённо посмотрела на молодую, элегантную женщину
Российским певцам не разрешили выступать в Европе. Киркоров и Лепс возмущены