На праздничном ужине муж решил показать клиентам, кто настоящий хозяин транспортной фирмы. Только за громкими словами он забыл о документах, которые подписывал сам. Галине пришлось выбирать между привычным миром в семье и делом, которое она строила четырнадцать лет.
— Галя, ты только сегодня не начинай рассказывать, как грузовики по маршрутам расставляешь. У нас серьёзные люди за столом будут, им нужен разговор о развитии, а не твои диспетчерские подробности.
Руслан положил передо мной ресторанное меню и довольно улыбнулся. Он уже третий день готовился к праздничному ужину в честь нового контракта. Заказчик был крупный, сеть строительных магазинов, и договор обещал нашей фирме стабильную работу почти на год.
Я отложила накладные и посмотрела на мужа.
— Руслан, ты хоть помнишь, на какие дни мы согласовали первые поставки? Сергей Борисович вчера дважды уточнял график. Если сегодня начнёшь обещать ему ежедневные рейсы, завтра мне придётся объяснять, почему мы этого сделать не можем.
— Ты опять за своё, — поморщился муж. — Вот поэтому я и занимаюсь развитием, а ты сидишь над бумажками. Тебе бы только всё рассчитать, проверить и десять раз перепроверить.
Он поправил дорогие часы. Я подарила их ему на сорокапятилетие, когда мы закрыли особенно удачный год.
— Кстати, машину вечером оставлю возле самого входа. Пусть люди видят, с какой фирмой имеют дело.
Я хотела ответить, но в кабинет заглянула Вера, наш старший диспетчер.
— Галина Викторовна, по третьей машине вопрос. Водитель из Тулы звонил, разгрузку ему переносят на завтра. Если его сегодня не отпустят, на пятничный рейс придётся другую машину ставить.
— Сейчас посмотрим, — сказала я. — Руслан, ты пока меню изучай. Мне нужно с графиком разобраться.
Муж демонстративно вздохнул.
— Вот видишь, Вера, человек даже перед праздником от работы оторваться не может.
Вера посмотрела на него поверх очков.
— Так у нас грузовики сами по адресам не разъезжаются. Кто-то должен знать, какая машина где находится.
Руслан сделал вид, что не услышал.
Когда он ушёл, я ещё несколько минут сидела над графиком. Семь грузовиков стояли в таблице по порядку. Напротив каждого были водитель, маршрут, дата разгрузки и следующая заявка.
Четырнадцать лет назад у меня была одна «Газель».
Кредит за неё я выплачивала почти четыре года. Сначала сама искала заказы, потом наняла водителя. Днём принимала звонки, вечером считала расходы, а иногда ночью ехала на склад, потому что у клиента срочно менялось время погрузки.
В две тысячи четырнадцатом зарегистрировала ООО «ГалТранс». Тогда у меня уже работали три машины, а денег на отдельный офис всё равно не хватало.
С Русланом мы познакомились позже.
Он пришёл из торговли, хорошо разговаривал с людьми, умел договариваться. Когда мы поженились, я предложила ему помогать с клиентами. Через три года оформила директором по развитию.
Поначалу всё было хорошо.
Руслан действительно привёл несколько выгодных заказчиков. Один договор мы получили благодаря его знакомству с руководителем склада. Другой он почти месяц согласовывал с покупателем, пока не добился подходящей цены.
Я ценила эту помощь.
Потом он стал всё чаще говорить «моя фирма». Сначала дома, затем среди знакомых, а после и на переговорах.
Когда кто-нибудь спрашивал, чем занимаюсь я, Руслан отвечал:
— Галя у нас по текущим вопросам. Я ей доверяю хозяйственную часть.
Мне было неприятно, но я отшучивалась. Не хотелось выяснять отношения из-за каждого слова.
Особенно когда дома жила его мама.
Ларисе Михайловне исполнилось семьдесят. Почти всю жизнь она проработала заведующей складом и считала, что разбирается в перевозках не хуже нас.
— Хорошо, что Руслан тебя на ноги поставил, — любила повторять она. — Мужчина с деловой хваткой, сразу видно. Без него ты бы со своей старой машиной до сих пор по городу ездила.
Я напоминала, что фирма существовала ещё до нашего знакомства. Свекровь обычно отмахивалась.
— Не спорь, Галя. Одно дело машину купить, другое дело настоящую компанию создать.
Последний год такие разговоры стали особенно частыми.
А работа Руслана, наоборот, заметно сократилась.
Большинство прежних клиентов уже сотрудничали с нами напрямую. Новые договоры я обсуждала сама. Цены считала бухгалтер, графики готовила Вера, документы подписывала я.
Должность директора по развитию обходилась фирме дорого. Зарплата, представительские расходы, содержание служебного внедорожника.
Бухгалтер уже несколько недель предлагала пересмотреть штатное расписание.
Мы даже подготовили расчёты, но я не торопилась принимать решение. Мне казалось, что сокращение должности мужа окончательно испортит отношения.
Теперь я всё чаще думала, сколько ещё фирма должна платить за моё нежелание ссориться дома.
Перед обедом я открыла кадровые документы.
Приказ о назначении Руслана лежал рядом с соглашением о предоставлении автомобиля. Два года назад ООО приобрело внедорожник для служебных поездок. Машина числилась на балансе организации, а Руслан получил право пользоваться ею по работе.
Он собственноручно подписал соглашение.
Там было указано, что автомобиль остаётся имуществом компании и подлежит возврату по распоряжению генерального директора. В том числе при пересмотре порядка использования служебного транспорта.
Запасной комплект ключей хранился на нашей базе.
Я закрыла документы и убрала их на место.
Тогда я ещё надеялась, что праздничный вечер обойдётся без неприятностей.
Ресторан Руслан выбрал дорогой. С большими окнами, отдельным залом и парковкой прямо возле входа.
Наш внедорожник он поставил почти напротив дверей.
— Удобное место, — сказал муж, выходя из машины. — Сергей Борисович обязательно заметит.
— Лучше бы он заметил, что мы вовремя привозим товар, — ответила я.
Руслан уже поправлял пиджак и слушать меня не собирался.
За столом собралось десять человек. Сергей Борисович приехал с коллегой. Были два наших давних клиента, бухгалтер, знакомые Руслана и Лариса Михайловна.
Свекровь надела украшения, которые обычно берегла для больших семейных праздников.
— Вот теперь я вижу, что сын серьёзным человеком стал, — сказала она, оглядывая зал. — Раньше на юбилеях в обычном кафе сидели, а сегодня целый ресторан.
Руслан довольно рассмеялся.
Первый час всё шло прилично.
Мы обсуждали сроки, поздравляли друг друга с новым контрактом. Сергей Борисович несколько раз спрашивал меня о графике поставок.
Я объясняла, какие машины пойдут на первые рейсы и как будем поступать, если разгрузка задержится.
Руслан заметно нервничал всякий раз, когда разговор переходил ко мне.
Когда подали горячее, он поднялся с бокалом.
— Друзья, хочу сказать несколько слов. Сегодня для нашей компании важный день. Мы заключили большой договор, вышли на новый уровень. И я горжусь тем, что сумел построить такую команду.
Гости подняли головы.
Руслан выдержал паузу.
— Когда я пришёл в этот бизнес, здесь всё держалось на случайных заказах. Не было настоящей стратегии, крупных клиентов, перспектив. Пришлось многое менять. Выстраивать отношения, искать возможности, вкладывать силы.
Я отложила вилку.
Он продолжал:
— Сейчас у нас семь грузовиков, хорошие партнёры и серьёзные планы. Думаю, к концу года сможем увеличить парк. Главное, чтобы никто не мешал работать.
Сергей Борисович вежливо кивнул.
— Расширение дело хорошее. Только сначала новый объём освоить надо. Нам важно, чтобы отгрузки шли по согласованному графику.
— За этим дело не станет, — ответил Руслан. — Мы и ежедневную доставку организуем, если потребуется. Я привык решать вопросы быстро.
Я повернулась к нему.
— Руслан, ежедневные рейсы мы не согласовывали. Первый месяц расписан по средам и пятницам. Остальное зависит от загрузки машин.
Муж посмотрел на меня так, словно я испортила ему праздник.
— Галя, не надо сейчас с этими таблицами. Мы говорим о перспективах, а ты опять всё сводишь к расписанию.
— Расписание включено в подписанный договор. Сергей Борисович именно о нём спрашивает.
Руслан засмеялся. Громко, нарочито, чтобы услышали на другом конце стола.
— Вот поэтому я и говорю, что каждым должен заниматься своим делом. Фирма — моя заслуга, а ты просто диспетчер! Ты бы лучше водителям звонила, а серьёзные переговоры оставила мне.
Несколько человек неловко улыбнулись.
Лариса Михайловна тут же поддержала сына:
— Руслан правильно говорит. Мужчина у вас за дело отвечает, а Галина всё время по мелочам переживает. Я сама складом руководила и знаю, что без сильного начальника ничего не работает.
Я смотрела на мужа.
Восемь лет брака. Семь грузовиков. Сотни рейсов, которые я организовала, пока он спал, отдыхал, ездил к друзьям или рассказывал знакомым о своих достижениях.
Он хотя бы понимал, что говорит?
Наверное, понимал. Просто был уверен, что я опять промолчу.
Я вспомнила, как прошлой зимой один из наших водителей попал в больницу, а груз нужно было доставить к утру. Я полночи искала замену, договаривалась с получателем и переносила другие заказы.
Руслан тогда отдыхал с приятелями на рыбалке.
Когда вернулся, спросил только, почему я такая уставшая.
Я медленно встала.
— Галина Викторовна, у нас ведь сроки остаются прежними? — спросил Сергей Борисович.
— Да, Сергей Борисович. Все условия подписанного договора сохраняются. Я лично отвечаю за их исполнение.
Руслан раздражённо махнул рукой.
— Ну вот, опять всё под контроль взяла. У нас праздник вообще-то.
Я не стала продолжать разговор.
Взяла сумку и вышла из зала.
В холле было прохладнее. Администратор разговаривала по телефону, возле гардероба мужчина искал в карманах номерок.
Я остановилась у окна.
Внедорожник Руслана стоял прямо напротив меня. Большой, дорогой, с кожаным салоном. Он любил называть его своим джипом.
Я сама когда-то одобрила покупку.
Тогда у Руслана было много встреч с клиентами. Нам действительно требовался автомобиль для служебных поездок. Постепенно встречи стали редкими, а машина превратилась в его личную привилегию.
На ней он возил маму по магазинам, ездил отдыхать и рассказывал приятелям, как хорошо идут дела.
Компания продолжала оплачивать содержание автомобиля.
Я достала телефон и набрала Веру.
— Вера, ты ещё на работе?
— Я уже собиралась домой, Галина Викторовна. У нас что-то случилось?
— Мне нужно сегодня вернуть служебный внедорожник на базу. Проверь, дежурный механик ещё на месте?
Вера помолчала.
— Он сегодня до позднего вечера. А Руслан в курсе?
— Я сейчас направлю ему письменное уведомление и распоряжение по компании. Машина предоставлена для служебных поездок, а соглашение предусматривает возврат по распоряжению директора. Потребуется запасной ключ.
— Я поняла. С механиком свяжусь. Он сможет привезти ключ и документы.
— Спасибо. И скажи ему, чтобы автомобиль поставили на охраняемую стоянку. С передачей по акту.
Я завершила разговор и несколько секунд смотрела на экран.
Потом открыла служебную почту.
Нужные документы сохранились в рабочей системе. Я подписала распоряжение своей электронной подписью, направила копию ответственным сотрудникам и отдельно уведомила Руслана о прекращении предоставления автомобиля.
Основание было тем самым, которое мы обсуждали с бухгалтером ещё до праздника: пересмотр служебных расходов и порядка использования транспорта.
В соглашении не было написано, что машина принадлежит Руслану пожизненно. Она вообще ему не принадлежала.
Я позвонила в частную службу эвакуации.
— Мне нужно перевезти автомобиль с ресторанной парковки на территорию транспортной базы, — объяснила я оператору. — Собственник машины юридическое лицо, я генеральный директор. Представитель компании привезёт документы и запасной ключ. Перевозку нужно оформить с актом передачи.
Оператор уточнил марку, вес автомобиля и адрес.
— Машину можно будет погрузить своим ходом? Парковка открытая?
— Да, подъезд свободный. Ключ будет у нашего сотрудника.
— Тогда оформим заявку. При погрузке водитель проверит документы.
Я назвала адрес базы и попросила выставить счёт мне лично. Это была моя инициатива, и я не собиралась перекладывать расход на компанию.
После звонка я почувствовала, как сильно устала.
Не от разговора с мужем. От того, что столько лет сама поддерживала удобный для него порядок.
У нас была семья. Были хорошие дни, общие поездки, праздники, заботы. Руслан не всегда вёл себя так, как сегодня. Именно поэтому я слишком долго надеялась, что всё можно исправить обычным разговором.
Но сегодня за ресторанным столом он унизил меня не только как жену.
Он при заказчике решил, что вправе обещать то, за что отвечать придётся мне.
И впервые я не захотела оправдывать его перед людьми.
Через несколько минут телефон завибрировал.
Сообщение от Руслана:
«Ты куда ушла? Мама спрашивает. Вернись, не порть всем вечер».
Я посмотрела на текст, но отвечать не стала.
С кухни вынесли большой поднос с десертами. Официант открыл передо мной дверь в зал.
Оттуда донёсся голос мужа:
— Да мы и восьмую машину скоро возьмём. Есть над чем работать.
Я осталась в холле.
Вера перезвонила примерно через двадцать минут. Механик уже ехал с ключами и документами. Ещё немного позже появился эвакуатор с платформой.
С разрешения сотрудника ресторана водитель заехал на парковку.
Я вышла на улицу.
Механик передал документы, водитель проверил данные машины и сверил их с заявкой. После этого внедорожник осторожно подняли на платформу.
У ресторана находилось несколько посетителей. Один мужчина остановился посмотреть, другой прошёл мимо, не обратив внимания.
Для них это была обычная перевозка автомобиля.
Для меня всё происходящее означало гораздо больше.
Когда машину закрепили, водитель протянул мне документы на перевозку.
Я проверила адрес базы.
— Поставите на охраняемую стоянку. Наш сотрудник встретит и подпишет акт приёма.
— Адрес указан верно, — подтвердил водитель. — Передадим по документам.
Эвакуатор выехал с парковки.
Я посмотрела на пустое место возле входа.
Впервые за долгое время мне не нужно было никого уговаривать признать очевидное.
Руслан вышел из ресторана почти через полчаса.
Сначала появился Сергей Борисович с коллегой. Они остановились возле входа и о чём-то разговаривали. Затем вышла Лариса Михайловна, поправляя пальто.
За ней шёл мой муж.
Он на ходу рассказывал матери о каком-то новом знакомом.
— Вот с ним надо будет отдельно встретиться. У них по области несколько складов, можно хорошую работу получить.
Руслан машинально потянулся к карману за ключами и посмотрел на парковку.
Остановился.
Ещё раз оглядел ряд машин.
— Галя, а где автомобиль?
Я стояла в нескольких шагах от входа.
— На базе.
— На какой базе? Я спрашиваю, где мой джип.
— На нашей транспортной базе. Его отвезли туда по распоряжению компании.
Руслан недоверчиво посмотрел на меня.
— Ты сейчас шутишь?
— Машину вернули в распоряжение ООО. Я направила тебе уведомление и копию распоряжения. Они есть в служебной почте и в сообщениях.
Он достал телефон.
Несколько секунд листал экран, затем резко поднял голову.
— Ты вызвала эвакуатор? Пока я сидел с гостями?
— Да, автомобиль перевезли на стоянку фирмы. Документы на перевозку оформлены.
— Ты вообще понимаешь, что натворила? Это моя машина!
— Руслан, ты подписывал соглашение два года назад. Там указано, кто собственник и на каких условиях тебе предоставили автомобиль.
Он шагнул ко мне.
— Я на ней работаю! Я клиентов вожу, переговоры провожу! Ты решила меня перед людьми унизить?
Лариса Михайловна вмешалась раньше, чем я успела ответить.
— Галина, это уже совсем некрасиво. Мужчина семью обеспечивает, фирму развивает, а ты у него машину забираешь! Как он теперь домой поедет?
— Лариса Михайловна, автомобиль куплен на деньги ООО. Руслан пользовался им как сотрудник. Собственником он никогда не был.
Свекровь поджала губы.
— Я не понимаю ваших бумажек. Зато прекрасно знаю, что без моего сына такой фирмы у тебя бы не было.
— Фирму я зарегистрировала за четыре года до нашей свадьбы. А первую машину купила ещё раньше.
— Ты хочешь сказать, что Руслан ничего для вас не сделал?
Я посмотрела на мужа.
— Он помогал, и я никогда этого не отрицала. Но помогать компании и владеть ею не одно и то же.
Руслан раздражённо усмехнулся.
— Значит, теперь ты решила показать, кто здесь начальник? Из-за одной шутки устроила целое представление?
— Ты при заказчике назвал меня диспетчером и обещал поставки, которых нет в договоре. Это уже не шутка.
— Ты опять за договор уцепилась!
— Потому что за него отвечает фирма. И если мы сорвём сроки, объясняться с клиентом придётся не твоей маме и не гостям.
Сергей Борисович, стоявший недалеко от нас, наконец вмешался.
— Извините, что перебиваю. Я не собираюсь вмешиваться в ваши семейные дела. Мне важно понимать, кто согласовывает изменения графика.
Руслан сразу повернулся к нему.
— Сергей Борисович, не обращайте внимания. У нас небольшое недоразумение.
— Для нас график остаётся прежним, — сказала я. — Все дополнительные перевозки сначала рассчитываем и согласовываем письменно. Завтра утром отправлю вам подтверждение по первым отгрузкам.
Сергей Борисович кивнул.
— Тогда договорённости в силе. Нам как раз нужен понятный порядок работы.
Он попрощался и пошёл к своей машине.
Руслан проводил его взглядом.
— Ты довольна? Перед клиентом меня выставила неизвестно кем.
— Я ничего не рассказывала ему о тебе. Он сам видел, что произошло за столом.
Муж снова посмотрел на пустую парковку.
Кажется, только теперь до него дошло, что автомобиль действительно уехал.
Он открыл рабочую почту и ещё раз прочитал распоряжение.
— Я всё равно завтра приеду в офис. И посмотрю, какие ещё документы ты решила за моей спиной подготовить.
— Приезжай. У нас рабочий день никто не отменял.
Лариса Михайловна схватила сына под руку.
— Руслан, поедем уже отсюда. Не надо унижаться перед ней. Ещё пожалеет о своём поступке.
Он достал телефон и открыл приложение такси.
— Закажу машину, мама. Другого выхода сейчас нет.
Свекровь посмотрела на меня с таким осуждением, словно я выставила их среди ночи на пустой дороге.
Хотя такси приехало через несколько минут.
За поездку Руслан заплатил сам.
Перед тем как сесть, он обернулся.
— Дома поговорим. Ты ещё объяснишь, зачем всё это устроила.
Я не ответила угрозой.
Никакого разговора на парковке больше не требовалось.
Когда такси отъехало, я вернулась в ресторан, рассчиталась за оставшуюся часть ужина и забрала своё пальто.
Администратор спросила, не нужен ли мне автомобиль.
— Я вызову такси, спасибо.
Через несколько минут пришло сообщение с базы.
Машину приняли. Повреждений при перевозке не обнаружено. Ключи переданы дежурному, документы подписаны.
Я прочитала сообщение дважды.
А потом впервые за вечер подумала не о Руслане, а о завтрашних рейсах.
На следующее утро я приехала в офис раньше обычного.
Вера уже разговаривала с водителем по телефону.
— Нет, разгрузку раньше десяти не начнут. Не стой там зря, согласуй время с получателем. Если что-то изменится, сразу звони мне.
Она положила трубку и посмотрела на меня.
— Галина Викторовна, машину вчера приняли без замечаний. Я акт проверила. А с новым заказчиком всё нормально?
— Сегодня отправим ему график с подтверждением. Ничего не меняем без письменного согласования.
Вера кивнула.
— Это правильно. А то вчера Руслан уже говорил, что можно каждый день ездить. Я семь машин по три раза пересчитала, но восьмая от этого не появилась.
Мы обе невольно улыбнулись.
Потом пришла бухгалтер.
Я попросила принести расчёты по управленческим расходам, которые мы обсуждали ещё в начале месяца.
На стол легли ведомости, штатное расписание, отчёт по новым договорам и сведения о работе отдела развития.
Одна должность директора по развитию обходилась нам почти как дополнительный грузовик с водителем, если учитывать зарплату, представительские расходы и содержание автомобиля.
При этом постоянной работы для отдельного руководителя уже не было.
Старые клиенты сотрудничали с нашей диспетчерской и со мной. Новые договоры я согласовывала лично. Значительную часть обязанностей Руслана давно выполняли действующие сотрудники в рамках своей работы.
— Расчёты я обновила, — сказала бухгалтер. — Изменение штатной структуры можно оформить. Но сокращение должности не означает, что сотрудник завтра перестанет работать. Надо соблюдать всю процедуру.
— Я это понимаю. Оформляем решение об исключении должности из будущего штатного расписания. Подготовим уведомление, проверим вакансии и отправим положенные сведения в службу занятости.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Вы уверены, что готовы довести это до конца?
— Если должность больше не нужна предприятию, держать её ради семейных отношений нельзя.
Я подписала приказ о предстоящем изменении штатного расписания.
Руслан появился ближе к десяти.
Вчерашнего уверенного хозяина положения в нём почти не осталось. Он вошёл без обычных шуток, повесил куртку и сразу направился ко мне.
— Нам надо поговорить без свидетелей.
Я попросила бухгалтера оставить документы и закрыть дверь.
Руслан сел напротив.
— Ты понимаешь, что вчера сделала? Мама всю ночь не спала, переживала. Я перед людьми выглядел так, будто у меня ничего своего нет.
— Машина действительно не твоя, Руслан.
— Ты опять об этом! Мы восемь лет женаты. Я столько сил вложил в фирму. И теперь ты меня собираешься вычеркнуть?
— Я не собираюсь вычёркивать то, что ты делал. Ты помогал с клиентами. Но твоя должность не даёт права присваивать всю работу компании.
Он заметил документы на столе.
— А это что такое?
Я передала ему уведомление.
Руслан пробежал глазами первую страницу.
— Сокращение директора по развитию? Ты серьёзно?
— Мы пересматриваем штатное расписание. Расчёты готовились ещё до вчерашнего вечера. Часть функций уже выполняют действующие сотрудники, а содержать отдельную руководящую должность больше нет необходимости.
— То есть за вчерашние слова ты решила меня уволить?
— Вчерашние слова заставили меня перестать откладывать решение. Но основания сокращения не появились вчера. Ты знаешь, что последние месяцы у тебя почти не осталось постоянных обязанностей.
Руслан откинулся на спинку стула.
— Я найду работу, когда захочу. Не надо мне тут рассказывать, какой я бесполезный сотрудник.
— Я этого не говорила. У тебя есть опыт переговоров, и он может пригодиться другой компании. Но наша фирма больше не может содержать должность только потому, что она удобна тебе.
Он снова посмотрел в уведомление.
— Тут написано, что увольнение будет не раньше чем через два месяца.
— Да. До этого ты остаёшься работником. Мы обязаны соблюдать сроки, предлагать подходящие вакансии, если они будут, и произвести все положенные выплаты. Всё будет оформляться официально.
— Ты ещё мне вакансии предлагать собралась?
— Это не насмешка. Это обязанность работодателя.
Руслан несколько раз постучал пальцами по столу.
— А если я не соглашусь? Думаешь, раз документы у тебя, можно всё решить одной подписью?
— Ты можешь оспаривать действия компании в установленном порядке. Я не собираюсь лишать тебя этого права.
Он поднялся.
— Значит, дома мы теперь тоже будем по документам разговаривать?
Я посмотрела на мужа.
Ещё недавно мне захотелось бы встать, обнять его и сказать, что всё можно исправить. Я столько раз делала именно так.
Но сегодня передо мной сидел человек, который считал несправедливостью уже сам факт моего отказа ему уступать.
— Дома мы можем разговаривать как муж и жена, если оба готовы слышать друг друга. А на работе мы обязаны соблюдать правила компании.
Руслан взял уведомление.
— Мама вчера сказала, что после такого уважения между нами не будет.
— Уважение не начинается с дорогой машины и не заканчивается вместе с должностью.
Он ничего не ответил.
Через некоторое время вышел в коридор, а затем покинул офис.
Позже я узнала, что он решил временно пожить у матери.
Я не препятствовала.
Квартира была нашим общим домом, и имущественные вопросы я не собиралась решать так же поспешно, как Руслан вчера решал, кому принадлежат чужие заслуги.
На ближайшие недели у нас оставались другие дела.
Новый контракт нужно было выполнять.
Семь грузовиков не интересовались нашими семейными ссорами.
Следующие два месяца оказались непростыми.
Руслан несколько раз приезжал в офис, получал документы, обсуждал с бухгалтером положенные выплаты. Пришлось отдельно проверить, какие свободные должности есть в компании и может ли он претендовать на какую-либо из них.
Подходящей постоянной вакансии не оказалось. Мы проверяли ситуацию и дальше, до завершения процедуры. Всё оформляли письменно.
Руслан получил свои выплаты после увольнения по сокращению. Документы были составлены в установленном порядке.
Он говорил, что ещё подумает, стоит ли обращаться в суд.
Я не пыталась его переубедить.
В семейных отношениях всё тоже изменилось.
Несколько раз мы разговаривали по телефону. Руслан каждый раз возвращался к одному и тому же: как я могла поставить его в такое положение перед людьми.
Я спрашивала, понимает ли он, почему мне было больно услышать его слова.
Однажды он ответил:
— Галя, ты просто слишком близко всё принимаешь. Я же не думал, что ты из-за обычного тоста семью разрушать начнёшь.
После этого разговора я перестала искать в его словах извинение, которого там не было.
С Ларисой Михайловной мы почти не общались. Она считала, что я поступила жестоко, и не скрывала этого.
Я не собиралась её переубеждать.
Зато в фирме постепенно стало легче работать.
Представительские расходы уменьшились. Внедорожник оставался на базе, пока мы решали, нужен ли компании автомобиль такого класса вообще.
Сергей Борисович оказался человеком практичным. Через неделю после ужина он позвонил уточнить сроки следующей поставки и даже не упомянул неприятную историю у ресторана.
Я была ему за это благодарна.
Летом, спустя больше двух месяцев после того вечера, мы встретились на нашей транспортной базе.
Вера принесла график отгрузок на следующую неделю.
— Галина Викторовна, по второму маршруту лучше на четверг переставить. Там разгрузка долго идёт, водитель может не успеть на следующий адрес.
— Согласна. Только сначала уточним у получателя, сможет ли он принять товар утром.
Я повернулась к Сергею Борисовичу.
— Если вас устроит перенос, мы сегодня обновим приложение к графику. Без изменения стоимости.
Он просмотрел документы.
— Меня устроит. Главное, чтобы всё было согласовано заранее. Скажите, а по следующим поставкам мне с вами связываться или непосредственно с диспетчерской?
— По текущим рейсам удобнее с Верой. Она видит движение всех машин. Если потребуется изменить договорные условия или сроки, решение согласовываю я.
— Прекрасно. Такой порядок нам подходит.
Мы прошли вдоль стоянки.
Один грузовик готовился к выезду, другой только вернулся с разгрузки. Водитель показывал механику, где нужно проверить крепление борта.
Возле ворот стояла та самая «Газель», с которой всё начиналось. Она давно не выходила на дальние рейсы, но её оставили для местных перевозок.
На кабине сохранилась небольшая царапина возле двери.
Я помнила, как сама когда-то задела ею металлическую стойку на тесной складской площадке. Тогда я ещё плохо представляла, сколько сложностей ждёт меня впереди.
Сергей Борисович остановился возле машины.
— Это тоже ваша?
— Самая первая, — ответила я. — Купила в кредит, когда решила работать на себя.
— Столько лет служит?
— Сейчас уже редко выезжает. Но когда-то именно она всю фирму кормила.
Он улыбнулся.
— Значит, начало у вашей компании было вполне настоящее.
Мы вернулись в диспетчерскую.
Вера разложила бумаги, я проверила изменённый график и подписала подтверждение для заказчика.
На столе зазвонил телефон. Один из водителей уточнял адрес разгрузки.
— Сейчас соединю с Верой, — сказала я. — Она подскажет, куда подъехать.
Я передала ей трубку и снова повернулась к Сергею Борисовичу.
Он ждал моего решения по следующей партии товара.
Мне больше не приходилось уступать своё место человеку, который привык говорить от моего имени.
Я открыла договор, нашла нужную строку и назвала дату поставки.
За воротами уже заводился первый грузовик.
