— Дай на колодки, — Антон бросил передо мной ключи. — За крупный заказ со мной до сих пор не рассчитались, а без машины я по вызовам не поеду.
Он вошёл на кухню, продолжая разговор с матерью по громкой связи.
— Ларочка, ну войди в положение, — немедленно вмешалась Галина Петровна. — Мужику без машины никак нельзя, помоги супругу.
— Я уже оплатила квартиру и купила продукты, — спокойно ответила я, глядя прямо на мужа. — Твою машину содержать не буду.
Квартира принадлежала мне ещё до брака, но семейные расходы мы с Антоном всегда делили поровну. Он работал мастером по ремонту холодильного оборудования в сервисной фирме и постоянно брал частные заказы. Однако в последнее время его доходы стали чем-то мифическим. Весь быт незаметно перекочевал на мои плечи.
— Просто сейчас заказчик тянет с оплатой, — буркнул муж и ушёл в комнату жаловаться матери на мою холодность.
А вечером в дверь позвонили. На пороге стоял владелец продуктового магазина из соседнего квартала, которого я знала в лицо.
— Антон сумку с инструментами забыл, — объяснил мужчина, протягивая мне ношу. — Попросил занести сюда, раз мой магазин рядом с вашим домом.
— Спасибо. Он говорил, вы ещё не рассчитались за ремонт витрин…
— Да ну, я ещё вчера с Антоном полностью рассчитался, — удивился гость. — Хорошо сработал, всё запустил.
Когда муж вернулся, я дождалась, пока он вымоет руки.
— Сегодня заходил хозяин магазина. Он сказал, что полностью рассчитался с тобой ещё вчера, — ровным тоном произнесла я. — Где деньги, Антон?
Сначала муж попытался отвертеться, но под моим прямым вопросом сдался.
— У мамы, — неохотно признался он. — Мы копим на мою мастерскую в её гаражном боксе.
— То есть ты отдавал матери заработок, а она в те же дни звонила мне и просила оплатить лекарства?
— Накопления трогать нельзя, — огрызнулся Антон. — А лекарства нужны сейчас.
— Сегодня забираешь у матери то, что прятал, и снова участвуешь в расходах наравне со мной, — сказала я. — Либо собираешь вещи.
— Я сам заработал и сам решу, куда потратить! — вспылил муж.
— Тогда и свои расходы оплачивай сам.
С того дня я перестала покупать Антону продукты, готовить для него и оплачивать его личные расходы. Общую коммуналку я закрывала, но готовых ужинов дома для него больше не было.
Когда Антон потянулся за ключами от моей машины, чтобы поехать на вызов, я убрала их со стола.
— На своей поменяешь колодки и поедешь. Моя машина больше не заменяет твой кошелёк.
— А есть мы сегодня что будем? — возмутился он вечером, заглянув в пустую кастрюлю.
— Я поужинала. А свои продукты ты теперь покупаешь сам.
Оставшись без моих денег, Антон попытался взять на текущие расходы из собственных тайников. Но Галина Петровна категорически отказалась возвращать сыну накопления.
— На еду и бензин ничего не дам, — заявила свекровь. — Накопления трогать нельзя. Жена тебя обязана кормить.
Осознав, что официальной зарплаты на жизнь не хватает, Антон попытался пойти на мировую.
— Ларочка, давай мириться. Я начну нормально участвовать в расходах и больше не буду всё перекладывать на тебя.
Но назвать размер скрытых накоплений и забрать их у матери он наотрез отказался. Он искренне считал, что женщина никуда не денется, лишь бы рядом оставались знакомые брюки.
— Куда ты денешься? — усмехнулся он. — Из-за денег семью не разрушают.
Я предложила оформить развод добровольно, но в ЗАГС вместе идти Антон отказался. Тогда я подала иск о расторжении брака.
Юрист подтвердил: скрытые доходы, полученные в браке, могли учитываться при разделе, но наличные и их размер пришлось бы отдельно доказывать. Я не стала превращать развод в долгую тяжбу за деньги, которые муж нигде не фиксировал.
Поняв, что я не отступлю, Антон собрал вещи, вернул ключи и уехал к матери.
Через несколько дней Антон стоял у моей двери с чемоданом. Энтузиазма в его глазах было меньше, чем в прошлогоднем снеге.
Гаражный бокс Галина Петровна получила в наследство от своего отца и была его единственной собственницей. Антон вкладывал туда частные заработки, рассчитывая открыть мастерскую, но наличные передавал без расписок и большинство чеков не сохранял.
— Мама сдала бокс под шиномонтаж, — хмуро сообщил он.
Оказалось, арендатор предложил хорошую постоянную плату за готовое помещение, и мать решила, что регулярная аренда надёжнее сыновней мастерской. Вложения Антона она назвала добровольной помощью в улучшение её имущества. Без расписок и документов быстро доказать размер вложений он не смог.
— Деньги не возвращает, за квартиру и продукты теперь требует платить, — пожаловался Антон. — Лара, пусти меня обратно. Я буду отдавать часть будущих заработков.
— Ты вернулся не потому, что понял обман, — спокойно ответила я. — Тебе просто стало дорого жить без женщины, которая всё оплачивала. Обратно не пущу.
— Лара…
— Ты хотел независимости? Наслаждайся. А сосед мне в квартире не нужен.
Я потянула створку на себя, оставив Антона на лестничной площадке с чемоданом.
После вступления решения суда в силу развод завершился. Я быстро закрыла остаток долга за ремонт и впервые начала регулярно откладывать на море.
От общей знакомой я слышала, что заказов у Антона теперь хватает, а свободных денег — нет.
Ведь они были у него только тогда, когда рядом находилась бесплатная жена, за чей счёт можно было их не тратить.
