На семейном совете они минут десять спорили, кому удобнее большая спальня и куда поставить второй холодильник, а я сидела у края стола и молчала. Андрей дважды посмотрел на мою сумку, но ничего не спросил. Наверное, только он заметил, что я приехала не для того, чтобы ещё раз объяснять взрослым людям, кому принадлежит дом.
Дом достался мне от бабушки два года назад. Кирпичный, чуть больше ста квадратных метров, в посёлке примерно в сорока минутах от города. На первом этаже кухня, гостиная и спальня, наверху ещё две комнаты. Бабушки не стало весной, наследство я оформила спустя несколько месяцев, и с тех пор мы с мужем приезжали туда в основном на выходные.
Андрей помогал косить траву, мог съездить проверить отопление, если я задерживалась на работе, но крупных общих вложений в дом у нас не было. Первые полтора года его родня тоже относилась к дому как к моему жилью. Потом сестра Андрея попросила приехать туда на майские праздники.
Сначала оставили одну раскладушку
Света спросила, можно ли им с мужем и сыном провести в доме три дня: в их квартире меняли окна, а гостиницу брать не хотелось. Я согласилась. В воскресенье они вернули ключи и поблагодарили, а через неделю я обнаружила за шкафом в верхней комнате складную кровать.
— Это Света оставила, — сказал Андрей. — Чтобы не возить туда-сюда, если летом ещё приедут.
Спорить из-за раскладушки я не стала. В июне появилась коробка с постельным бельём и полотенцами. Света объяснила, что так удобнее: всё равно летом они будут приезжать ещё.
Потом свекровь, Тамара Петровна, попросила запасной ключ. Мы уезжали на несколько дней, а она предложила полить грядки возле дома. Ключ я дала. Когда вернулись, попросила вернуть.
— Да пусть пока у меня полежит, — ответила она, убирая связку в сумку. — Мало ли, опять понадобится. Я же не посторонняя.
Мне это не понравилось, но каждый отдельный эпизод выглядел слишком мелким для ссоры. Раскладушка, бельё, запасной ключ. Только все мелочи почему-то двигались в одну сторону.
Потом у комнат появились хозяева
В июле мы приехали в дом в субботу и увидели машину Светы. Никто нас не предупреждал: Тамара Петровна открыла им своим ключом.
Света стояла в гостиной с телефоном, её муж Сергей держал рулетку.
— Что вы делаете? — спросила я.
— Смотрим, какой шкаф сюда влезет. У нас один всё равно лишний.
— Зачем здесь ваш шкаф?
Света удивилась самому вопросу.
— Ну не из сумок же жить, когда приезжаем.
Из кухни Тамара Петровна добавила, что большой шкаф лучше поставить наверху, потому что нижняя спальня нужна ей. Лестница крутая, несколько раз в день ходить неудобно.
— В каком смысле нужна?
— Если летом жить, мне наверху тяжело. А вам какая разница, молодые ещё.
Андрей поставил пакет с продуктами на стол и попросил всех не заводиться. Я впервые сказала прямо:
— Жить здесь никто не собирается. Приезжать иногда можно, если мы заранее договорились. Но комнаты делить не надо.
Света перестала улыбаться.
— А кто их делит? Мы просто обсуждаем, как удобнее.
— Вы измеряете стену под свой шкаф в моём доме.
— Господи, будто мы его у тебя забираем.
Сергей свернул рулетку и вышел во двор. Тамара Петровна ещё несколько минут объясняла, что нормальные родственники не держатся за квадратные метры.
Вечером Андрей сказал, что я могла бы выразиться мягче.
— Они просто почувствовали себя здесь свободно.
— Слишком свободно.
Мы договорились: без моего согласия никто не приезжает, новых вещей не привозят, запасной ключ Андрей забирает у матери. Через два дня ключ лежал у нас дома в ящике прихожей, и я решила, что история закончилась.
Но ключ оказался не один
В начале августа Андрей говорил с матерью по телефону и упомянул защёлку в маленькой верхней комнате.
Оказалось, Света решила, что сыну неудобно спать с ними, поэтому комнату хотят отдать ему. Тамара Петровна просила Андрея заменить дверную защёлку.
— Мы же договорились, что никто туда не переезжает, — напомнила я.
— Они и не переезжают. Речь про выходные и каникулы.
— Тогда зачем отдельная постоянная комната?
Андрей начал объяснять, что дом большую часть времени пустой. Мама могла бы жить там летом, Света приезжала бы с семьёй, а мы пользовались бы домом как раньше.
Я спросила, когда он успел обсудить этот план со мной. Выяснилось, что на предложение матери он ответил: «Потом с Оксаной обсудим». Для его семьи это уже прозвучало почти как согласие.
Через неделю Света написала в мессенджере, что в субботу они завезут часть вещей, потому что потом Сергей будет занят. Я сразу позвонила и сказала, чтобы ничего не везли.
— Ты серьёзно хочешь держать пустой дом только из принципа? — спросила она.
— Я хочу сама решать, кто там живёт.
— Мы твоя семья.
— Поэтому я разрешала приезжать. Но я не разрешала расселяться по комнатам.
После этого мы почти две недели не разговаривали.
А потом я приехала в дом среди недели и увидела в прихожей три коробки. На одной было написано «постельное», на второй — «кухня», на третьей — имя племянника.
Андрей уверял, что никому ключ не давал. Тогда выяснилось, что Тамара Петровна ещё в июне сделала дубликат «на всякий случай».
Я попросила забрать коробки и сказала мужу, что цилиндр входного замка заменю. Я уже не знала, сколько копий ключей существует.
Он впервые за всё лето не спорил.
Дом перестал быть пустым
В тот же вечер я открыла сайт объявлений и посмотрела цены на похожие дома. Мы и раньше обсуждали найм, но всё откладывали: казалось, хлопот будет больше, чем пользы.
Я сфотографировала комнаты и двор, разместила объявление и указала, что дом сдаётся надолго.
Первые желающие не подошли. Одна пара хотела держать во дворе нескольких крупных собак, другой мужчина сразу заговорил о ремонте вместо части платы. Третьими приехали Илья с Натальей, супруги примерно нашего возраста, с дочерью-школьницей. Они искали жильё минимум на год, пока строилась их квартира.
Мы дважды встретились в доме, обсудили отопление, коммунальные расходы, мебель и дату заезда. Я отдельно проверила, как правильно оформить договор. Когда собственник передаёт жилой дом гражданам для проживания, это договор найма жилого помещения. Мы договорились ровно на двенадцать месяцев, поэтому предусмотрели и государственную регистрацию возникающего обременения.
Это была не бумага для семейного спектакля. Мы подписали настоящий договор в двух экземплярах, приложили перечень имущества, а передачу дома по акту назначили на первое октября.
Через несколько дней Андрей пришёл с работы и сказал:
— Мама в субботу всех собирает. Хочет уже нормально решить, кто когда будет жить в доме и как делить расходы.
— Решить?
— Я им сказал, что ты против. Но они думают, что ты успокоишься. Света уже предлагает купить туда второй холодильник в складчину.
— А ты что думаешь?
На этот раз он не сказал, что дом всё равно пустует.
— Думаю, они перегнули. Теперь надо как-то это остановить.
— Уже остановлено.
Он посмотрел на меня, но расспрашивать не стал.
На совете мне оставили комнату наверху
Собрались у Тамары Петровны. Кроме нас со Светой и Сергеем, пришла ещё тётя Андрея, которая почти сразу сказала, что большой дом должен приносить пользу семье.
Я приехала последней, поставила сумку возле стула и села рядом с мужем.
Тамара Петровна положила перед собой лист с расходами: электричество, интернет, будущие покупки. Света показывала Сергею фотографии мебели и объясняла, что их старый шкаф можно перевезти наверх.
Они действительно уже распределили комнаты. Нижнюю спальню — Тамаре Петровне. Большую наверху — Свете с мужем. Маленькую — их сыну. Нам с Андреем оставалась ещё одна верхняя комната и гостиная.
Я слушала, пока Андрей наконец не сказал:
— Оксан, наверное, теперь тебе самой лучше сказать.
Я достала из сумки свой экземпляр договора и положила на стол.
Света взяла его первой. На первой странице было написано: «Договор найма жилого дома». Потом она увидела срок.
— Двенадцать месяцев?
— Да.
Тамара Петровна сняла очки.
— Какого ещё найма?
Я объяснила, что с первого октября дом передаётся семье, с которой договор уже подписан. До этой даты все оставленные вещи нужно вывезти. После передачи пользоваться домом будут наниматели на условиях договора.
Тётя Андрея сразу спросила:
— И Андрей согласился?
— Дом я получила по наследству. Он принадлежит мне.
Андрей сидел рядом и не возражал.
Света быстро перелистала страницы и положила договор обратно.
— Ты специально это сделала, чтобы нас туда не пустить?
— Я несколько раз сказала, что постоянно жить там нельзя. После этого вы всё равно привезли коробки и сделали дубликат ключа.
— Ключ мама сделала, не я.
Тамара Петровна резко посмотрела на дочь, но спорить о ключе уже было поздно.
— Чужих людей пустишь, а родной семье места не нашлось, — сказала свекровь.
Я не стала обсуждать родных и чужих. Назвала день, когда можно забрать вещи.
Света возмутилась, что быстро найти машину трудно. Сергей, который до этого почти не вмешивался, спросил:
— Если в следующую субботу утром приедем, нормально?
Мы договорились на десять.
Андрей проводил меня до машины. Уже во дворе сказал:
— Надо было мне раньше их остановить.
Я открыла дверцу и ответила:
— Надо было.
В доме снова появились обычные жильцы
В субботу Света с Сергеем приехали на двух машинах. Их вещей оказалось больше, чем я помнила: коробки, раскладушка, бельё, чайник, детские игрушки, пластиковый ящик с посудой и небольшой складной стол из сарая.
Света собирала всё молча. Возле окна в верхней комнате остановилась и спросила:
— Занавески тоже снимать?
Они действительно оказались её. Сергей принёс стремянку, снял занавески с карниза и аккуратно сложил их в пакет.
Тамара Петровна приехала ближе к полудню. Привезла мой старый ключ и сделанный ею дубликат, положила оба на кухонный стол и сказала, что больше сюда не приедет.
После их отъезда Андрей помог мне заменить цилиндр входного замка. Старые ключи больше ни к чему не подходили, а новые комплекты мы пересчитали.
Через несколько дней мы с нанимателями подали документы для регистрации обременения по годовому договору. Первого октября встретились у дома, прошли по комнатам по перечню имущества, записали показания счётчиков и подписали акт приёма-передачи.
Наталья поставила в верхней комнате коробку с книгами дочери, Илья занёс письменный стол. Девочка спросила, можно ли повесить над ним пробковую доску. Мы договорились о креплении без сверления, после чего я передала семье комплект ключей.
Через неделю Илья написал в мессенджере, что под кухонной мойкой появилась небольшая течь, и спросил, можно ли вызвать мастера. Я дала номер специалиста, который уже бывал в доме.
Андрей заметил сообщение и спросил:
— Из дома?
— Да. Мойка.
Он кивнул и вернулся к своим делам.
Ни нижнюю спальню для Тамары Петровны, ни Светин шкаф, ни отдельную комнату для племянника мы больше не обсуждали.
