Когда Ксения открыла дверь своей квартиры, из спальни вышла девочка лет девяти и спросила, где лежат полотенца. За её спиной на светлом ковре стояли три клетчатые сумки, два чемодана и коробка с посудой.
Ксения поставила рабочую сумку на тумбу и сняла пальто. В гостиной работал телевизор, на кухне звякала крышка кастрюли, а из кабинета доносился мужской голос. Кто-то обсуждал продажу машины и обещал перезвонить после ужина.
На диване сидела Людмила Сергеевна, мать Романа. Она снимала чехлы с подушек и складывала их в таз.
— Вот и ты, — сказала свекровь. — Я решила всё постирать. Цвет красивый, но маркий. С ребёнком такие вещи долго не служат.
Рядом лежал рулон прозрачной плёнки. Журнальный столик уже был накрыт, края загибались возле ножек.
Из кухни вышел Роман. Муж широко улыбнулся и развёл руками.
— Ты только спокойно выслушай. У Ларисы хозяин попросил освободить квартиру. У мамы в дачном доме сломалось отопление. Они поживут здесь, пока Лариса оформляет покупку.
За ним появилась его сестра в домашнем халате Ксении. В руке она держала половник.
— Соль у тебя где? — спросила Лариса. — Мама говорит, на верхней полке, а там одни баночки.
Утром халат висел на двери ванной.
— Роман, выйдем в коридор.
— Да чего выходить? Здесь свои.
Из кабинета выглянул Вадим, муж Ларисы. На столе был открыт рабочий ноутбук Ксении, рядом стояла чашка.
— Интернет хороший, — сообщил он. — Роман пароль подсказал.
Муж подошёл ближе и заговорил быстрее.
— Комнаты четыре. Мы остаёмся в спальне, Лариса с Вадимом займут кабинет, Соня будет в гостевой, мама расположится в гостиной. Месяца на два, не больше. Я всё продумал.
— Когда ты это продумал?
— Не начинай с допроса. Людям сейчас тяжело.
Девочка снова появилась в коридоре и прижала полотенце к груди.
— Бабушка сказала, теперь это и мой дом.
Ксения посмотрела на мужа.
— Когда они приехали?
— После обеда. Я взял выходной и помог с вещами.
— Ты дал им ключи и поселил сюда без моего согласия.
Роман перестал улыбаться.
— Тебе сорок один год, а ты считаешь комнаты и чашки. Нормальная семья так не живёт. Ты целыми днями на работе. Мама приготовит, Лариса поможет по дому, Соня тебе не помешает.
— А кабинет?
— Поработаешь из офиса. Ты всё равно приносишь домой только отчёты.
Лариса переставила кастрюлю на другую конфорку.
— Вадиму нужно место для звонков. У тебя половина стола пустая.
Людмила Сергеевна разгладила плёнку на журнальном столике.
— Роман твой муж. Не чужой человек. Он имеет право помочь родным.
Ксения прошла в спальню и закрыла дверь. На ручке шкафа висела детская кофта, на тумбочке лежали заколки, нижний ящик был выдвинут. Она села на край кровати и достала телефон.
Днём пришло уведомление о крупном переводе. На работе Ксения смахнула его, решив проверить вечером. Теперь она открыла банковское приложение и увидела списание двухсот восьмидесяти тысяч рублей.
Этот вклад Ксения открыла за пять лет до свадьбы. Деньги остались после продажи комнаты, полученной от бабушки. Роман знал пароль от домашнего планшета. Однажды она попросила его оплатить доставку, и после той покупки он не вышел из приложения.
Получателем был Роман.
Ксения сделала снимки экрана, сменила пароль и завершила все активные сеансы. Затем поставила запрет на вход с новых устройств. После этого достала договор на квартиру, паспорт, рабочий ноутбук и зарядное устройство.
Квартира была куплена семь лет назад и полностью оплачена до знакомства с Романом. Муж здесь не был зарегистрирован. Его постоянная регистрация оставалась в доме матери.
В коридоре он увидел документы и нахмурился.
— Ты куда собралась?
Ксения положила телефон на тумбу экраном вверх.
— Зачем ты перевёл себе двести восемьдесят тысяч?
Лариса перестала мешать соус. Вадим вышел из кабинета и прикрыл за собой дверь.
— Это временно, — сказал Роман. — Ларисе не хватает на первый платёж. Через два месяца вернём.
— Ты взял деньги с моего личного вклада.
— Мы в браке. Хватит повторять это «моё».
— Верни всё до понедельника.
Он усмехнулся и повернулся к родственникам.
— Видите? Я говорил, что с ней невозможно обсуждать помощь семье.
Ксения убрала телефон в карман.
— До понедельника квартира должна быть свободна.
— Не смеши людей, — сказала Людмила Сергеевна. — Ты же сама можешь пожить у сестры. Здесь места всем хватает.
— Я останусь у себя.
Роман снял со связки запасные ключи и хотел убрать их в карман, но Ксения протянула ладонь.
— Положи на тумбу.
— Это и мой дом.
— Нет. Ты жил здесь с моего согласия. Сейчас ты привёл ещё четверых и взял деньги. Ключи на тумбу.
Соня стояла у стены и смотрела на взрослых. Ксения повернулась к девочке.
— Ты ни в чём не виновата. Иди к маме.
Лариса увела дочь в гостевую. Роман положил ключи рядом с телефоном.
Вечером Ксения закрылась в спальне. Родственники ужинали на кухне, Лариса громко расставляла тарелки, а Людмила Сергеевна дважды дёрнула дверную ручку и спросила, долго ли хозяйка собирается держать всех под замком.
Ксения позвонила двоюродной сестре Надежде и коротко объяснила, что произошло.
— Приехать? — спросила та.
— Нет. Просто будь на связи.
После разговора Ксения пододвинула к двери кресло. Оно не могло остановить взрослого человека, но ручка больше не стучала о дверцу шкафа, когда кто-то проходил по коридору.
Ночью Роман написал ей из соседней комнаты. Он обвинял жену в том, что она портит отношения из-за денег и пустых комнат. Через десять минут пришло второе сообщение. Муж соглашался попросить родных уехать через месяц, если Ксения перестанет обращаться с ним как с должником.
Она перечитала обе фразы, выключила звук и легла поверх покрывала. За стеной Вадим продолжал говорить по телефону в её кабинете.
Утром Ксения позвонила юристу Анне Михайловне, которую знала по работе. Сначала перечислила факты, затем объяснила свой план.
— Сегодня отправлю Роману письменное требование вернуть деньги и освободить квартиру за семь дней. Сниму комнаты на телефон и составлю опись. Если кто-нибудь попытается вывезти имущество, подам отдельное заявление.
— Решение разумное, — ответила Анна Михайловна. — Я проверю текст. Не спорьте о семье и благодарности. Фиксируйте деньги, вещи и сроки.
После разговора Ксения открыла дверь спальни. На кухне Людмила Сергеевна резала хлеб, Лариса кормила Соню кашей, а Роман пил кофе из чашки Ксении.
— Я остаюсь здесь до освобождения квартиры, — сообщила Ксения. — В спальню без меня никто не входит. Кабинетом до отъезда пользуйтесь, но ноутбук и бумаги не трогайте.
— Ты собралась жить с нами под одной крышей и устраивать проверки? — спросила свекровь.
— Я собралась жить в своей квартире.
Роман отодвинул чашку.
— Вот зачем ты всё это произносишь? Мы можем нормально договориться.
— Ты уже договорился. С собой, с мамой и с Ларисой.
В воскресенье Ксения составила опись имущества. Чеки на диван, стол, телевизор и технику хранились в электронной почте. Она распечатала их и сложила в серую папку. Затем включила уведомления с подъездной камеры. Доступ у неё был давно, потому что она входила в совет дома и оплачивала обслуживание системы.
Родственники следили за ней из гостиной. Лариса несколько раз пыталась заглянуть в бумаги, а потом сказала брату, что Ксения разыгрывает большое начальство.
— Она бухгалтер, — ответил Роман. — Для неё вся жизнь в бумажках.
Ксения услышала это из коридора и продолжила записывать серийный номер телевизора.
В понедельник Роман вернул сто тысяч.
Остальное, по его словам, Лариса уже передала продавцу квартиры. Забрать деньги можно было только после отказа от сделки, а отказываться сестра мужа не собиралась.
Ксения позвала Романа на кухню. Людмила Сергеевна сразу включила воду в раковине, но Ксения закрыла кран.
— До среды верни остаток. В среду я подам заявление по факту перевода без моего согласия. Если пропадёт хотя бы одна вещь, её тоже внесу.
— Ты решила оставить мою сестру без квартиры?
— Деньги взял ты. Отвечать тоже тебе.
— У неё ребёнок.
Ксения посмотрела на Соню. Девочка сидела на диване и завязывала шнурок на домашней туфле.
— Поэтому Лариса должна была сначала спросить, чьи деньги ей отдают.
Роман потёр ладонью щёку.
— Я два года живу рядом с женщиной, которая может сама купить квартиру, сменить работу и никого не спросить. Хотел хоть раз сделать что-то для своих без твоего разрешения.
Ксения взяла со стола его телефон и придвинула обратно.
— Тогда продавай машину. Это твоя вещь. Ею и распоряжайся.
— Ты серьёзно?
— Да.
Он забрал телефон и вышел.
Во вторник Ксения снимала квартиру для описи. В гостевой стояла раскладушка Сони. Людмила Сергеевна спала на диване. Лариса и Вадим перенесли в кабинет матрас, но письменный стол оставили у окна. Рабочие бумаги лежали в двух коробках у стены.
В спальне Соня делала уроки на кровати и стирала ластиком задачу. Розовая крошка сыпалась на покрывало.
— Тётя Ксения, мы скоро уедем? — спросила девочка.
— Тебе мама не сказала?
Соня покачала головой.
В дверях появилась Лариса.
— Не разговаривай с ней.
Ксения убрала телефон.
— Тогда поговорим с тобой. Деньги нужно вернуть до завтра.
— Я не откажусь от квартиры. Продавец уже ждёт остаток.
— Ищи другой источник.
— Ты одна. Тебе эта сумма сейчас не нужна.
Ксения положила копию требования на край стола.
— Завтра после десяти я подам заявление.
— Подавай. Пока разберутся, мы уже переедем.
На кухне Ксения задержалась возле окна. Во дворе Соня бросала маленький мяч в сетчатую корзину. Девочка промахнулась, побежала за ним и поскользнулась на мокрой плитке. Лариса подняла дочь, отряхнула ей колени и увела под козырёк.
Ксения открыла сообщение Анне Михайловне. Несколько минут смотрела на пустую строку, затем написала, что готова дать родственникам месяц. Палец остановился над кнопкой отправки.
Роман вошёл на кухню, увидел её телефон и спросил:
— Решила всё-таки не позориться?
Ксения заблокировала экран.
— Что?
— Я знал, что ты остынешь. Лариса сказала, ты весь день на Соню смотришь. Нормальный человек ребёнка зимой не выставит.
Он достал из холодильника контейнер, отломил вилкой кусок запеканки и ушёл в гостиную.
Ксения снова открыла сообщение, удалила его и написала юристу, что срок остаётся прежним.
В среду в половине десятого на телефон пришло уведомление с подъездной камеры. В кадре появились двое грузчиков. Они внесли ремни и складную тележку.
Ксения закрыла рабочий файл и открыла сайт объявлений. На странице Романа стояли фотографии её дивана, письменного стола и телевизора. В описании было сказано, что вещи продаются срочно в связи с переездом.
Она сохранила страницу и позвонила по номеру из объявления с рабочего телефона.
— Я покупатель. Грузовик уже у дома? Подождите десять минут, я привезу наличные.
Роман согласился.
Во дворе грузчики уже вынесли стол. Ксения подошла к нему, положила ладонь на столешницу и встала между мебелью и кузовом.
— Не загружайте. Стол принадлежит мне. Продавец не имеет права им распоряжаться.
Она показала паспорт, выписку из реестра и чек. Затем включила запись и повторила требование. Рабочие развернули стол и понесли его обратно. Водитель просмотрел документы, но Ксения не дала ему вставить слово.
— Погрузки не будет. Заказ оформлен человеком, которому эти вещи не принадлежат. Если машина останется во дворе, я фиксирую номер и вызываю полицию.
Водитель кивнул рабочим. Те занесли стол в подъезд.
Роман выбежал из дома без куртки.
— Ты следишь за мной?
— Ты выставил мои вещи в открытом объявлении.
— Я хотел вернуть тебе деньги.
— Моими же вещами?
Возле машины остановились двое соседей. Роман увидел их и заговорил тише.
— Не надо здесь устраивать. Я продам машину и закрою вклад. Дай неделю.
— До вечера.
— Ты понимаешь, что машину за день нормально не продать?
— Вчера ты предлагал сестре продолжить покупку моими деньгами. Сегодня продаёшь мой стол. Я больше не жду.
Ксения открыла сохранённое объявление.
— До шести вечера деньги возвращаются на вклад. После шести я подаю заявление по переводу и прикладываю объявление с записью.
Роман посмотрел на водителя, затем достал телефон. Через несколько минут объявления исчезли. При Ксении он позвонил владельцу площадки, где недавно выставлял машину на комиссию, и согласился снизить цену ради быстрой продажи.
К вечеру на счёт Ксении пришли сто восемьдесят тысяч. Вместе с переводом понедельника сумма составила двести восемьдесят тысяч.
Лариса ждала брата на кухне. Ксения услышала разговор из спальни.
— Ты обещал, что она согласится, — сказала сестра мужа. — Ты говорил, вклад почти общий.
— Я всё вернул.
— За счёт машины. А теперь чем ты маму повезёшь? Чем нам поможешь с переездом?
— Я ради вас это сделал.
— Нет, Рома. Ты полез в её деньги, а нас поставил перед фактом. Продавец задаток не отдаст. Вадим с утра звонил, ему уже всё объяснили.
Людмила Сергеевна попыталась вмешаться, но Лариса перебила её:
— Мам, хватит. Он сказал, что Ксения сама предложила нам пожить. Мы приехали и узнали правду у двери.
Роман вышел из кухни и увидел жену в коридоре. Он хотел что-то сказать, но Лариса позвала Вадима и начала перечислять коробки для переезда. Роман закрылся в кабинете.
На следующий день Лариса отказалась от покупки. Продавец удержал часть задатка. Вадим, муж Ларисы, заказал машину для переезда, а она сама сложила вещи Сони. К брату Лариса больше не обращалась.
Роман до последнего просил оставить мать ещё на месяц. Людмила Сергеевна молча укладывала посуду в ту же коробку, с которой приехала. На плёнке журнального столика остался круглый след от горячей чашки.
В пятницу Ксения принимала квартиру. Надежда ждала на лестничной площадке, а внутрь Ксения вошла одна. Она прошла по комнатам, сверила имущество с описью и получила от Романа все ключи.
— Лариса со мной не разговаривает, — сказал он. — Мама считает, что я всех подвёл. Машину отдал почти даром. Ты довольна?
— Ты сам выбрал, чем платить.
— А наш брак?
Ксения убрала ключи в карман.
— Документы получишь через Анну Михайловну.
— То есть всё? Даже разговаривать не будешь?
— Мы неделю разговаривали. Ты ни разу не спросил, как вернуть то, что взял. Ты спрашивал, сколько ещё можешь этим пользоваться.
Роман поднял последнюю сумку. В дверях он задержался, ожидая, что мать или сестра позовут его с лестницы. Там работал лифт, Вадим придерживал створки, а Лариса считала коробки. Никто не вернулся.
Он вышел и закрыл за собой дверь.
Ксения проверила окна и подошла к журнальному столику. Пока родственники жили в квартире, плёнку нельзя было снять без нового спора. Теперь она освободила края, свернула покрытие и вынесла его в общий контейнер во дворе.
Через неделю мастер заменил замок. Вечером Ксения вернулась с работы, поставила сумку в прихожей и прошла в гостиную. На чистой столешнице лежали новые ключи. Она убрала их в верхний ящик тумбы и закрыла его.
