Светлана открыла дверь незнакомому мужчине с лазерным дальномером и папкой для замеров.
— Я по поводу кабинета, — сказал он, вытирая обувь о коврик. — Павел просил снять размеры двух комнат на первом этаже.
За его спиной уже стоял Павел. Он прошёл из кухни, поставил кружку на тумбу в прихожей и кивнул в сторону комнат родителей.
— Начните с большой. Там шкафы потом вынесут.
Светлана посмотрела на мужа, потом на закрытую дверь спальни матери.
— Никто ничего не вынесет. Извините, произошла ошибка.
Замерщик убрал дальномер в сумку. Павел проводил его до калитки, вернулся и сказал, что вечером всё объяснит.
Комнаты уже мысленно освободили
Дом строили шесть лет назад. Обычный двухэтажный, сто двенадцать квадратных метров, без дорогой отделки. На первом этаже были кухня, гостиная и две комнаты, которые сразу предназначили для родителей Светланы.
Дом и участок зарегистрировали на супругов: по одной второй доли каждому.
У Николая Петровича и Лидии Андреевны тогда была двухкомнатная квартира возле рынка. Они её продали, а два миллиона четыреста тысяч рублей передали на строительство. Этих денег хватило на фундамент, стены, перекрытия и крышу.
Пока шла стройка, родители почти год снимали небольшую квартиру. Потом переехали в готовые комнаты на первом этаже.
Николай Петрович поставил в кладовой стеллажи, провёл свет в сарай и посадил за домом четыре яблони. Лидия Андреевна забирала внука из школы, готовила обед, когда Светлана задерживалась на работе, и каждый месяц переводила дочери деньги за коммунальные услуги.
Гостями их никто не называл.
До того воскресенья.
За обедом Павел дождался, пока все сядут. Перед ним стояла кружка с чаем, но он к ней не притронулся.
— До первого ноября вам нужно освободить комнаты, — сказал он. — Два месяца на поиски жилья вполне достаточно.
Лидия Андреевна положила сервировочную ложку рядом с салатником.
— Какие поиски? Ты о чём?
— О съёмной квартире. Или комнату можно подобрать. Мы с оплатой первого месяца поможем.
Светлана медленно повернулась к мужу.
— Ты решил это без меня?
— Я решил, что хочу нормально жить в собственном доме. Мне нужен кабинет. Вторую комнату оставим для гостей.
— А мама с папой кто?
Павел подвинул кружку подальше от края стола.
— Не начинай. Они пожили здесь шесть лет. Никто их завтра на улицу не выставляет.
Николай Петрович отложил вилку.
— Значит, до первого ноября?
— Да. По-моему, это по-человечески.
Шесть лет назад он говорил иначе
Когда строительство только начиналось, Павел сам убеждал родителей жены переехать к ним.
Говорил, что вместе будет легче. Что дом большой. Что в старости рядом должны быть свои люди, а не случайные соседи за стеной.
После продажи квартиры деньги перечисляли Павлу двумя банковскими переводами. Первый ушёл на фундамент и блоки, второй — на перекрытия и крышу.
После второго перевода Николай Петрович попросил написать расписку.
Павел тогда поморщился:
— Мы же родственники. Вы мне не доверяете?
— Родственники тоже могут забыть, о чём договаривались, — ответил тесть. — Напиши, и больше к этому не вернёмся.
Павел сел за кухонный стол и своей рукой указал, что получил от Николая Петровича два миллиона четыреста тысяч рублей в качестве беспроцентного займа на строительство жилого дома. Деньги обязался вернуть в течение тридцати календарных дней после получения письменного требования.
Ниже поставил дату и подпись.
Первые годы Павел всем рассказывал, как сильно помог тесть. Потом стал говорить, что родители жены удачно продали старую квартиру и неплохо устроились.
Ещё позже начал жаловаться, что в доме слишком много людей.
Хотя в будни он уезжал раньше восьми утра и возвращался после семи вечера. Встречались они в основном за ужином.
Расписка осталась у тестя
Лидия Андреевна первой попыталась закончить разговор.
— Коля, не надо ссориться. Я позвоню сестре. Поживём у неё, а там разберёмся.
— Не будете вы никуда звонить, — сказала Светлана.
Павел постучал пальцами по столу.
— С тобой мы поговорим отдельно.
— Нет, сейчас. Половина дома принадлежит мне. Ты не можешь один решать, кто здесь будет жить.
— Я никого не выгоняю. Я дал срок.
Николай Петрович поднялся, вышел из кухни и через минуту вернулся с коричневым бумажным конвертом. Он сел, открыл его и положил перед зятем расписку.
Павел узнал свой почерк сразу.
— Это ещё что?
— Прочитай.
Павел взял лист за край и пробежал глазами несколько строк.
— Эти деньги были вашей помощью. Мы на них дом строили.
— Поэтому и написано, на что получен заём.
— Вы шесть лет здесь жили бесплатно.
Николай Петрович посмотрел на дочь. Та встала, принесла из шкафа небольшой блок квитанций и положила рядом с распиской.
— Вот переводы за коммунальные услуги за последние три года, — сказала она. — Более старые можно взять в банке.
Павел не стал листать бумаги.
— И что теперь? В суд пойдёте?
— Сначала я передам тебе письменное требование, — ответил тесть. — Дальше будет зависеть от тебя.
Он забрал расписку и убрал её обратно в конверт.
— Раз ты отменил нашу семейную договорённость, я отменяю свою уступку по срокам. Вернёшь деньги — будем решать, где нам жить.
Утром пришёл второй документ
На следующий день Николай Петрович составил требование в двух экземплярах. В нём указал сумму, реквизиты расписки и срок возврата.
Павел отказался расписываться на втором экземпляре.
Тогда тесть сходил в почтовое отделение и отправил требование ценным письмом с описью вложения.
Вечером Павел вернулся домой позже обычного. Куртку повесил в прихожей, обувь поставил к стене и сразу прошёл на кухню.
— Я говорил с юристом, — сказал он. — Всё не так просто.
— Никто и не говорил, что просто, — ответила Светлана.
— Деньги вложены в общий дом. Значит, это не только мой долг.
— Возможно. Это будут разбирать по документам. Но решение выселить моих родителей ты принимал один.
Павел сел напротив неё.
— Я не думал, что отец хранит эту бумагу.
— Он продал квартиру. Что именно он должен был сделать с распиской — выбросить?
Через несколько дней Павел отменил заказ на проект кабинета. Потом предложил тестю возвращать деньги частями.
Николай Петрович согласился, но только после первого платежа и письменного соглашения о рассрочке.
Павел продал машину и перевёл восемьсот шестьдесят тысяч рублей. Остаток договорились выплачивать ежемесячно.
Сам он на время снял однокомнатную квартиру возле работы. Светлана не удерживала.
Лидия Андреевна осталась в своей комнате. Николай Петрович весной побелил стволы яблонь и заменил перекосившуюся дверь в сарае.
Замерщик больше не приезжал.
