— А корицы-то зачем столько сыпанула, Роза? — Ия поковыряла вилкой румяный кусок яблочного пирога, но к себе на тарелку переложила.
— У меня от неё изжога бывает! Хотя пропеклось шикарно, ничего не скажешь.
Роза поставила в центр стола блюдо с горячей курочкой гриль и промолчала. Субботний вечер едва стартовал. А сорокаоднолетняя золовка уже успела раскритиковать мясную нарезку, салат и даже узор на занавесках.
Сегодня Вячеславу исполнилось сорок девять. Полтора года назад они расписались, и муж важно перевёз Розу в эту просторную квартиру с эркером и высокими потолками.
Объявил тогда, что выкупил жильё в ипотеку, но взнос банку съедает почти весь его заработок в оконной фирме.
Роза спорить не стала. Свою небольшую квартиру возле старого парка, за которую сама рассчиталась четыре года назад после первого развода, она сдала молодой паре.
И угадайте, кто в итоге тянул весь семейный быт? Конечно, тридцатидевятилетняя Роза, старший технолог пекарни!
Продукты, бензин для машины мужа и счета за свет с водой легли целиком на неё.
Она даже поход к стоматологу с весны откладывала, понемногу собирая деньги с аренды на зубной имплант.
Поздравить именинника явились мать и сестра. Семидесятилетняя Вера Кондратьевна, как водится, принесла в сетчатой авоське свои войлочные тапки.
Следом подтянулась Ия — месяц назад она в очередной раз разругалась с кавалером и съехала к матери.
— Вы на закуски не налегайте, горячее остынет! — Вячеслав вальяжно откинулся на спинку стула во главе стола и пригладил редеющий чубчик.
— Мать, ты видела коробку в кладовке? Металлоискатель себе к празднику взял, профессиональный!
— Ой, Славик, у тебя всегда размах купеческий! — восхитилась Вера Кондратьевна, поправляя кружевной воротничок блузки.
— Мужчина обязан иметь достойное увлечение, грех жаловаться!
— На майские в поля махну, старинную монету откопаю — озолотимся! — похвастался Вячеслав и потянулся за куриным бедром.
— А вчера ещё и диски литые на свою ласточку поставил. Старые совсем вид потеряли, масштаб не тот для начальника участка!
— Слава, постой-ка, — миролюбиво подала голос Роза, коснувшись тонких часиков на потёртом запястье.
— На прибор с колёсами у тебя нашлось? А за свет с водой я тебе позавчера опять со своей карты переводила!
— И чего ты вечно считаешь? — поморщился муж.
— Того, что ты жаловался, будто после платежа банку до аванса пусто, — напомнила Роза.
— Не мелочись, Розочка! — махнул вилкой Вячеслав.
— Там пустяковые квитанции, я их сразу закрываю. Ты вообще радуйся, в каких стенах живёшь!
Возле хлебницы зажужжал его мобильник. Вячеслав отодвинул трубку на вытянутую руку и сощурился на дисплей. Дальнозоркость подступала давно, но от очков он наотрез отказывался — уверял всех, что они старят.
— О, опять монтажники из цеха трезвонят! — Слава бодренько ткнул пальцем в громкую связь, явно рисуясь перед гостями.
— Алло! Орлы мои, вы там без начальника один заказ обмерить не способны? В понедельник с утра вопросики порешаем, у меня праздник!
Он сбросил вызов и расплылся в улыбке под одобрительные охи родни.
— Даже в субботу человеку передышки не дают! — заладила своё Вера Кондратьевна и тут же свернула к делу: — А мы ведь с Иечкой потолковать хотели, дорогая моя.
Тесно нам вдвоём у меня, дочка за месяц вся извелась!
— Ну-у-у, мам, у меня стресс вообще-то! — капризно вставила свои пять копеек Ия, звякнув широким металлическим браслетом.
— Мне личное пространство требуется! Иначе я приличное место в жизни не найду!
— А я тут при чём? — удивилась Роза.
— А при том, дорогая моя, что твоя квартира у парка под чужими людьми гуляет! — назидательно произнесла свекровь.
— Я жизнь прожила и точно знаю: в родне положено делиться. Наберёшь завтра своим постояльцам, пусть собирают пожитки!
— Это ещё зачем? — Роза даже приборы отложила.
— Иечка туда заедет на годок-другой, в тишине нервы подлечит! — объявила Вера Кондратьевна.
— Бесплатно, что ли? — уточнила Роза.
— С чего вдруг?
— Ну-у-у, Роза, тебе жалко? — Ия с обидой надула щёки.
— С меня сейчас взять нечего, я в поиске себя! А вам со Славиком эти копейки от жильцов зачем? Брат тебя и так обеспечил выше крыши!
— Вообще-то эти деньги кормят нас со Славой весь месяц, — без суеты возразила Роза.
— Остаток я на имплант откладываю. Ребята вперёд до середины октября заплатили, потом как раз на север уезжают. А следом я новых пущу!
— Потерпят твои зубы, не велика беда! — негодовала Вера Кондратьевна.
— Какая же ты прижимистая! Славик тебя из старой пятиэтажки в центр перевёз, паркет дубовый, кухня светлая! Живи на всём готовом да мужа благодари!
— Любая бы на твоём месте от счастья прыгала! — не унималась Ия, накладывая себе добавку салата.
— Живёшь как фифа у брата, за съём не платишь, а родной золовке пустые метры зажала! Стыдоба!
Мать с дочкой понимающе переглянулись. Розе сразу стало ясно: этот разговор они заготовили задолго до праздничного пирога.
Тут ей невольно припомнился случай минувшей весной. На пекарне тогда меняли печи, и зарплату задержали всего на пять дней.
Роза попросила у мужа немного на продукты до пятницы — так Слава прочитал ей целую лекцию о бережливости!
Ещё и записал долг маркером на магнитной доске у плиты, и не стирал, пока жена не вернула всё до последнего рубля.
— Содержать взрослую здоровую женщину я не нанималась! — отрезала Роза, начиная злиться всерьёз.
— Я в этот дом полтора года всю зарплату ношу! Слава, чего ты помалкиваешь? Говори как есть, на чьи доходы мы продукты покупаем и твою машину заправляем!
Думаете, именинник хоть капельку смутился? Как бы не так!
Вячеслав с ленцой закинул ногу на ногу и заважничал ещё пуще прежнего.
— А мать дело толкует, Роза! — подытожил он уверенным баском.
— Мы с Верой Кондратьевной ещё в среду всё обсудили. Я Ийке слово дал: к следующим выходным квартира у парка будет свободна!
— Какое ещё слово?! — Роза чуть не присела.
— Ты моих жильцов на улицу выгонять вздумал без моего спроса?!
— Вопросики я сам порешаю, завтра им наберу — мигом съедут! — Вячеслав обвёл гостиную широким жестом.
— Масштаб у вас, у баб, мелковат! Без меня вы бы давно по миру пошли, так что пусти мою сестру в свою квартиру бесплатно!
— Золотые слова, сынок! — расцвела Вера Кондратьевна.
— Шикарно же! — обрадовалась Ия и потянулась за своим мобильником.
— Я тогда прямо сейчас грузовое такси на утро закажу, хоть зимние сапоги с пальто перевезу! Слав, продиктуешь мне номер её квартирантов?
— Диктуй, не стесняйся, — великодушно разрешил именинник.
Роза стояла у подоконника и молча сгибала бумажную салфетку пополам. Сложила раз, другой, провела ногтем по сгибу, потом снова развернула.
Сказать в ответ не получалось ни слова. Трое против одной — делят её жильё прямо за её же пирогом, будто хозяйки тут и нет вовсе!
И тут возле салатника снова настойчиво запел телефон Вячеслава. Муж недовольно скосил глаза с вытянутой руки на первые буквы на экране и снисходительно подмигнул матери:

— Опять из цеха звонят! Учитесь, и десяти минут без шефа прожить не могут! — Он небрежно включил громкую связь.
— Давай короче, орёл, я за праздничным столом!
— Какой я тебе орёл, Вячеслав?! — прогремел на всю комнату зычный мужской бас.
— Это Герман! Ты мне аренду за мою квартиру за два месяца когда переведёшь?! Две недели завтраками кормишь и трубки сбрасываешь!
Лицо у Вячеслава вмиг стало серым. Он дёрнулся вперёд и зашарил пальцами по экрану, но сослепу промахнулся мимо кнопки отбоя.
— Сказки твои мне надоели, Слава! — чеканил из динамика Герман.
— Домофон ты зря выключил, я с твоим соседом в подъезд зашёл и уже по лестнице поднимаюсь!
Ещё и за свет с водой с июня не плачено — чего ты мне плёл, будто квитанции гасишь?! Открывай давай!
Вызов прервался. Через несколько секунд в прихожей требовательно зазвенел звонок.
— Славик… — прошептала Вера Кондратьевна, прижав пальцы к кружевному воротничку.
— Это кто ещё такой? Ты же божился, что жильё твоё, выкупленное!
— Стой, Роза, сиди смирно! — Вячеслав вскочил из-за стола и замахал руками.
— Это недоразумение вышло! Мы с ним о покупке договаривались, с отсрочкой… Розочка, скажи, что меня нет!
Роза на его лепет даже бровью не повела. Спокойно вышла в прихожую мимо притихшей с телефоном Ии и впустила гостя.
На пороге стоял коренастый мужчина лет пятидесяти четырёх в добротной кожаной куртке, с пачкой неоплаченных счетов в руке.
— Добрый вечер, хозяйка, — вежливо поздоровался он, шагнул в прихожую и через проём оглядел именинника с ног до головы.
— Ну, здравствуй, Слава! Чего приуныл?
— Герман, ну зачем при гостях шуметь? — Вячеслав одёрнул ворот рубашки и попытался дружелюбно улыбнуться.
— У нас ведь почти покупка намечалась, я тут жене с матерью как раз объяснял…
— Чего-чего? — Герман удивлённо поднял бровь.
— Какая покупка, Слава? Я эту квартиру сыну к весенней свадьбе придерживаю!
Ты её у меня с прошлой весны снимаешь, да с августа платить перестал! Вот счета за коммуналку — с начала лета конь не валялся!
— С начала лета? — Роза взяла верхний листок и усмехнулась.
— Прелесть какая! А я ведь ему каждый месяц со своей зарплаты исправно на карту переводила!
Стало быть, и мои переводы, и плата за наём дружно ушли на литые диски да на металлоискатель в кладовке?
— Мать честная, вот это новости! — ахнула Ия и попятилась к вешалке.
— Славик, так у тебя и угла своего нет?!
— Да помолчи ты, Ийка! — вспылил Вячеслав и умоляюще кинулся к жене: — Розочка, ну не время сейчас характер показывать!
У тебя ведь на карте на имплант отложено, выручи мужа! Закрой сейчас Герману мой долг, а я к зиме с премий рассчитаюсь! Мы же расписаны, кто ещё поможет?!
Вера Кондратьевна у стола засуетилась, вытащила из-под вешалки свою сетчатую авоську и торопливо запихнула туда войлочные тапки.
— Ой, Славик, ты на меня не смотри! — затараторила свекровь с опаской.
— Пенсия у меня скромная, да и в маленькой спальне Иечка живёт, нам втроём никак не поместиться! Пусть вон супруга выручает, она в пекарне прилично получает!
— Хотите дальше! — негромко и твёрдо ответила Роза.
В спальне она за три минуты закинула в дорожный рюкзак смену белья, косметичку и тёплый свитер.
На кухне переложила со второго противня нетронутый яблочный пирог в большой пластиковый контейнер и плотно защёлкнула крышку.
— Роза, ты куда на ночь глядя?! — сник Вячеслав, заглядывая на кухню.
— А с Германом мне чем рассчитываться?!
— А зачем тебе мои булочные крохи, Слава? — с прохладцей спросила Роза, накидывая в прихожей осеннее пальто.
— Без тебя ведь это мы давно бы по миру пошли! А у тебя размах купеческий — вот сам вопросики и порешаешь!
В кладовке новенький металлоискатель с магазинным чеком лежит, да во дворе машина на свежих дисках блестит. Неси сдавай!
— А кстати, дельная мысль, — одобрил Герман, заглянув в кладовку.
— Коробка не распечатана? Завтра с утра при мне в магазин сдашь, а колёса продавай кому хочешь. Переночуешь сегодня, а к обеду чтобы духу твоего здесь не было!
— Герман, я оставшиеся две коробки с одеждой завтра днём с таксистом заберу, если позволите, — сказала Роза уже на пороге.
— Своих квартирантов раньше времени дёргать не стану — поживу три недели на своей садовой даче.
Там печка кирпичная тёплая, и автобус прямо до пекарни ходит. А пирог девочкам в цех к утренней смене отвезу!
Она закинула рюкзак на плечо, подхватила контейнер с тёплым пирогом и зашагала к лифту.
Сзади в прихожей тут же поднялся дружный галдёж: Ия спорила с братом из-за места в маминой спальне, Вера Кондратьевна искала в авоське пузырёк валерьянки, а зычный бас Германа велел имениннику нести коробку из кладовки.
К середине октября жильцы уехали на север, и Роза с радостью обжилась в своей квартире возле парка.
До ноябрьских праздников она поставила в клинике отличный зубной имплант. А от знакомых из оконной фирмы вскоре долетели свежие новости.
Металлоискатель Слава сдал обратно в магазин на следующее же утро, а новенькие диски ушли соседу по гаражу за полцены.
Сам же притихший именинник перебрался с узлами к Вере Кондратьевне — делить комнату с капризной Ией.
В начале ноября Роза заглянула после смены в строительный магазин за кухонным смесителем и у кассы столкнулась с почти бывшим мужем. Рядом с ним стояла нарядная дама в пушистой дублёнке.
— Да я от прежней супруги сам ушёл! — важно вещал Вячеслав на весь ряд, приглаживая чубчик.
— Женщина попалась мелкая, приземлённая, полёта моей души не потянула!
Заметив Розу с коробкой смесителя в руках, Слава сразу переменился в лице.
Он подхватил спутницу под локоть и поспешно увёл её к выходу мимо кассы, а Роза только улыбнулась и приложила карту к терминалу.


















