Ника вбила данные пациента в базу стоматологической клиники, распечатала квитанцию и пододвинула терминал для оплаты. Смена подходила к концу. За день перед стойкой администратора прошли десятки людей, и у Ники гудели плечи.
Она взяла телефон, чтобы проверить расписание на завтра, и увидела уведомление от банковского приложения.
С общего накопительного счета, к которому у мужа был доступ, исчезли сто пятьдесят тысяч рублей. Те самые деньги, которые Ника собирала на перекрытие прохудившейся крыши на даче.
Ника набрала номер мужа.
— Борь. Куда ушли деньги с накопительного?
— О, привет! — бодро отозвался Борис. — Слушай, я как раз собирался тебе рассказать. Это инвестиция.
— Какая еще инвестиция? Нам через две недели бригаду оплачивать. Материалы уже заказаны.
— Ника, не мысли так узко! Кровля подождет. Тут подвернулся шикарный проект. Кристина выходит на маркетплейсы. Она нашла поставщика эксклюзивных сумок из Дубая. Мы вложились на старте, через месяц вернем в двойном размере.
Ника прикрыла глаза.
— Ты отдал деньги на ремонт крыши своей сестре на сумки?
— Это называется диверсификация рисков. Кристина знает толк в брендовых вещах. У нее потрясающая насмотренность. Ей просто нужен был стартовый капитал, чтобы выйти на правильный уровень нормы.
— Уровень нормы — это когда в доме с потолка не течет во время дождя. Верни деньги.
— Ника, ну что ты начинаешь? Транзакция уже прошла. Поставщик в Эмиратах отгружает товар. Мы с тобой в доле.
Она завершила вызов, не дослушав про перспективы арабского импорта.
Домой Ника добралась через час. В прихожей стояли чужие туфли.
Из гостиной доносился смех. Борис сидел на диване в домашних спортивных штанах, закинув ногу на ногу. Напротив него в кресле устроилась Кристина. Золовка была при полном параде: брендовый кардиган, идеальный маникюр, волосы уложены волосок к волоску.
На журнальном столике между ними возвышалась огромная коробка с золотым тиснением.
— О, а вот и наш инвестор! — Борис развел руками, приветствуя жену. — Проходи, приобщайся к красивой жизни.
Ника остановилась напротив столика.
— Кристина. Завтра утром сто пятьдесят тысяч должны лежать на моем счету.
Золовка перестала улыбаться. Она поправила идеальную складку на кардигане.
— Здравствуй, Ника. Зачем ты с порога разрушаешь ресурсное состояние? Мы же делаем общее дело. Боря сказал, что эти деньги лежат без движения. Деньги должны работать.
— Они и работали. Они ждали кровельщиков.
— Крыша — это пассив, — вмешался Борис, принимая позу бывалого бизнесмена. — А мы вложились в актив. Посмотри на это качество!
Он потянулся к коробке и вытащил оттуда сумку кричаще-зеленого цвета.
— Это лимитированная коллекция. Кристина продаст ее с накруткой в триста процентов.
Ника смотрела на зеленую кожу.
— И кому она ее продаст?
— Своей аудитории! — возмутилась Кристина. — У меня огромный круг общения. Люди ценят статус.
— Твоя аудитория, Кристина, это другие безработные женщины, которые ищут себя. На какие шиши они купят у тебя сумку с накруткой?
Борис нахмурился.
— Ты зачем человека обесцениваешь? Кристина наконец-то нашла свою нишу. Ей нужна была поддержка. Родная семья должна подставлять плечо в такие моменты.
— Родная семья подставляет плечо твоей сестре каждый год, — Ника не повышала голос, но говорила так же четко, как объясняла пациентам план лечения. — В прошлом году мы оплатили ей курсы энергодыхания. Шестьдесят тысяч. Где результат?
— Я проработала свои блоки! — парировала золовка.
— А позапрошлый год? — продолжила Ника, игнорируя ответ. — Борис отдал сорок тысяч на твой марафон желаний.
— Это инвестиции в мое развитие! Если ты привыкла всю жизнь сидеть на ресепшене в своей клинике, это не значит, что все должны так жить. Я мыслю масштабно.
— Масштабно ты тратишь чужие деньги. Борис, я повторяю. Завтра мне нужно оплачивать профнастил.
Борис откинулся на спинку дивана.
— Ника, ты ведешь себя неадекватно. Откуда я их сейчас возьму? Товар в пути. Давай отменим эту твою бригаду. Подумаешь, крыша. Накинем пленку до следующего сезона, ничего страшного не случится. Это же дача, а не дворец.
— Эта дача досталась мне от бабушки. И я не позволю ей сгнить из-за того, что твоей сестре захотелось поиграть в бутик.
Кристина обиженно поджала губы.
— Боря, я же говорила, что она меня ненавидит. Ей просто жалко для меня денег. Она не понимает, что такое настоящий стиль.
— Ника, извинись перед сестрой, — велел Борис. — Она к нам с добром пришла, принесла образец показать, а ты скандал на ровном месте устраиваешь.
Ника смотрела на мужа. На человека, с которым прожила десять лет.
— Давай проясним ситуацию, — сказала Ника. — Ты взял деньги, которые я откладывала со своих премий. Ты прекрасно знал, для чего они нужны.
— Это общие деньги! Мы в браке! — перебил Борис.
— В общие деньги ты за последние пять месяцев не положил ни копейки. Твой прошлый проект по продаже авторских мангалов прогорел. До этого была попытка стать криптоброкером. Ты живешь за мой счет, Борис.
— Я ищу себя! Я не хочу горбатиться за копейки, как некоторые! У меня потенциал!
— Твой потенциал обходится мне слишком дорого.
Ника подошла к журнальному столику. Она взяла в руки зеленую сумку.
— Значит так, Кристина. Я оставляю этот образец себе в счет уплаты долга.
— Положи на место! — взвизгнула золовка. — Ты ее испортишь! Это люкс!
— Это залог. Завтра вернешь сто пятьдесят тысяч, и я отдам тебе твой люкс.
— Да откуда у меня такие деньги?! — сорвалась Кристина.
— На свои хотелки будь добра сама и зарабатывай.
Борис вскочил с дивана.
— Положи сумку, Ника. Ты перегибаешь палку. Это уже ни в какие ворота не лезет. Ты позоришь меня перед сестрой.
— Ты сам себя позоришь.
Ника бросила зеленую сумку обратно в коробку.
— Оставьте себе. Я найду деньги на крышу.
Она развернулась и пошла в спальню. Борис последовал за ней, на ходу продолжая выговаривать претензии.
— Вот вечно ты так! Чуть что не по-твоему — сразу сцены! Я мужчина, я имею право принимать решения, куда инвестировать семейный бюджет!
Ника остановилась у шкафа.
— Имеешь. Только теперь это будет твой личный бюджет.
Она достала с полки стопку его футболок и переложила на кресло.
— Что ты делаешь? — Борис осекся.
— Освобождаю место. Моя зарплата теперь идет только на мои нужды. И на содержание моей дачи.
— А я? А как же продукты? Коммуналка?
— Коммуналку делим пополам. Квитанции буду оставлять на тумбочке. Продукты каждый покупает себе сам. Нижнюю полку в холодильнике можешь занять.
Борис рассмеялся, но смех вышел неестественным.
— Ты серьезно сейчас? Из-за каких-то бумажек ты готова разрушить семью? Да ты без меня загнешься! Ты же просто администратор!
— Я администратор, который кормил свободного инвестора целый год. Посмотрим, кто быстрее загнется.
В гостиной раздался голос Кристины.
— Боря! Я ухожу! Если твоя жена не умеет себя вести, мне здесь делать нечего! Моя энергетика этого не выдержит!
— Иди, Кристина, — крикнула Ника. — Успешных продаж на маркетплейсах.
Борис топтался посреди спальни.
— Ты об этом пожалеешь. Я не позволю так с собой разговаривать. Я кормилец в этой семье!
— Кормилец, который не может оплатить себе ужин. Жду твою половину за свет до пятого числа.
Ника вышла из спальни, оставив его наедине с переложенными футболками. Она чувствовала себя так, словно отработала две смены подряд, но голова была абсолютно ясной. Она достала из кармана телефон и перевела остатки средств с общего накопительного счета на свою личную карту, закрыв доступ для мужа.
Спустя месяц Борис перебрался жить к Кристине.
Раздельный бюджет оказался непосильной ношей для человека с масштабным мышлением. Когда выяснилось, что продукты не появляются в холодильнике сами по себе, а за интернет нужно платить реальными деньгами, Борис попытался устроить еще один скандал. Ника не стала спорить. Она просто показала ему квитанции.
Бизнес Кристины с сумками ожидаемо не взлетел. Партия так и осталась лежать в коробках в ее квартире, потому что целевая аудитория золовки не оценила дубайский эксклюзив.
Теперь два непризнанных гения жили под одной крышей, рассказывая друг другу о своих грандиозных планах на будущее.
А Ника оплатила бригаду кровельщиков. По выходным она ездила на дачу, смотрела на новенький профнастил и наслаждалась тем, что теперь ее деньги работают только на нее саму.
