— Женщина без стратегического мышления — это как шуруповерт без аккумулятора. Жужжит много, а толку ноль! — громогласно возвестил от входа мой бывший муж Аркадий, по-хозяйски вваливаясь в мою новую мастерскую.
Я провела сухой ветошью по столешнице восстановленного дубового комода начала прошлого века, смахивая невидимую пыль, и аккуратно закрепила сбоку ценник. В просторном помещении пахло пчелиным воском, свежей древесной стружкой, дорогим кофе и терпким лаком. Сегодня мы праздновали расширение: я арендовала соседний цех, прорубила широкую арку, наняла еще двух подмастерьев и устроила закрытый показ новых работ для постоянных клиентов. Гости пили игристое из изящных пластиковых стаканчиков, оценивали бархатную обивку восстановленных кресел, обсуждали текстуру дерева.
До появления Аркаши всё шло просто замечательно. Эдуард, известный в городе дизайнер интерьеров, проводил тонкими пальцами по обивке стульев и хвалил качество швов. Лидия Михайловна, управляющая бутик-отелем, присматривала новую партию пуфиков для холла. Зоя Павловна, наш главный поставщик элитных тканей, увлеченно рассказывала гостям про особые свойства итальянского гобелена. Идиллию нарушил мой бывший родственник.
Он вошел так, словно только что лично спроектировал и построил это здание, а теперь пришел принимать работу у подрядчиков. В распахнутом демисезонном пальто, с акриловым шарфом, небрежно перекинутым через плечо, и с таким важным видом, будто это он выстрогал Буратино, а потом удачно вывел его на фондовую биржу. Он демонстративно вытер ботинки о коврик, хотя на улице стояла сухая погода, и шагнул внутрь. За его спиной маячили двое крепких, коротко стриженных парней в одинаковых дутых куртках. Парни смотрели по сторонам с деловым прищуром, оценивая обстановку и оборудование.
— Наденька, душа моя! — Аркадий раскинул руки, едва не смахнув локтем поднос с тарталетками, который держала девушка из кейтеринга. — Принимай поздравления. Вижу, мои вложения в твой скрытый потенциал наконец-то дали обильные всходы. Я же всегда говорил, что из тебя выйдет толк, если тебя правильно направлять.
Я положила маркер в карман рабочего фартука и скрестила руки на груди. Мы развелись пять лет назад. Все «вложения» Аркадия в мой потенциал заключались в том, что он исправно протирал штанами диван в нашей однушке, пока я перетягивала старую мебель в холодном гараже, чтобы прокормить нас обоих. Работает Аркаша обычным продавцом-консультантом в строительном гипермаркете, в отделе гипсокартона и сухих смесей, но амбиций у него всегда было на генерального директора крупной корпорации. Вся его помощь сводилась к тому, что он критиковал мои швы на обивке, лежа перед телевизором с тарелкой чипсов. А когда я тащила на себе тяжелые рулоны ткани с оптового рынка, он советовал мне активнее развивать логистику.
— Здравствуй, Аркадий, — ровным тоном ответила я, выходя на середину зала. — Какими судьбами? Тебе профиль для гипсокартона негде складировать, или ты на запах бесплатного кофе забрел?
— Оставь эти свои женские шпильки для подружек, — снисходительно отмахнулся он, проходя вглубь зала и по-хозяйски оглядывая стеллажи с инструментами. — Я по делу. И с инспекцией. Должен же я посмотреть, как функционирует предприятие, у истоков которого я стоял.
Мой старший мастер, Семеныч — мужчина суровый, с усами, похожими на жесткую щетку для чистки обуви, — перестал отмерять рулеткой резную ножку стула. Он сдвинул рабочие очки на кончик носа, почесал за ухом плотницким карандашом и посмотрел на Аркадия поверх стекол долгим, немигающим взглядом.
— Надежда Николаевна, — пробасил Семеныч, перехватывая поудобнее тяжелую деревянную киянку. — Это что за сквозняк тут образовался? Вентиляцию приглушить или само выветрится?
— Спокойно, Семеныч, — я жестом попросила мастера не вмешиваться. — Это мой бывший муж. Пришел забрать свои вещи, которые забыл пять лет назад. Аркадий, твоя совесть случайно в углу гаража не валялась? Нет? Значит, не забыл.
Гости вежливо прыснули. Аркадий суетливо поправил узел шарфа, но тут же взял себя в руки. Он повернулся к своим спутникам, широким жестом обведя помещение.
— Вот, парни, смотрите. Антон, Кирилл, знакомьтесь. Это моя бывшая супруга, Надежда. Женщина, безусловно, талантливая, но в суровом бизнесе — чистый ребенок. Если бы не моя жесткая руководящая рука и не мои связи на начальном этапе, сидела бы она до сих пор в сыром гараже, клеила табуретки на клей. А теперь — посмотрите на этот размах!
Парни уважительно закивали. Один из них, Антон, подошел к огромному кожаному дивану, который мы перетягивали для загородного клуба, и провел ладонью по подлокотнику.
— Солидно, Аркадий Борисович. Вы не преувеличивали. Точка жирная. Оборудование серьезное стоит.
— А то! — Аркадий выпятил грудь так, что пуговицы на его рубашке жалобно натянулись. — Я слов на ветер не бросаю. Я эту империю, можно сказать, по кирпичику проектировал. Вот это, — он уверенно ткнул пальцем в антикварный секретер карельской березы, — отличная работа с прессованными опилками. Сразу видно, качественная пленка наклеена. Моя школа! Я всегда учил Надю брать дешевую основу и делать вид, что это эксклюзив.
Семеныч громко крякнул и шагнул вперед.
— Это массив карельской березы, девятнадцатый век, — раздельно произнес мастер, надвигаясь на Аркадия. — Какая пленка? Какие опилки? Ты, мил человек, дерево от картона отличить не можешь, а туда же — в проектировщики империй лезешь.
Аркадий ничуть не смутился. Он покровительственно похлопал Семеныча по плечу, от чего мастер инстинктивно сжал киянку крепче.
— Дед, ты в технологии не лезь. Главное не из чего сделано, а как продано! Маркетинг! Упаковка! — Он подошел ко мне вплотную, понизив голос, но ровно настолько, чтобы ближайшие гости, включая управляющую отелем Лидию и дизайнера Эдуарда, все прекрасно слышали. — Надя, нам надо серьезно поговорить. Без лишних ушей. Дело не терпит отлагательств.
— Аркаша, у меня сегодня праздник, гости, показы, — я скрестила руки на груди. — Если ты хочешь предложить мне купить партию бракованного ламината по скидке, то ответ «нет». Если хочешь занять денег — ответ тоже «нет», но уже с восклицательным знаком.
— Ты мыслишь на уровне плинтуса, Надежда! — оскорбился бывший муж, снова переходя на лекторский тон. — Я пришел с конструктивным предложением. Пора выводить наши финансовые отношения на цивилизованный, европейский уровень.
— Это как? — я склонила голову набок. — Ты начнешь платить алименты на нашу давно выросшую дочь? Решил компенсировать те годы, когда бегал от приставов по съемным квартирам?
— Я про бизнес! — рявкнул он, раздраженно дернув плечом. — Давай начистоту. Твоя мастерская раскрутилась. Пошли жирные заказы. Рестораны, отели, частные коллекции. Ты думаешь, это все само на тебя свалилось? Думаешь, это потому, что ты поролон ровно режешь и гвозди забивать умеешь?
— Вообще-то, да, — я кивнула. — И еще потому, что я работаю по четырнадцать часов в сутки, постоянно учусь новым техникам реставрации, а мои мастера знают свое дело от и до.
— Наивность провинциалки! — расхохотался Аркадий, привлекая внимание уже всей мастерской. Музыка как раз стихла, и его голос разнесся под высокими потолками. — Все это работает только благодаря моему незримому покровительству! Моим рекомендациям в нужных кругах! Я, Надя, годами формировал твою клиентскую базу. Я шептал нужные слова нужным людям в строительной сфере. Я, можно сказать, твой невидимый покровитель в мире больших денег!
Семеныч выронил киянку на бетонный пол. Звук вышел звонкий, привлекающий внимание всех присутствующих.
— И к чему эта увлекательная лекция по альтернативной истории? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает веселое предвкушение.
— К тому, что период бесплатного продвижения закончился, — Аркадий сунул руки в карманы брюк, принял позу хозяина жизни и выдал: — Я хочу свои десять процентов. Ежемесячно. От валовой выручки. Это стандартная мировая практика. Процент за предоставление клиентской базы и использование моего имени в деловых кругах.
Гости разом замолчали, от удивления даже жевать перестали, во все глаза глядя на бывшую родню. Зоя Павловна застыла с недоеденной тарталеткой. Лидия Михайловна медленно опустила свой бокал на столик. Эдуард поправил шейный платок и с огромным интересом уставился на Аркадия, словно на редкий, чудом выживший экспонат.
— Использование… твоего имени? — переспросила я. — Аркадий, твое имя в нашем городе ассоциируется только с просроченным клеем для обоев, который ты в прошлом году пытался всучить местному жилищнику. О каком продвижении речь?
— Ты не уходи от темы! — насупился он, чувствуя, что эффект от его речи немного смазался. — Я привел тебе лучших клиентов. Весь твой элитный сегмент — это исключительно моя заслуга. Мои связи! И эти парни, — он кивнул на Антона и Кирилла, — тоже здесь благодаря мне. Я расширяю твой штат. Это готовые бригады, которые будут работать под моим началом, но на твоей территории и под твоим брендом. За управление персоналом ты мне еще отдельный процент должна перечислять.
Он действительно верил в то, что говорил. Его нахальство не имело никаких пределов и занимало добрую половину помещения. Он стоял посреди чужого успеха и на полном серьезе пытался обложить его данью просто потому, что когда-то мы были женаты.
— Хорошо, Аркаша, — я подошла к рабочему столу и оперлась о него руками. — Десять процентов. За клиентскую базу. Дело есть дело. Любой труд должен быть справедливо оплачен.
Аркадий победно хмыкнул и подмигнул своим парням, мол, смотрите и учитесь, как знающие люди решают вопросы.
— Но, — я подняла указательный палец, — как в любом прозрачном деле, нам необходим строгий учет. Прежде чем я начну переводить тебе свои кровные заработанные деньги, давай проведем проверку твоих заслуг. Назови мне, пожалуйста, прямо сейчас, при всех присутствующих, хотя бы одного крупного заказчика, которого привел в мою мастерскую лично ты.
Аркадий задрал подбородок. Он обвел взглядом присутствующих, выискивая глазами кого-нибудь посолиднее. Его взгляд остановился на Лидии. Управляющая бутик-отелем выглядела именно так, как должен выглядеть самый желанный клиент: дорогое кашемировое пальто, идеальная укладка, нитка настоящего жемчуга на шее.
— Да пожалуйста! — Аркадий уверенно ткнул пальцем в сторону Лидии. — Вот, например, уважаемая дама. Крупный заказ на реставрацию холла отеля. Моя работа! Я с ее мужем… то есть, с партнерами… короче, я замолвил словечко на закрытой строительной выставке! Лично рекомендовал!
Лидия, до этого с интересом наблюдавшая за сценой, удивленно приподняла идеально выщипанную бровь. Она сделала два шага вперед, четко печатая шаг каблуками по наливному полу.
— Простите, мужчина, — ее голос звучал бархатно, но с такими ледяными нотками, что Аркадий слегка поежился и плотнее запахнул пальто. — Вы, собственно, кто такой будете?
— Аркадий Борисович, — он приосанился, пытаясь включить обаяние опытного продавца. — Мы с вами пересекались… э-э… на форуме застройщиков в прошлом году. Я настоятельно рекомендовал вам мастерскую Надежды как лучшего подрядчика в регионе.
Лидия повернулась ко мне.
— Надя, это и есть тот самый непризнанный гений маркетинга, о котором мы только что говорили?
— Он самый, Лидия Михайловна, — подтвердила я.
— Крайне познавательно, — Лидия снова посмотрела на Аркадия, изучая его с ног до головы. — Видите ли, Аркадий Борисович. Я не замужем, партнеров по бизнесу у меня не имеется, я единственный учредитель и владелец отеля. На строительных форумах я отроду не бывала, так как предпочитаю доверять такие вопросы профильным специалистам. А мастерскую Надежды мне порекомендовала моя родная сестра, Лариса. Которой Надя в позапрошлом году блестяще восстановила антикварную кушетку. А Ларисе, в свою очередь, Надю посоветовала ее мастер по маникюру. Скажите, Аркадий Борисович, вы случайно не подрабатываете в салоне красоты по вечерам?
Гости радостно зашумели. Семеныч засмеялся так, что закашлялся, и ему пришлось приложиться к бутылке с минеральной водой. Дизайнер Эдуард захлопал в ладоши.
Аркадий заморгал, нервно поправляя шарф.
— Это… это просто частный случай! — попытался он выкрутиться, теребя пуговицу на пальто. — Я не могу помнить всех клиентов в лицо! Я работаю с потоком! С огромными массами людей! Моя задача — задать направление движения рынка!
— Давайте проверим массы, — предложила я. — Зоя Павловна! Выйдете на минутку из тени?
Зоя, яркая женщина в леопардовом палантине, с огромным удовольствием выступила вперед.
— Зоя Павловна поставляет нам лучшие итальянские ткани, — пояснила я для всех. — У нас эксклюзивный контракт с хорошей оптовой скидкой. Твоя работа, Аркаша? Твои связи?
— Естественно! — ухватился за спасительную соломинку бывший муж, переводя дух. — Я пробил этих поставщиков через таможню! У меня там брат одноклассника работает! Я лично звонил, договаривался о зеленом коридоре для грузов!
Зоя Павловна захохотала густым, раскатистым басом, от которого задрожали бокалы на столе.
— Мальчик мой, — пропела она, подходя к Аркадию и бесцеремонно трогая лацкан его дешевого пальто. — Какая таможня? Я эту ткань фурами из Москвы везу от официального дилера со всеми документами. А с Надей мы познакомились пять лет назад в коридоре налоговой инспекции, когда в одной очереди стояли отчетность сдавать. Ты тогда, помнится, с ней еще разводился и орал на весь этаж, что она без тебя с голоду пропадет и приползет на коленях. Не пропала, как видишь. Цветет, пахнет и расширяется. В отличие от твоего гардероба.
Аркадий начал суетливо озираться по сторонам. Его свита — Антон и Кирилл — уже не выглядела такой уверенной. Парни переглядывались, и в их взглядах читалось явное сомнение в адекватности и влиятельности своего наставника.
Тут вперед шагнул Эдуард. Он изящным жестом поправил очки в роговой оправе.
— А я? — манерно протянул дизайнер. — Неужели вы и меня привели в эту чудесную обитель эстетики? Я Эдуард, ведущий дизайнер проектов премиум-класса.
Аркадий, окончательно потеряв ориентиры, решил идти до конца.
— Да! И вас тоже! — выпалил он. — Я передал ваши контакты Наде! Сказал, что вы перспективный специалист!
Эдуард прижал руки к груди.
— Какой кошмар. Если бы я знал, что меня рекомендует человек в шарфе из стопроцентного акрила и ботинках из кожзаменителя, я бы со стыда сквозь землю провалился. Мужчина, от вас несет унынием и дешевой распродажей. Вы портите мне восприятие антиквариата! Надя, гоните этого сказочника, он разрушает здесь всю гармонию.
Аркадий задышал тяжело и шумно, пытаясь найти хоть одно знакомое лицо. Он увидел в толпе Маргариту, владелицу сети популярных кофеен.
— А вот эта дама? — Аркадий решительно ткнул пальцем в Маргариту. — Я отлично помню, мы с вашим закупщиком пили кофе на заправке на трассе. Я тогда четко обозначил, что наша мастерская может закрыть ваши потребности в мебели. Моя работа!
Маргарита с интересом отложила в сторону деревянную линейку, которую вертела в руках.
— Очень увлекательная история, — ровным тоном произнесла она. — Особенно если учесть, что я все закупки веду лично, кофе на заправках не пью из принципа, а вашу мастерскую, Надежда, я нашла через поисковик в интернете по запросу «реставрация книжных шкафов дорого». Скажите, уважаемый, вы вообще из какой реальности к нам забрели? У вас там своя атмосфера и свои законы физики?
Смех в зале стал совсем уж громким.
— Так, все! — Аркадий рубанул рукой воздух, пытаясь перекричать гостей. — Вы тут все сговорились! Женская солидарность, сборище развели! И этого любителя бархата приплели! Я не собираюсь перед вами оправдываться в деталях. Факт остается фактом — я привел к тебе готовые профессиональные бригады! Рабочие руки! Крупные объекты на подходе!
Он резко повернулся к Антону и Кириллу.
— Парни, подтвердите! Мы же детально обсуждали огромный объем работ? Ресторан на набережной, два сетевых кафе в центре города. Все через меня! Я вам гарантии давал!
Антон, парень с татуировкой гаечного ключа на шее, тяжело шагнул вперед. Он не смотрел на Аркадия, он смотрел прямо на меня.
— Надежда… Николаевна, верно? — спросил он густым басом.
— Верно, Антон. Слушаю вас внимательно.
— Мы тут, кажется, немного недопоняли сложившуюся ситуацию, — Антон почесал затылок. — Нам Аркадий Борисович как картину обрисовал? Говорит, пересеклись на строительном рынке. Слово за слово. Говорит, есть у него на примете крутое производство. Но хозяйка там — женщина творческая, в цифрах не соображает, с заказчиками общаться не умеет. Поэтому все финансовые потоки и распределение объектов он держит в своих крепких мужских руках. Говорил, что без его подписи ни одна деревяшка со склада не уедет.
— Вот как интересно, — я приподняла брови, чувствуя, как картина его махинаций проясняется окончательно. — И что было дальше?
— Ну, он сказал, чтобы войти в список избранных мастеров и стопроцентно получить заказ на этот ресторан на набережной, нужен… э-э… вступительный взнос. Оплата за доступ к работе. Гарантия серьезности наших намерений. Взнос в развитие инфраструктуры, так сказать.
— И сколько же стоила гарантия вашей исключительной серьезности? — спокойно спросила я.
— По тридцать тысяч с носа, — мрачно ответил второй парень, Кирилл, надвигаясь на Аркадия сбоку. — Скинули ему на карту еще вчера вечером. Он обещал сегодня привести, познакомить, подписать официальный договор подряда и сразу выдать аванс на закупку материалов от заказчика.
Его важная осанка мигом пропала, плечи поникли, а сам он как-то разом стал меньше ростом. Он попытался сделать шаг назад, к выходу, но сзади путь ему преградил массивный дубовый шкаф, а спереди стояли два крепких парня, которые только что поняли, что их жестоко обманули.
— Эй, парни, вы чего! — голос бывшего мужа сорвался. — Это же стандартная агентская комиссия! Это мой процент за посредничество! Я провел предварительную работу! Я организовал вам доступ на закрытую презентацию! Вы сейчас пьете бесплатное шампанское благодаря мне! Услуга оказана!
Я подошла к Аркадию вплотную.
— Аркадий. Посмотри на меня.
Он дергано перевел взгляд.
— Ресторан на набережной — это заказ от ресторанного холдинга, с которым я работаю напрямую уже третий год. Договор подписывала лично я. Материалы закупаю лично я. Мастеров в свой цех нанимаю я, и только после выполнения сложного тестового задания. Никаких посредников, партнеров и тайных советников у меня нет и никогда в жизни не было. Ты просто взял с ребят деньги за воздух. Ты продал им фальшивые билеты на чужой концерт, стоя в коридоре.
Лидия Михайловна брезгливо покачала головой:
— Какая невероятная пошлость. И этот человек еще рассуждал про уровень плинтуса. Тут уровень городской канализации. Мелкий проходимец.
— Возвращай деньги, бизнесмен, — тихо, но очень убедительно произнес Антон, нависая над Аркадием. — Прямо сейчас. Мобильным переводом. Иначе мы из тебя самого сейчас табуретку сделаем. И даже клеем мазать не станем, на сухую соберем.
— Ребята, вы не так поняли суть инвестиций! — заверещал Аркадий, вжимаясь спиной в антикварный шкаф. — Это долгосрочное вложение! Оно должно было окупиться со временем! Надя, ну скажи им! Мы же бывшая семья! Родные же люди! Я же тебе лучшие годы отдал!
— Семья? — я весело посмотрела на него. — Аркаша, когда я пять лет назад просила тебя купить мне новый строительный степлер для работы, потому что старый сломался пополам, ты сказал, что это расточительство нашего семейного бюджета и предложил мне забивать скобы старым молотком. А теперь я должна спасать тебя, потому что ты решил поиграть в большого босса на моей территории за чужой счет? Нет уж. Сам заварил кашу — сам и расхлебывай.
Я повернулась к насупленным мастерам.
— Парни, если вы действительно умеете работать с деревом и реставрацией, приходите завтра к девяти утра. Семеныч даст вам тестовое задание на пару часов. Если руки растут откуда надо и в голове порядок — работу получите. Бесплатно. Без всяких вступительных взносов и тайных клубов. Но свои текущие финансовые вопросы с этим господином решайте сами. Я к его махинациям отношения не имею.
— Поняли вас, Надежда Николаевна. Благодарствуем, — кивнул Кирилл. Затем он повернулся к Аркадию и выразительно протянул широкую ладонь. — Телефон доставай. Банковское приложение открывай. Живо.
Это был поистине великолепный момент. Аркадий, еще двадцать минут назад требовавший десятипроцентную дань с моей выручки и называвший себя невидимым покровителем бизнеса, трясущимися руками достал смартфон. У него дрожали пальцы, он долго не мог попасть по нужным цифрам пароля, ронял телефон, суетился и тяжело дышал.
Гости наблюдали за этим с нескрываемым удовольствием. Семеныч даже протер очки чистой ветошью, чтобы не пропустить ни одной детали этого воспитательного процесса. Эдуард снимал происходящее на телефон.
— Шестьдесят тысяч. На номер, с которого вчера пришли переводы, — скомандовал Антон. — Давай-давай, жми кнопку. И без фокусов с лимитами. О, звякнуло. Пришло. Все, комиссия за твои связи удержана в полном объеме.
Парни развернулись и, вежливо попрощавшись со мной и гостями, спокойно вышли из мастерской.
Аркадий остался один посреди огромного зала. Его шарф окончательно сбился набок, пальто расстегнулось. Он сжимал в руке телефон, бегая глазами по лицам присутствующих.
— Ты… ты меня перед уважаемыми людьми опозорила! — злобно выдавил он, пытаясь собрать жалкие остатки былого величия. — Ты мне всю деловую репутацию на рынке испортила! Я тебе это припомню! Да ты без моей поддержки загнешься через месяц! У тебя ни один объект больше не выгорит! Я всем скажу, чтобы с тобой не работали! Я тебе поставки перекрою на всех базах!
Его угрозы звучали так жалко и нелепо на фоне роскошной восстановленной мебели и успешных, смеющихся над ним клиентов, что никто даже не подумал возмутиться.
— Обязательно перекрой, Аркаша, — ответила я. — Только сначала постарайся не получить выговор от начальства за тот бракованный гипсокартон, который ты вчера пробил не по той кассе. И на выход шагай быстрее. Не задерживай рабочий процесс.
Он обвел зал бешеным взглядом, понял, что никто не собирается вставать на его защиту или жалеть, резко развернулся и бросился к выходу. На пороге он споткнулся о брошенный кем-то свернутый рулон обивочной ткани, нелепо взмахнул руками, чудом удержал равновесие и вылетел на улицу. Доводчик на входной двери сработал безупречно — тяжелая дверь сошлась за ним плавно и абсолютно бесшумно, испортив весь драматизм его гордого ухода.
В мастерской на пару секунд народ в зале замер, а потом раздались искренние аплодисменты. Хлопал Семеныч, хлопала Лидия Михайловна, хлопала Зоя Павловна и все остальные.
— Ну что, дамы и господа! — я подняла свой пластиковый стаканчик с игристым напитком. — Приношу извинения за это незапланированное представление. Как видите, мы умеем качественно реставрировать не только старую антикварную мебель, но и непомерно раздутое чужое самомнение!
Гости одобрительно зашумели. Лидия Михайловна подошла ко мне и улыбнулась.
— Знаете, Надя, — произнесла она с уважением, — я пришла сюда посмотреть на новые образцы кресел для нашего холла. Но то, как вы сейчас изящно и без единого крика разобрали на запчасти этого наглеца… Это, пожалуй, лучшая работа мастера, которую я видела за последнее время. Ювелирная точность.
— Стараемся, Лидия Михайловна, — я сделала небольшой глоток. — Просто в моей мастерской ценят только те вещи, которые действительно сделаны своими руками, честным трудом. А дешевый картон и пустые слова мы сразу отправляем на свалку.
Семеныч громко одобрительно улыбнулся, нажал кнопку на шлифовальной машинке, и праздник продолжился своим чередом, пахнущий древесной стружкой, честной победой и отличным будущим.
Дарья Рукодельникова поднимает настроение всем, кто однажды решился на собственное дело. Пусть вас рекомендуют за хорошую работу, а рядом будут люди, умеющие радоваться вашим достижениям без заявки на долю.
