«Выметайся в метель, наследство тебе не светит!» — кричала Антонина Сергеевна, швыряя на пол прихожей сумку невестки. Из расстегнутого кармана разлетелись медицинская карта и какие-то мелкие бумажки.
Ксения стояла у дверей огромного загородного коттеджа, придерживая руками тяжелый живот. На ней был только тонкий шерстяной свитер. За окнами бесновалась февральская пурга, забрасывая террасу белой крошкой.
— Вадим сейчас в специальном отделении под присмотром, — произнесла Ксения. Голос срывался. — После того несчастного случая на дороге он даже в себя не приходил. Как вы можете делить имущество, пока ваш собственный сын находится между небом и землей?
— Врачи сказали прямо: шансов на восстановление почти нет, — Антонина Сергеевна одернула рукав своей идеальной шелковой блузки. Лицо женщины было неподвижным, как каменное. — Мой сын может уйти из жизни в любой момент. А я смотрю на вещи реально.
Женщина подошла к столику, брезгливо постучала пальцем по документу и сдвинула его на край.
— Я строила свою фирму почти тридцать лет. Собирала всё по крупицам, не спала ночами. Ты правда думаешь, что я позволю бывшей воспитательнице прибрать к рукам долю моего мальчика?
— Вы же сами отправили его на тот объект! — Ксения разревелась, слезы так и брызнули из глаз. — Вы настояли, чтобы он поехал в снегопад. Если бы не ваша привычка всеми командовать, он был бы сейчас дома!
Щеки свекрови моментально покраснели. Она резко шагнула к невестке, грубо схватив ее за рукав.
— Не смей сваливать на меня вину! Это ты тянула из него всё! Требовала квартиру, платные приемы у докторов, вещи для ребенка! Он торопился домой к тебе, потому и вылетел в кювет на скользкой трассе!
Женщина с силой потащила Ксению к массивной двери, распахнула ее настежь. В прихожую тут же ворвался ледяной сквозняк.
— Чтобы духу твоего здесь не было! Мой внук не получит от меня ни копейки!
Толчок в спину оказался неожиданным. Ксения споткнулась о высокий порог и упала коленями прямо в холодный сугроб на крыльце. Вслед за ней на снег полетела куртка.
Позади щелкнул замок. Выключился свет на улице. Девушка осталась абсолютно одна в темноте поселка, где дома стояли за высокими заборами, а соседей почти не бывало.
Ветер взвыл с новой силой, забрасывая за шиворот колючие снежинки. Ксения медленно поднялась, натягивая куртку. Руки совсем не слушались. Она достала телефон, но экран мигнул и потух окончательно — батарея села. Ни связи, ни возможности вызвать машину.
До трассы было около четырех километров по лесной дороге. Девушка закинула сумку на плечо и побрела вперед. Сапоги проваливались в снег, ноги быстро окоченели.
Вокруг чернели ели, ветки которых раскачивались под порывами ветра. Ксения шла, стараясь дышать через шарф.
В памяти всплывало всё, что случилось за эти дни. Как звонила Вадиму, а телефон молчал. Как потом перезвонил человек в форме и сказал, что машина перевернулась.
Она вспомнила запах хлорки в коридорах клиники. Лицо уставшего доктора, который прятал глаза, говоря о крайне тяжелом состоянии. И физиономию Антонины Сергеевны, которая уже тогда планировала, как выставить невестку за дверь.
Через час ходьбы снегопад стал такой стеной, что ничего не было видно. Ксения перестала понимать, где дорога. Пальцы на ногах перестали что-либо чувствовать.
Внезапно нога соскользнула. Девушка взмахнула руками, пытаясь удержаться, но покатилась вниз в овраг. Она успела только сгруппироваться, прикрывая живот.
Падение закончилось в глубокой яме со снегом. Ксения попыталась встать, но резкие спазмы в пояснице заставили ее согнуться.
— Только не сейчас, — прохрипела она. — Еще рано. Пожалуйста.
Очередной приступ скрутил тело так, что голова пошла кругом. Из-за холода и нервов всё началось раньше срока.
Ксения осела на снег. Лес казался ловушкой. Она закричала, зовя на помощь, но звук мгновенно пропал в вое ветра.
Где-то рядом хрустнула ветка. Девушка замерла. Из метели показался огромный силуэт.
Сначала ей показалось, что это какой-то зверь. Очень высокий, широкий в плечах, покрытый темной шерстью. Но существо шло на двух ногах.
Оно остановилось рядом. Ксения зажмурилась, вжимаясь в дерево. Внутри всё заледенело.
— Не трогай, — прошептала она.
Существо шумно втянуло воздух. Оно не рычало. Только издавало тихое ворчание.
Массивная лапа медленно потянулась к ней. Ксения сжалась. Но прикосновение оказалось очень аккуратным. Существо легко, словно пушинку, подняло ее на руки. От него шло сильное тепло. Пахло хвоей и землей.
Девушка даже не пыталась вырываться — сил совсем не осталось. Очередная волна рези накрыла ее, и она провалилась в забытье.
Сознание вернулось короткими вспышками. Сначала стало сухо. Потом послышался треск дров.
Ксения открыла глаза. Над ней был каменный потолок. Она лежала на охапке веток, укрытая какой-то старой курткой.
В центре пещеры было тепло, там вовсю горели ветки, а дым уходил наверх. У входа сидел он. Лесной житель смотрел в метель, сидя спиной к теплу.
Девушка попыталась приподняться и застонала. Ей было очень хреново, процесс шел вовсю, и остановить его было нельзя.
Услышав стон, существо обернулось. В свете от веток Ксения разглядела его лицо: глубокие глаза желтого цвета, широкий нос. Злости в нем не было, только внимание.
Она не знала, понимает ли он речь, но он подошел ближе, издавая мягкие звуки. Лесной житель взял помятый котелок, зачерпнул снега и поставил поближе к теплу.
Началось самое трудное. Ксения металась на ветках. Дышать было тяжело.
Когда стало совсем невыносимо, существо протянуло ей свою огромную ладонь. Ксения вцепилась в нее изо всей сил. Лесной житель даже не шелохнулся, только тихо сопел.
Был только жар, стук сердца и желтые глаза, наблюдающие за ней.
Существо ловко помогло малышу окончательно появиться на свет, сделав всё необходимое быстро и уверенно.
Когда в пещере раздался детский плач, Ксения обессиленно легла. Лесной житель бережно подхватил крошечный сверток.
Великан смотрел на ребенка с удивлением, что-то проворчал и осторожно положил младенца матери на грудь.
— Сынок, — прошептала девушка, плача от облегчения. — Ты справился.
Она завернула малыша в свою кофту. Существо пододвинуло к ней котелок с теплой водой и отошло к входу. Оно сидело там всю ночь, охраняя их.
С рассветом метель утихла. В пещеру заглянуло солнце.
Лесной хозяин подошел к ней и махнул рукой в сторону выхода. Пора было идти к людям.
Ксения укутала сына поплотнее, спрятала его под куртку. Встать было сложно — ноги дрожали, голова кружилась.
Существо снова подняло девушку на руки и уверенно зашагало по лесу.
Они шли долго. Великан легко пробирался через сугробы. Наконец, показалась расчищенная дорога.
Существо остановилось в лесу. Оно аккуратно опустило Ксению на снег.
— Спасибо тебе, — тихо сказала она. — Я никогда этого не забуду.
Лесной житель долго смотрел на нее своими мудрыми глазами. Затем он коснулся ее плеча, развернулся и быстро скрылся среди деревьев.
Через некоторое время возле замерзшей девушки на обочине затормозила машина дорожников.
— Девушка, вы как тут оказались?! — выскочил из кабины рабочий. — Мы же тут всё чистили, никого не было!
— В больницу, скорее, — только и смогла сказать Ксения, прижимая к себе сверток.
Светлая палата казалась чудом. Батареи работали отлично. В боксе спал крепкий малыш. Врачи только удивлялись, что после такой ночи на холоде никто не пострадал.
Ксения сказала в больнице, что переждала метель в старой охотничьей хижине.
На третий день к ней пришла Антонина Сергеевна. Как всегда: дорогая накидка, прическа, холодный взгляд.
Женщина подошла к ребенку. Ее лицо вдруг изменилось, она побледнела, глядя на новорожденного.
— Значит, выкрутилась, — сказала она сухим тоном.
— Как видите, — Ксения села на кровати. Ей было абсолютно плевать на эту женщину. В лесу всё наносное просто исчезло.
— Я пришла договориться, — свекровь достала бумаги. — Давай честно. У тебя нет ни жилья, ни денег. Я обеспечу внука. Дам квартиру, найму няню.
— И что вы хотите взамен? — спросила девушка.
— Ты подпишешь отказ от доли Вадима. Я буду решать всё за внука. Где учиться, с кем общаться. Ты будешь просто рядом, без права голоса.
Ксения посмотрела на нее. В глазах женщины не было ни капли стыда за ту ночь.
— Вы выгнали меня в метель. Вы оставили нас на верную гибель.
— Я была на взводе! — прикрикнула Антонина Сергеевна. — Мой сын в тяжелом состоянии, я сорвалась!
— Нет, — спокойно ответила Ксения. — У вас нет на нас никаких прав. Я ничего не подпишу. И вы больше к сыну не подойдете.
— Да у тебя ни копейки нет! — свекровь покраснела от злости. — Я в органы опеки пойду! Докажу, что ты не можешь его содержать!
— Валяйте, — Ксения скрестила руки на груди. — А я расскажу прессе, как я оказалась ночью в лесу. Расскажу про ваши методы. Репутации вашей фирмы это очень «поможет». Заказчики разбегутся сразу.
Лицо женщины вытянулось. Она хотела что-то ответить, но промолчала. В глазах мелькнул страх. Злобно хлопнув сумкой, она вылетела из палаты.
Прошел месяц. Ксения сняла небольшую комнату. Помогла знакомая, взяв совсем немного денег.
Из клиники пришли печальные новости. Вадим ушел из жизни, так и не придя в сознание.
Ксения не пошла на прощание. Ей не хотелось видеть этих людей. Она попрощалась с мужем в мыслях, стоя у окна и укачивая сына.
Она нашла работу на дому — переводила тексты. Денег хватало только на самое нужное, но это было свое.
Антонина Сергеевна больше не появлялась. Видимо, страх за бизнес оказался сильнее желания всё контролировать.
Каждый вечер Ксения смотрела в окно. Там, за городским светом, чернел лес.
Она часто вспоминала те мудрые желтые глаза. То сострадание, которого не нашлось у близкой родственницы, но которого было много у лесного жителя.
Люди привыкли бояться леса. Но жизнь показала, что настоящие чудовища носят дорогие шмотки и пользуются парфюмом. А те, кого считают дикими, порой оказываются куда человечнее.
Ксения поправила одеяло в кроватке и улыбнулась. Они справились. Впереди было только хорошее.
