Виктория открыла дверь своей квартиры и застыла на пороге. В прихожей стояли два чемодана, а из гостиной доносились голоса. Она медленно сняла сумку с плеча, пытаясь понять, кто припёрся.
— А вот и она! — раздался знакомый голос Нелли Павловны. — Наконец-то соизволила явиться. Где ты была до девяти вечера, позволь узнать?
Виктория прошла в комнату. Там на её любимом кресле восседала свекровь, а золовка Диана деловито раскладывала вещи в шкафу, словно жила здесь всегда.
— Нелли Павловна, — медленно произнесла Виктория, — а вы здесь какими судьбами? И почему Диана трогает мой шкаф?
— Я теперь буду за тобой присматривать, — отрезала свекровь. — Сергей попросил. Ты на звонки не отвечаешь, шляешься неизвестно где. Думаешь, мы не понимаем, чем ты тут занимаешься без мужа?
Виктория прислонилась к дверному косяку и сложила руки. Это обещало быть интересным вечером.
— Позвольте уточнить, — её голос звучал почти ласково, — вы только что обвинили меня в чём-то конкретном или это так, разминка перед основной программой?
Нелли Павловна поднялась с кресла.
— Не строй из себя невинную овечку! Телефон отключаешь, дома не бываешь. Сергей волнуется, ночами не спит, а ты тут развлекаешься. Небось, мужиков водишь!
— Потрясающе, — Виктория усмехнулась. — Значит, если я не отвечаю на звонки после десяти вечера, потому что работаю с документами и отключаю всё, чтобы сосредоточиться, — это автоматически означает распутство? Какая богатая фантазия. Вам бы романы писать.
— Не смей со мной так разговаривать! — заявила свекровь. — Я мать твоего мужа!
— А я — владелица этой квартиры, — спокойно парировала Виктория. — И пока что не понимаю, на каком основании вы здесь находитесь. Диана, положи мою блузку на место. Это шёлк, его нельзя комкать.
Диана замерла с вещью в руках, переводя взгляд с матери на невестку. Она явно чувствовала себя неуютно посреди этой перепалки.
— Ты ещё будешь указывать! — свекровь задыхалась от возмущения. — Сергей мне сам дал ключи! Сам попросил приехать!
— Чудесно. Давайте разберёмся, — Виктория достала телефон и покрутила его в руках. — Сергей попросил вас проведать меня. Проведать — это зайти, убедиться, что всё в порядке, и уйти. А не въехать с вещами и начать рыться в моём шкафу.
— Ты не понимаешь! — голос свекрови срывался. — Ты одна! Женщина не должна быть одна! Мало ли что может случиться! А Диане всё равно негде жить, пока ремонт не закончится!
Виктория медленно кивнула. Вот оно что. Всё встало на свои места.
— Ах, вот в чём дело, — протянула она. — Значит, Сергей попросил проведать, а вы решили заодно пристроить дочь? Два зайца одним выстрелом. Экономно.
— — Мы о тебе заботимся! А ты!..
— Заботитесь? — Виктория рассмеялась коротко и сухо. — Вы ворвались в мой дом без предупреждения, обвинили меня в измене мужу и теперь пытаетесь подселить ко мне свою дочь. Это не забота. Это называется иначе.
Диана тихо положила блузку обратно в шкаф. Она выглядела так, будто хотела провалиться сквозь землю.
— Виктория, может, мы спокойно… — начала было золовка.
— Молчи! — оборвала её мать. — Не лезь! Я сама разберусь с этой особой!
— С особой? — Виктория приподняла бровь. — Это я теперь «особа»? Интересная градация. А что будет дальше? «Эта женщина»? «Проходимка»?
— Да ты и есть проходимка! — выпалила Нелли Павловна. — Окрутила моего сына, квартиру на себя записала, а теперь хвостом крутишь!
Виктория выпрямилась. В её глазах появился стальной блеск, но голос остался ровным.
— Эта квартира досталась когда мне было двадцать два года. За три года до того, как я познакомилась с вашим сыном. Но вы же это знаете. Просто предпочитаете забывать, когда вам удобно.
Свекровь открыла рот, но Виктория не дала ей вставить слово.
— И ещё кое-что. Сергей звонил мне в одиннадцать вечера. Я работаю до полуночи, потому что сроки горят. Телефон ставлю на беззвучный режим, иначе каждый второй пытается меня отвлечь. Это не заговор. Это называется «дисциплина». Попробуйте как-нибудь.
— Ты… ты совсем совесть потеряла! Так со старшими разговаривать!
— Уважение — штука взаимная, — Виктория пожала плечами. — Вы вломились в мой дом, назвали меня гулящей и теперь требуете почтения? Забавная логика.
Нелли Павловна схватила свою сумку с демонстративным видом оскорблённого достоинства.
— Хорошо! Я ухожу! Но Диана останется. Она будет за тобой следить и всё докладывать Сергею!
— Следить? — Виктория усмехнулась. — Докладывать? Это прекрасно. Только вот незадача — Диана тоже уходит. Прямо сейчас.
— Я никуда не пойду! — возмутилась золовка, наконец обретя голос. — Мне некуда! И Сергей сказал…
— Сергей сказал матери проведать меня. Не поселить здесь сестру. Разница существенная, — Виктория достала телефон. — Давайте-ка мы ему позвоним и уточним.
— Не надо! — быстро сказала свекровь. — Он на работе, не надо его отвлекать!
— Какая трогательная забота о его рабочем времени, — Виктория улыбнулась. — Значит, когда дело касается ваших планов — отвлекать можно. А когда нужно уточнить правду — уже нельзя. Удобная позиция.
Свекровь направилась к двери, но обернулась на пороге.
— Сергей узнает, как ты обращаешься с его семьёй!
— Обязательно расскажите. Только не забудьте упомянуть, что вы назвали его жену гулящей без единого доказательства. Думаю, ему будет интересно.
Дверь хлопнула. Виктория перевела взгляд на Диану, которая всё ещё стояла посреди комнаты.
— Ну что, Диана. Теперь поговорим спокойно, — Виктория села на диван. — Ты же понимаешь, что так нельзя?
— Она велела мне ехать, — золовка развела руками. — Сказала, что Сергей попросил, что ты согласна. Я не знала…
— Не знала, что врываться в чужой дом без приглашения — это плохо? Тебе сколько лет, Диана? Двадцать шесть? Двадцать семь?
— Двадцать восемь, — тихо ответила та.
— Вот именно. Достаточно, чтобы иметь собственную голову на плечах, — Виктория говорила жёстко, но без злости. — Ты взрослая женщина. Если тебе нужна помощь с жильём на время ремонта — можно было позвонить и спросить. По-человечески. А не вваливаться с чемоданами и начинать хозяйничать.
Диана опустила глаза.
— Я понимаю… Но куда мне теперь?
— К подругам. К знакомым. В гостиницу. К матери. Вариантов масса. Но не сюда, — Виктория встала. — Собирай вещи. У тебя десять минут.
— Пожалуйста! — Диана всплеснула руками. — Ну хотя бы сегодня! Уже поздно, куда я пойду?
— Надо было думать об этом, когда паковала чемоданы, — Виктория подошла к прихожей и взяла туфли золовки. — Время пошло.
— Это жестоко!
— Жестоко — это когда твоя мать называет меня распутной без каких-либо оснований. Жестоко — это когда врываются в чужой дом и начинают командовать. А я просто прошу тебя уйти. Очень вежливо, между прочим.
Диана не двинулась с места. Виктория пожала плечами, открыла входную дверь и аккуратно поставила туфли на лестничную площадку.
— Мои туфли! — ахнула золовка и выскочила наружу.
Дверь захлопнулась за ней. Щёлкнул замок.
— Виктория! — раздался крик из-за двери. — Открой немедленно! Там мои вещи! Мой телефон!
— Сумку выставлю через полчаса, — крикнула Виктория. — Когда успокоишься и перестанешь орать.
Она прошла в комнату, достала телефон и набрала номер мужа. Сергей ответил после третьего гудка.
— Вика? Наконец-то! Ты почему не отвечала? Я волновался!
— Сергей, у меня к тебе разговор, — её голос был спокойным и холодным. — Твоя мать только что устроила мне допрос с пристрастием. Обвинила в измене. Попыталась подселить Диану «для присмотра». Это что вообще такое?
В трубке повисла пауза.
— Я… я просто попросил её зайти проверить, всё ли у тебя в порядке. Ты не отвечала, я переживал…
— Переживал — это прекрасно. Но знаешь, что сделал бы нормальный человек? Написал бы мне сообщение. Или перезвонил утром. А не натравливал бы на меня свою мать с инквизиторскими замашками.
— Вика, подожди, давай разберёмся…
— Разбираться уже поздно, Сергей. Твоя мать назвала меня гулящей. Диана сейчас стоит на лестничной площадке без вещей, потому что я её выставила. И я вызываю мастера — замок сменю сегодня же.
— Замок?! Но я же дал маме ключи на случай…
— На случай чего? — Виктория повысила голос. — На случай, если она решит в любой момент ворваться в МОЮ квартиру и устроить обыск? Это не её дом, Сергей. И не твой. Это мой дом.
— Но мы же женаты…
— И это даёт твоей матери право оскорблять меня? Серьёзно?
Снова пауза. За дверью затихли крики — видимо, Диана наконец успокоилась.
— Я поговорю с ней, — наконец сказал Сергей. — Объясню, что она неправильно меня поняла.
— Ты поговоришь с ней сейчас, — отчеканила Виктория. — Позвонишь и объяснишь, что если она ещё хоть раз явится сюда без моего приглашения или скажет обо мне хоть одно гадкое слово — она больше никогда не переступит порог этого дома. И ты вместе с ней.
— Вика, это ультиматум?
— Это констатация факта. Я терпела её выпады три года. Её намёки, её взгляды, её вечное «Серёженька, ты уверен, что она тебе подходит?». Терпела ради тебя. Но сегодня она перешла черту.
Голос Сергея дрогнул.
— Она просто волнуется за меня. Она такая…
— Она взрослая женщина, которая отвечает за свои слова и поступки. Как и ты. Как и я. И если ты не способен объяснить ей элементарные вещи про границы и уважение — тогда мне не нужен муж, который не может защитить собственную жену.
Виктория говорила спокойно.
— Три месяца командировки — это долго, Сергей. Достаточно, чтобы я успела подумать, нужна ли мне такая семья. Решай.
В трубке послышался тяжёлый вздох.
— Хорошо. Я позвоню ей прямо сейчас. И извинюсь перед тобой. Я не думал, что она так…
— Не думал — это твоя проблема. Начинай думать.
Виктория отключилась. Пропиликал телефон — мастер прислал сообщение, что будет через двадцать минут. Она выглянула в глазок: Диана всё ещё сидела на ступеньках, обняв колени.
Виктория открыла дверь и выставила сумку.
— Забирай. Телефон внутри.
Диана схватила сумку и подняла глаза.
— Ты правда выгоняешь меня?
— Я прошу тебя уйти из дома, куда тебя никто не приглашал.
Телефон Дианы зазвонил. Она взглянула на экран и побледнела.
— Это Сергей…
— Ответь, — Виктория прислонилась к дверному косяку. — Думаю, тебе будет интересно.
Диана поднесла телефон к уху. Даже с расстояния было слышно, как Сергей повышает голос. Его слова были неразборчивы, но интонация говорила сама за себя.
— Да… Да, я понимаю… Нет, я не знала, что так получится… Хорошо… Прости…
Разговор длился минуты три. Когда он закончился, Диана убрала телефон и посмотрела на Викторию.
— Он велел извиниться перед тобой. И уехать домой. Сказал, что сам разберётся с… со всем этим.
— Умница, — кивнула Виктория. — Начал соображать.
Она закрыла дверь, не дожидаясь ответа. Мастер по замкам явился через пятнадцать минут, и ещё через полчаса квартира обрела новый замок.
Около полуночи пришло сообщение от Сергея: «Поговорил с ней. Она плакала. Но я сказал всё, что нужно. Прости меня. Люблю тебя».
Виктория прочитала и отложила телефон. Ответила коротко: «Посмотрим».
Через три месяца Сергей вернётся. Нелли Павловна больше не появлялась без приглашения — один раз пришла на день рождения Виктории и вела себя подчёркнуто вежливо. Диана извинилась при встрече, искренне и долго.
Отношения не стали тёплыми. Но стали честными. Иногда это важнее.
Виктория смотрела на новый ключ в своей руке и думала о том, что некоторые двери нужно закрывать вовремя. А некоторые — не открывать вовсе.
