— Я тут прикинула, гарнитур фисташковый закажем.
Елена замерла прямо на пороге собственной прихожей. Ключ так и остался торчать в замочной скважине с наружной стороны. Дверь оказалась не просто не заперта, она была приоткрыта, поэтому Елена вошла совершенно бесшумно. Но сюрприз ждал её совсем не в расхлябанных петлях.
Еще внизу, у подъезда, она столкнулась с хмурым мужиком в синей спецовке. Он громко ругался с консьержкой, тыча коротким пальцем в экран планшета, и требовал немедленно пустить его на этажи к «этим злостным неплательщикам». Елена тогда лишь скользнула по нему равнодушным взглядом и поспешила к лифту. Ей было не до чужих разборок.
У неё хватало своих проблем. На работе аврал, у сына порвались зимние ботинки, а бывший муж третью неделю игнорировал сообщения.
Она приехала забрать сезонные вещи. Квартира была её, добрачная, уютная двушка в спальном районе. Покупали они её с родителями еще до того, как Елена познакомилась с Дмитрием. После развода Дмитрий долго причитал о тяжелой мужской доле, внезапном кризисе среднего возраста и ужасах съемных углов. Уговаривал пустить его пожить на годик, пока не встанет на ноги и не найдет нормальную работу.
Елена тогда устала от скандалов. Она просто хотела тишины. Согласилась, собрала вещи, уехала с сыном к матери на другой конец города, а сюда почти не заглядывала. Дмитрий клялся следить за порядком и вовремя оплачивать квитанции.
И вот теперь, на её кухне, склонившись над старой мойкой, стояла совершенно незнакомая девица. Волосы стянуты в тугой пучок на затылке, на пальце поблескивает массивное кольцо, а в руках — строительная рулетка. Металлическая лента со звоном втянулась в пластиковый корпус.
На кухонном столе, прямо поверх застарелых пятен от кофе, веером были разложены глянцевые каталоги мебели.
Девица обернулась на шорох в коридоре и недовольно скривила накрашенные губы.
— Вы из клининга, что ли?
— Чего?
Елена медленно опустила на пол пустую дорожную сумку.
— Я же Димочке русским языком сказала, чтобы к выходным заказывал уборку. Мы еще старьё это не вынесли. Куда вы припёрлись в грязной обуви? Разувайтесь немедленно, тут вообще-то люди живут!
Девица говорила с таким напором, словно отчитывала нерадивую домработницу.
— Я, милая моя, не из клининга.
Елена прошла на кухню прямо в сапогах, намеренно тяжело ступая по полу.
— Я из реальности. А вы у нас кто будете? Дизайнер интерьеров? Или служба доставки?
Девица уставилась исподлобья. Она отбросила рулетку на стол и уперла руки в бока.
— Я — Карина. Будущая жена Дмитрия. И хозяйка этой квартиры. А вот вам лучше выйти на лестницу, пока я полицию не вызвала. Ходят тут всякие, двери не закрывают.
— Хозяйка, значит.
Елена усмехнулась, разглядывая растерзанный кухонный стол. Возле раковины валялись пустые контейнеры из-под доставки еды. Запах стоял специфический — смесь дешёвого соевого соуса и немытой посуды.
— И гарнитур фисташковый?
— Именно!
Карина победно вскинула подбородок, уверенная в своем превосходстве.
— Дима сказал, всё старьё на помойку пойдет. Мы решили тут всё под себя переделать. Обои под покраску, технику встроенную закажем. Уютненько будет. Когда птенцы подрастают, вылетают из гнезда. Вот и мы семейное гнёздышко вьём.
Из комнаты, шаркая по полу, выплыл сам Дмитрий. В домашних спортивных штанах, с выдающимся вперед животом, он выглядел сильно помятым. Видимо, только что проснулся. Увидев Елену посреди кухни, он резко затормозил, едва не споткнувшись о ножку стула.
— Ты чего припёрлась?
Дмитрий нервно одернул футболку на животе. Лицо его пошло красными пятнами.
— Мы так не договаривались! Ты должна была позвонить! Я тебе русским языком говорил, чтобы заранее предупреждала!
— Дим, это кто?
Карина подошла к нему вплотную, по-хозяйски цепляясь за рукав.
— Она вообще ввалилась без спроса. Стоит тут, хамит. Следы вон оставила.
Дмитрий бегал глазами от новой пассии к бывшей жене, явно соображая, как выкрутиться из ситуации.
— Это… Елена. Бывшая моя.
Карина вытаращила глаза. Она окинула Елену цепким, оценивающим взглядом с ног до головы, задержавшись на простом пуховике.
— А, та самая.
Карина мгновенно сменила возмущенный тон на откровенно покровительственный.
— Пришла алименты клянчить? Так Дима сказал, что оставил тебе машину в счет всего. И вообще, это наша территория теперь. Не лезь в чужую семью. У нас свои планы на жизнь.
Елена перевела взгляд на бывшего мужа. Тот стоял, вжав голову в плечи, но упрямо выпятив челюсть. Машину он действительно оставил. Старую иномарку, которая требовала ремонта на сумму, превышающую её стоимость. Елена продала её на запчасти еще полгода назад.
— Твоя территория, Дима?
Елена спрятала руки в карманы куртки, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.
— Прямо так и сказал? Прямо так и пообещал молодой невесте светлое будущее на чужих квадратных метрах?
— Я тут пашу как проклятый!
Дмитрий наконец обрел голос. Он шагнул вперед, пытаясь казаться больше и значительнее.
— Ремонт вот затеял! Имею право на нормальную жизнь! А ты вечно приходишь и всё портишь. Выматывайся давай, у нас планы! Нам в строительный магазин ехать нужно!
— Планы у вас. Замечательно.
Елена чуть склонила голову набок, наблюдая за этим спектаклем.
— А то, что эта квартира оформлена на меня за пять лет до нашего знакомства, в твои планы входит? Или Карина не в курсе таких досадных мелочей?
Карина недоверчиво покосилась на Дмитрия. Рука, державшая его за рукав, чуть дрогнула.
— Дим? Она бредит? Ты же сказал, это твоя холостяцкая берлога! Что ты её сам отгрохал! Ты же обещал, что мы тут детскую сделаем!
— Не слушай её, Карин!
Дмитрий замахал руками, стараясь загородить Елену спиной.
— Она просто завидует! Мы договорились, что я тут живу! Я квартплату плачу, между прочим! Содержу метры в порядке! Она вообще не имеет права сюда заявляться без предупреждения!
— Да что ты говоришь.
Елена окинула взглядом гору немытой посуды и пыльные углы.
— Квартплату он платит. А сыну на зимние ботинки ты почему денег зажал в прошлом месяце? Сказал, что на мели. Сказал, что макароны пустые ешь, бедолага.
— На свои хотелки будь добра сама и зарабатывай!
Дмитрий принял позу оскорбленного достоинства.
— Я не обязан твои прихоти спонсировать! У меня новая семья начинается! Конфетно-букетный период! Мне деньги нужны! Я женщину свою должен радовать, а не твои капризы оплачивать!
— На фисташковый гарнитур?
— Да хотя бы и на него!
Карина, видимо, решив, что Дмитрий успешно отбил атаку, снова обрела уверенность. Она выступила вперед, загораживая стол с каталогами.
— Дима мужчина, он должен жить в комфорте. А ты пилишь его до тех пор, пока он не прогнётся. Если его не пинать, он в бревно превратится. Вот он и ушел к той, кто его ценит. Кто вдохновляет на поступки!
Елена смерила её долгим, тяжелым взглядом. Молодая, глупая, уверенная, что вытащила счастливый билет. Дмитрий ждал привычного скандала. Он стоял в позе обиженного мальчика, всем своим видом готовый красоваться перед Кариной своей невероятной мужской стойкостью. Ждал, что Елена начнет кричать, требовать ключи, выгонять их на улицу.
Но Елена не стала кричать. Она медленно наклонилась и подхватила с пола свою пустую дорожную сумку. Вещи для сына она купит новые.
— Знаешь, Дима, — ровно сказала Елена. — Живите.
Дмитрий осекся на полуслове. Его боевой запал моментально испарился.
— Что?
— Живите, говорю. Выбирайте гарнитур. Клейте обои под покраску. Вдохновляйтесь.
Елена закинула сумку на плечо, развернулась и сделала шаг в коридор.
— Я даже мешать вам не буду. Разбирайтесь сами со своим комфортом.
Карина гордо вздёрнула нос, победно прижимаясь к плечу Дмитрия. Тот уставился на бывшую жену, слегка приоткрыв рот. Он явно не ожидал такой легкой капитуляции и теперь судорожно соображал, в чем подвох.
В этот момент на лестничной клетке раздались тяжелые шаги. На пороге стоял тот самый хмурый мужик в синей спецовке. Он деловито щелкал шариковой ручкой, глядя в свой планшет.
— Квартира сорок восемь?
Он даже не смотрел на хозяев, сверяя какие-то цифры на экране.
— Ну мы, — настороженно отозвался Дмитрий. — А в чем дело? Мы ничего не вызывали.
— Дело в том, уважаемый, что у вас долг за электроэнергию висит огромный. Полгода ни копейки не плачено. Сумма там приличная набежала.
Мужик наконец оторвал взгляд от экрана и сурово сдвинул брови.
— Уведомления игнорируем. В дверь звоню — не открываете. Хорошо вот, приоткрыто было. Думали, спрячетесь?
Рулетка, которую Карина до этого вертела в руках, с глухим стуком упала на пол.
— Какой долг?
Она резко дёрнула Дмитрия за рукав, её голос предательски дрогнул.
— Дима, ты же сказал, что всё оплачиваешь! Ты же тут хозяин! Ты же сказал, у нас бюджет на ремонт отложен! Какой еще долг за полгода?!
— Я… это ошибка!
Дмитрий попытался загородить собой проход на кухню, словно электрик собирался вынести их старый холодильник.
— Я завтра всё закрою! Мужик, дай день! У меня на карте деньги лежат, просто лимит превышен! Переводы заблокировали, технический сбой!
— Ага, лимит. Сказки мне не рассказывай.
Мужик в спецовке тяжело вздохнул, развернулся к открытому электрическому щитку прямо в прихожей и уверенно потянул руку к тумблерам.
Что-то громко щёлкнуло.
Свет на кухне мгновенно погас. Старый холодильник захлебнулся собственным гудением и затих. Квартира погрузилась в густой, неприветливый полумрак.
Елена молча перешагнула через порог на ярко освещенную лестничную клетку.
Мужик в спецовке наклеил поверх переключателей широкую красную бумажную ленту, провел по ней пальцем, закрепляя края, и повернулся к застывшей в темноте парочке.
— Автомат я опечатал. Свечки-то купили, хозяева?
