— Собирай вещи, Лариса. Максим возвращается домой, а тебе пора подумать, где будешь жить дальше, — объявила Галина Павловна, проходя в прихожую с двумя объёмными пакетами.
Лариса, которая только что достала из духовки запечённые овощи, остановилась в дверях кухни и несколько секунд молча смотрела на свекровь.
Было субботнее августовское утро. На часах не было ещё и девяти. Лариса собиралась спокойно позавтракать, разобрать документы и потом съездить за город к подруге. Поэтому появление Галины Павловны само по себе стало неожиданностью. Но куда сильнее удивляло то, с какой уверенностью женщина уже расстёгивала босоножки и осматривала прихожую, словно приехала принимать освобождённую квартиру.
— Доброе утро, — наконец произнесла Лариса. — Как вы вошли?
— Ключом.
Галина Павловна продемонстрировала связку.
Лариса сразу узнала ключ Максима.
Сам Максим неделю назад собрал одежду, документы и ноутбук, после очередной ссоры заявил, что поживёт у матери, а затем ушёл. Ключи тогда не оставил. Лариса не стала устраивать драку возле двери. Она прекрасно понимала: разговор о браке всё равно придётся заканчивать окончательно.
Но отправить вместо себя мать она от Максима не ожидала.
— Максим дал вам ключ?
— А кто ещё? Не сосед же.
Галина Павловна прошла дальше и положила пакеты возле тумбы.
— Я ненадолго. Посмотрю, чтобы всё прошло спокойно, помогу тебе собраться. Потом привезём вещи Максима.
— Какие вещи?
— Его.
— Большая часть его вещей уже у вас.
Свекровь махнула рукой.
— Рубашки какие-то остались, инструменты, зимняя одежда. Неважно. Разберёмся. Главное, чтобы ты сегодня не устраивала сцен.
Лариса медленно сняла кухонное полотенце с плеча и положила на столешницу.
— Галина Павловна, остановитесь. Давайте сначала разберёмся, зачем вы сюда приехали.
— Я уже объяснила.
Свекровь открыла шкаф в прихожей, осмотрела полки и начала вытаскивать оттуда сумки Ларисы.
— Вот эту полку освободим Максиму. Его куртки здесь всегда висели. А свои коробки можешь забрать потом, если сегодня всё не увезёшь.
Лариса подошла, забрала из её рук сумку, вернула на место и закрыла дверцу.
— Шкаф не открывайте.
— Я помогаю.
— Мне не нужна помощь.
— Конечно. Тебе вообще никто не нужен, кроме собственной правоты.
Галина Павловна повысила подбородок.
— Максим всё рассказал. Довела человека постоянными придирками, потом выставила из собственной квартиры, а теперь решила воспользоваться тем, что он слишком мягкий.
Лариса нахмурилась и чуть склонила голову набок.
Последняя фраза была настолько странной, что на несколько секунд даже отодвинула раздражение.
— Из какой собственной квартиры?
— Не притворяйся.
— Я не притворяюсь. Чью квартиру, по-вашему, я должна освободить?
Галина Павловна посмотрела на неё почти с жалостью.
— Максим здесь живёт много лет.
— Это я знаю.
— Значит, прекрасно понимаешь, о чём речь.
Вот теперь Лариса поняла всё.
Не юридически — с квартирой как раз никаких вопросов никогда не существовало. Она поняла, какую именно историю рассказал матери её муж.
И почему Галина Павловна заявилась с пакетами, его ключом и полной уверенностью, что имеет право распоряжаться в чужом доме.
Квартира досталась Ларисе от отца задолго до знакомства с Максимом.
Отец купил эту трёхкомнатную квартиру, когда сам ещё работал, а через несколько лет решил переехать в небольшой дом в другом регионе. Единственной дочери он оставил городское жильё и заранее оформил всё на неё.
Ларисе тогда было тридцать два.
Квартира требовала обновления. Не аварийного ремонта и не огромных вложений, а обычной серьёзной работы после долгих лет жизни одного человека. Лариса заменила проводку в нескольких помещениях, заказала новую кухню, обновила сантехнику, поменяла напольное покрытие и межкомнатные двери.
Делала постепенно, за свои деньги, тщательно выбирая всё сама.
Ей нравилось, что квартира наконец стала именно такой, какой она её представляла. Просторная кухня без лишних вещей, отдельная спальня, небольшая рабочая комната и гостиная.
Максима тогда в её жизни ещё не было.
Познакомились они только через несколько лет.
Лариса работала администратором в частном медицинском центре. В один из августовских дней в клинике сломалась система кондиционирования, и управляющая компания прислала технического специалиста.
Этим специалистом оказался Максим.
Он появился в коридоре с инструментами, долго разбирался с оборудованием, потом вернулся на следующий день, потому что требовалась замена детали. Лариса несколько раз помогала ему попасть в закрытые помещения, а вечером Максим предложил выпить кофе неподалёку.
В отношениях он поначалу не торопился.
Ларисе это даже нравилось. Никаких обещаний после недели знакомства, никаких попыток через месяц перевезти к ней чемодан.
Они встречались семь месяцев.
Только потом Максим начал оставаться у неё на несколько дней подряд, а спустя некоторое время предложил жить вместе.
— Мне надоело постоянно ездить туда-сюда, — сказал он тогда. — Если ты не против, я бы переехал.
— Переезжай.
Лариса сразу предупредила:
— Только квартира моя. Я привыкла здесь жить определённым образом.
Максим рассмеялся.
— Я на квадратные метры не претендую.
Тогда эта фраза показалась обычной.
Через год они зарегистрировали брак.
Детей у супругов не было. Совместную недвижимость они не покупали. Максим переехал в готовую квартиру, привёз мебель только для рабочего кабинета, несколько коробок личных вещей и технику, которой пользовался сам.
Он отлично знал историю жилья.
Более того, в первые годы иногда сам говорил знакомым:
— Ларисе квартира от отца досталась. Хорошо, что с жильём вопрос закрыт.
Но постепенно формулировки изменились.
Сначала появилось привычное:
— У нас дома.
Ларису это не беспокоило. Они действительно жили вместе, и странно было бы каждый раз сообщать знакомым, кто указан собственником.
Потом Максим стал говорить:
— Наша квартира.
И это тоже звучало естественно в обычном разговоре.
Проблема заключалась не в словах, а в том, что рядом с матерью Максим никогда не уточнял реального положения дел.
Галина Павловна приезжала к ним, рассматривала кухню и однажды заметила:
— Хорошо вы квартиру сделали.
Максим ответил:
— Да, нормально получилось.
Хотя никакого отношения к основному ремонту он не имел.
Другой раз мать сказала:
— Вам бы третью комнату под гостевую освободить.
— Когда-нибудь разберёмся, — ответил Максим.
Лариса услышала и поправила:
— Там мой рабочий кабинет.
Свекровь только пожала плечами.
Тогда Лариса не придала этому значения.
Она вообще не подозревала, что Галина Павловна постепенно выстроила в голове совершенно другую картину.
Женщина была уверена: квартира принадлежит её сыну или супругам в равных долях.
Максим это заблуждение не создавал прямыми словами.
Он делал удобнее — никогда его не исправлял.
Несколько лет их брак был вполне обычным. Они работали, проводили выходные вместе, иногда ездили отдыхать, принимали друзей.
Проблемы начались позже.
Главной причиной стали деньги.
Не потому, что семье чего-то не хватало. Ларису раздражало другое: Максим считал совершенно нормальным распоряжаться общими накоплениями без обсуждения.
У Галины Павловны был младший сын Артём. Тот постоянно менял работу, увлекался дорогими покупками и регулярно попадал в ситуации, когда срочно требовалась помощь.
То ремонт автомобиля.
То новая техника.
То долг знакомому.
То внезапная поездка.
Максим помогал.
Поначалу Лариса не возражала.
— Хочешь помочь брату из своих денег — помогай.
Но постепенно муж начал брать средства из общего бюджета.
Однажды Лариса заметила, что сумма на совместной карте уменьшилась.
— Ты что-то покупал?
— Маме перевёл.
— Зачем?
— Ей нужно было оплатить ремонт машины.
— Почему ты мне ничего не сказал?
— Потому что это моя мать.
Лариса посмотрела на него через стол.
— Причём здесь это? Деньги были общие.
— Я верну.
Вернул.
Через несколько месяцев история повторилась. На этот раз Максим помог брату.
Лариса снова потребовала обсудить такие расходы заранее.
— Я не запрещаю тебе помогать родственникам. Но ты не можешь самостоятельно брать деньги, которые мы откладываем вдвоём.
Максим отмахнулся.
— Ты из каждой мелочи устраиваешь заседание.
— Потому что каждый раз эта «мелочь» оплачивается в том числе мной.
Разговор закончился неприятно, но на некоторое время Максим действительно перестал трогать общие накопления.
Лариса решила, что вопрос закрыт.
Ошиблась.
В июле они начали откладывать деньги на отпуск, который планировали на конец августа. Хотели уехать на две недели, маршрут выбрали заранее, оставалось забронировать жильё и купить билеты.
Лариса однажды вечером открыла приложение банка и увидела, что значительная часть накоплений исчезла.
Она сначала решила, что Максим оплатил поездку.
— Ты билеты купил?
Муж сидел на диване с телефоном.
— Какие?
— На отпуск.
— Нет.
Лариса развернула экран.
— Тогда где деньги?
Максим посмотрел и сразу отвёл глаза.
Этого хватило.
— Максим?
— Маме понадобились.
Лариса несколько секунд стояла неподвижно, затем села напротив.
— На что?
— Машину хочет менять.
Лариса даже не сразу нашлась с ответом.
— Ты сейчас серьёзно?
— У неё старая постоянно ломается.
— И ты взял наши отпускные деньги?
— Не все.
— Ты взял большую часть.
— Потом накопим.
Лариса рассмеялась коротко и совершенно невесело.
— Когда?
— Ну не завтра же мы уезжаем.
— Мы уезжаем в конце месяца.
— Значит, перенесём отпуск.
Лариса уставилась на мужа.
Он говорил так, будто самостоятельно передвинул заказ в магазине, а не распорядился общими накоплениями.
— Ты спросил меня?
— Опять начинается.
— Ты спросил меня, можно ли взять мою часть денег и отдать твоей матери на автомобиль?
— Я не делил там, где чья часть.
— А я делю.
Лицо Максима заметно изменилось.
— Именно поэтому с тобой невозможно нормально жить. Ты всё считаешь.
— Конечно считаю. Особенно когда кто-то берёт мои деньги без разрешения.
— Это не чужие люди.
— Какая разница, кому ты их отдал? Ты распорядился средствами, которые принадлежали не только тебе.
— Мама вернёт.
— Когда?
Максим замолчал.
— Когда, Максим?
— Не знаю.
— Тогда возвращаешь ты.
— Откуда я сейчас возьму?
— Это уже твоя проблема.
На этом разговор не закончился.
Он перешёл в спор, который продолжался почти два часа.
Максим обвинял жену в жадности. Лариса отвечала, что не собирается оплачивать чужой автомобиль только потому, что муж решил показать себя щедрым сыном.
В какой-то момент Максим встал.
— Всё. Мне надоели эти постоянные претензии.
Он ушёл в спальню, достал дорожную сумку и начал складывать вещи.
Лариса не бросилась следом и не стала его удерживать.
— Куда ты собрался?
— К матери.
— Хорошо.
Максим застегнул сумку и посмотрел на жену.
По выражению его лица было понятно: такого ответа он не ожидал.
— Некоторое время поживу там.
— Поживи.
— Может, хоть поймёшь, что невозможно каждый день слушать про деньги.
— А может, ты поймёшь, что нельзя тратить чужие.
Он взял сумку.
— Посмотрим, кто первый соскучится.
Лариса открыла входную дверь.
— Заодно подумай, как вернуть мою часть накоплений.
Максим вышел.
Ключи оставил при себе.
В тот вечер Лариса впервые за долгое время спокойно поужинала одна.
На следующий день занялась обычными делами.
Потом съездила к отцу.
Через два дня разобрала шкафы и сложила часть вещей Максима в коробки.
Она не сидела возле телефона и не ждала звонка.
К концу недели решение окончательно оформилось.
Брак держался не на одной ссоре из-за отпускных денег. Просто этот перевод показал то, что Лариса слишком долго пыталась считать временной проблемой.
Максим не видел ничего неправильного в том, чтобы поставить жену перед фактом.
А потом ещё и требовал, чтобы она считала это нормальным.
Лариса начала собирать документы для развода.
Несовершеннолетних детей у них не было, совместной недвижимости тоже. Если Максим согласится и они оба придут подавать заявление, развестись можно будет через ЗАГС. Если откажется — тогда Лариса будет решать вопрос в судебном порядке.
Её это не пугало.
Она просто хотела закончить историю без лишнего спектакля.
Максим тем временем ждал совершенно другого развития событий.
Первые два дня у матери он демонстративно не звонил.
На третий несколько раз проверил сообщения.
На четвёртый спросил у Галины Павловны:
— Лариса тебе не писала?
— С чего бы ей мне писать?
— Просто спросил.
На пятый сам отправил жене короткое сообщение:
«Ты успокоилась?»
Лариса ответила:
«Да».
Максим долго смотрел на единственное слово.
Он ожидал другого.
Хотя бы вопроса, когда вернётся.
Хотя бы попытки продолжить спор.
Но следующее сообщение пришло только от него.
«Мне заехать за остальными вещами?»
«Я соберу. Напишу».
Максиму такой тон не понравился.
Галина Павловна, заметив мрачное настроение сына, начала расспрашивать.
Сначала Максим отвечал уклончиво.
Потом постепенно изложил свою версию.
Только квартира в его рассказе неожиданно изменила хозяина.
— Она решила, что раз я ушёл на несколько дней, может там одна распоряжаться.
— Так вы оба там живёте, — удивилась мать.
— Вот именно.
— Ты столько лет в эту квартиру вкладывался.
Максим ничего не ответил.
На самом деле основные расходы по квартире Лариса несла сама ещё до знакомства с ним. За годы брака они, конечно, покупали бытовые мелочи, меняли технику, вместе оплачивали обычные расходы. Но это никак не превращало квартиру в собственность Максима.
Однако уточнять он не стал.
Через день Галина Павловна услышала ещё более интересную формулировку.
— Она вообще, похоже, решила оставить квартиру себе.
Свекровь отложила телефон.
— Как оставить себе?
— Вот так.
— А ты?
Максим пожал плечами.
— Не хочу скандалов.
— А она поэтому и наглеет!
Он снова промолчал.
Этого молчания оказалось достаточно.
Галина Павловна сама достроила всё остальное.
По её версии, сын жил в своей квартире, привёл туда жену, потом отношения испортились, Максим временно уехал к матери, а Лариса воспользовалась моментом и решила недвижимость присвоить.
— Ты чего молчишь? — возмутилась она. — Надо возвращаться.
— Не хочу с ней сейчас разговаривать.
— Тогда я поговорю.
Максим сделал вид, что сомневается.
— Мам, только без большого скандала.
— Я сама разберусь.
Вот так субботним утром она и появилась в квартире Ларисы.
Теперь Лариса стояла напротив свекрови и пыталась понять, насколько далеко зашла ложь мужа.
— Галина Павловна, Максим сказал вам, что квартира принадлежит ему?
— А кому она принадлежит?
— Ответьте на вопрос.
— Вы здесь сколько лет вместе живёте?
— Это не ответ.
— Лариса, мне неинтересны твои юридические хитрости. Максим мой сын. Я прекрасно знаю, сколько лет он здесь прожил.
— Проживание не делает человека собственником.
— Муж и жена всё делят.
— Не всё.
Свекровь раздражённо дёрнула дверцу шкафа, но Лариса снова её закрыла.
На этот раз твёрже.
— Больше ничего здесь не трогайте.
— Я освобождаю место сыну.
— Его место никто не занимал.
— Тогда собирай своё.
Лариса посмотрела на неё и вдруг улыбнулась.
Не потому, что ситуация была смешной.
Просто спорить словами уже не имело смысла.
— Подождите здесь.
Она прошла в спальню.
Галина Павловна осталась в прихожей и недовольно огляделась.
Через пару минут Лариса вернулась с папкой.
— Что это?
— Документы на квартиру.
— И зачем мне их показывать?
— Чтобы больше не обсуждать фантазии Максима.
Лариса открыла папку и протянула свекрови документы.
Галина Павловна взяла их неохотно.
Сначала прочитала первую страницу.
Потом вторую.
Вернулась к первой.
Лицо у неё постепенно вытянулось.
— Тут только ты.
— Именно.
— А Максим где?
— Нигде.
— Почему?
— Потому что квартира никогда ему не принадлежала.
Галина Павловна снова посмотрела на дату.
— Это когда было?
— Задолго до нашего знакомства.
— Откуда квартира?
— От отца.
Свекровь ещё раз перечитала сведения о собственнике, словно фамилия сына могла появиться там со второй или третьей попытки.
Не появилась.
— Но вы потом поженились.
— И что?
— После брака…
— Квартира от этого не стала собственностью Максима.
Лариса забрала документы.
— Ваш сын прекрасно это знает. Он переехал сюда через семь месяцев после нашего знакомства. Когда квартира уже несколько лет принадлежала мне.
Галина Павловна резко открыла сумку и достала телефон.
— Сейчас разберёмся.
Максим ответил не сразу.
— Мам?
— Ты мне сказал, что Лариса хочет оставить себе твою квартиру!
Даже стоя в нескольких шагах, Лариса услышала паузу.
— Я такого не говорил.
Галина Павловна побагровела.
— Как это не говорил?
— Я сказал, что она не хочет меня пускать.
— Ты сказал, что она решила оставить квартиру себе!
— Ну…
— Здесь документы лежат! Собственник Лариса! Ещё до вашего знакомства!
Снова тишина.
Максим заговорил осторожнее:
— Мам, зачем ты вообще полезла в документы?
Лариса приподняла брови.
Галина Павловна резко выпрямилась.
— Ты мне ответь! Квартира чья?
— Формально Ларисина.
— Что значит «формально»?
— Мам…
— Максим!
— Её.
Свекровь закрыла глаза на секунду, затем медленно опустила телефон.
— Ты меня сюда зачем отправил?
— Я тебя не отправлял.
— Ключ кто дал?
Максим молчал.
— Ты сказал: поговори с ней пожёстче.
— Ну я не просил тебя её выгонять.
Галина Павловна уже почти кричала:
— А что я должна была подумать после твоих рассказов?!
Лариса прислонилась плечом к дверному косяку и молча слушала.
Ей даже вмешиваться не требовалось.
Максим сам рушил собственную легенду.
— Мам, давай потом поговорим.
— Нет, сейчас.
— Я приеду вечером.
— Приезжай куда хочешь. Но больше меня в свои разборки не втягивай.
Она отключила телефон.
Несколько секунд стояла с аппаратом в руке.
Потом посмотрела на Ларису.
Вся прежняя уверенность исчезла.
— Он никогда прямо не говорил, что квартира его.
— Я уже поняла.
— Всегда говорил «у нас».
— Мы действительно здесь жили вместе.
— А я думала…
— Вы думали то, что вам было удобно думать. Максим это видел и не исправлял.
Галина Павловна нахмурилась.
— Зачем ему было это делать?
— Сегодня можете спросить у него.
Лариса убрала документы обратно в папку.
— А сейчас заберите, пожалуйста, свои пакеты.
— Там вещи Максима.
— Тем более.
— Какие вещи?
Лариса открыла дверь маленькой комнаты.
У стены стояли две коробки и дорожная сумка.
— Остатки одежды, инструменты, обувь и личные вещи. Я собрала заранее.
Свекровь посмотрела сначала на коробки, потом на невестку.
— Ты действительно решила разводиться?
— Да.
— Из-за одного перевода?
— Нет. Из-за человека, который считает нормальным брать мои деньги, а потом отправлять мать выгонять меня из моей квартиры.
— Он сказал, что вернёт.
— Сначала пусть вернёт.
Лариса подняла одну коробку и вынесла в прихожую.
Галина Павловна неожиданно не стала спорить. Видимо, после разговора с сыном желание командовать окончательно пропало.
Они молча вынесли вещи к лифту.
Последним остался пакет, с которым свекровь приехала утром.
— А это что?
— Максим передал домашнюю одежду.
— Заберите тоже.
Галина Павловна взяла пакет.
Возле двери остановилась.
— Лариса.
— Да?
— Я действительно не знала.
— Теперь знаете.
— Он никогда не говорил…
— Но и не поправлял вас.
Свекровь устало кивнула.
— Наверное.
Лариса открыла дверь.
— Ключ Максима оставьте.
— Он у меня.
Галина Павловна сняла его со связки и протянула невестке.
Лариса взяла.
— Всего доброго.
— До свидания.
Когда дверь закрылась, Лариса сразу принесла из кладовой коробку с новой личинкой замка.
Она купила её несколько дней назад.
Не потому, что собиралась устраивать эффектную сцену. Просто Максим ушёл с ключами, а Лариса не собиралась гадать, есть ли у него копии и кому ещё он способен их передать.
Она достала отвёртку, выкрутила крепёж, вынула старую личинку и установила новую.
Проверила несколько раз.
Ключ поворачивался ровно.
Затем Лариса убрала инструменты, открыла окно на кухне и наконец вернулась к своему завтраку, который давно остыл и уже не выглядел привлекательным.
Она приготовила себе новый.
Около четырёх часов позвонил Максим.
— Мама сказала, ты замок поменяла.
— Да.
— Ты серьёзно?
— Вполне.
— Я там вообще-то живу.
— Ты неделю живёшь у матери.
— Я собирался вернуться.
— Мне известно.
— Тогда открой вечером.
— Приезжай. Остались ещё несколько твоих вещей.
— Лариса, я не за вещами хочу приехать.
— А я именно о них собираюсь говорить.
Максим резко выдохнул в трубку.
— Ты специально всё доводишь до крайности.
— Нет. Я заканчиваю то, что ты начал.
— Какое ещё «начал»?
— Ты ушёл. Потом отдал матери ключ от моей квартиры. Потом рассказал ей историю, после которой она приехала меня выселять.
— Я не говорил ей тебя выселять.
— Ты прекрасно понимал, зачем она идёт.
— Не понимал.
— Максим, тебе сорок лет. Не изображай человека, который случайно передал матери ключи и попросил поговорить с женой пожёстче.
Он замолчал.
— В семь буду.
— Хорошо.
Лариса отключила телефон.
Оставшиеся вещи она собрала без спешки.
В шкафу нашлись две куртки, спортивная сумка, папка с рабочими бумагами и зарядные устройства. В ванной оставались средства для бритья. В рабочем столе — несколько инструментов и документы на технику.
Лариса ничего не выбрасывала.
Каждую вещь сложила аккуратно.
В начале восьмого раздался звонок в дверь.
Потом ещё один.
Затем Максим набрал телефон.
— Ключ не подходит.
— Потому что личинка новая.
— Открой.
Лариса подошла к двери.
Максим стоял на площадке с раздражённым лицом.
— Ты действительно поменяла замок.
— Я говорила.
Он попытался пройти внутрь.
Лариса осталась в дверном проёме.
— Не надо.
— В смысле?
— В квартиру не заходи.
— Ларис, хватит представлений.
— Представление утром устроила твоя мать.
— Я уже с ней поругался из-за тебя.
Лариса усмехнулась.
— Из-за меня?
— Ну не цепляйся к словам.
— А мне как раз нравится точность.
Она вынесла первую коробку.
— Здесь твои вещи.
Максим посмотрел на неё.
— Я никуда окончательно не уходил.
— Теперь уходишь.
— Ты одна это решила?
— Относительно моей квартиры — да.
— А наш брак?
— Документы на развод подготовлены.
Максим моргнул.
— Какие документы?
— Обычные.
— Ты из-за ссоры решила разводиться?
— Ссора закончилась неделю назад. У меня было достаточно времени подумать.
— Мы можем поговорить.
— Можем. На лестничной площадке.
Максим покраснел.
— Ты специально меня унижаешь.
— Утром твоя мать открыла мою дверь твоим ключом и предложила мне искать другое жильё. После этого особенно интересно слушать про унижение.
— Я не знал, что она так скажет.
— Но дал ей ключ.
— Хотел, чтобы вы поговорили.
— Для разговора ключ не нужен.
Максим отвёл взгляд.
Лариса вынесла вторую коробку.
— Здесь инструменты и документы.
— И всё?
— Ещё сумка.
— Лариса, перестань.
— Что именно?
— Ты прекрасно понимаешь. Мы прожили несколько лет.
— Да.
— И теперь ты просто выставляешь мои вещи за дверь.
— Я предлагаю тебе забрать собственность из моей квартиры.
— Вот опять: моя, твоя.
Лариса посмотрела на него спокойно.
— Максим, именно потому, что ты годами не различал «моё», «твоё» и «общее», мы сейчас здесь и стоим.
Он открыл рот, но ничего не сказал.
— Отпускные деньги были общими, — продолжила Лариса. — Ты распорядился ими один. Квартира моя, но ты позволил матери считать её своей. Ключ принадлежал тебе для проживания, но ты передал его другому человеку. У тебя удивительная способность считать общим всё, чем тебе удобно распоряжаться, и личным всё, за что ты не хочешь отвечать.
Максим помрачнел.
— Деньги я верну.
— Жду.
— Мать тоже уже всё поняла.
— Это хорошо.
— Тогда зачем развод?
Лариса несколько секунд рассматривала человека, с которым прожила почти пять лет.
— Потому что вопрос не в квартире и не в одном переводе. Вопрос в том, что ты сначала делаешь как удобно тебе, а потом предлагаешь окружающим привыкнуть.
— Можно всё исправить.
— Деньги вернуть можно. Замок поменять можно. А доверие у меня закончилось.
Максим прислонил коробку к стене.
— Ты решила всё заранее.
— Нет. Я долго ничего не решала. В этом и была моя ошибка.
Он прошёлся по площадке до окна и обратно.
— Мать говорит, ты ей документы показывала.
— Пришлось. Она собиралась освобождать тебе полку в моём шкафу и отправлять меня искать жильё.
Максим поморщился.
— Не надо было перед ней устраивать этот цирк.
— Цирк начался в момент, когда ты отправил её сюда с ключом.
— Я никого не отправлял!
Лариса подняла ладонь.
— Давай не будем второй раз слушать ту же версию. Она уже рассказала, что ты попросил поговорить со мной пожёстче.
Максим замолчал.
— Я думал, она просто поговорит.
— О чём?
Ответа не последовало.
— О том, чтобы я пустила тебя обратно?
— В том числе.
— Ты мог позвонить сам.
— Ты бы не стала разговаривать.
— Поэтому понадобилась мама?
Максим нахмурился.
— Звучит глупо, когда ты так говоришь.
— Потому что это и было глупо.
Лариса вынесла последнюю сумку.
— Забирай.
— А развод?
— Если согласен, подадим заявление вместе через ЗАГС. Детей у нас нет, делить недвижимость тоже не требуется. Если откажешься, буду действовать иначе.
Максим посмотрел на закрытую дверь квартиры.
Впервые за весь разговор он, кажется, окончательно понял, что внутрь сегодня не войдёт.
Не потому, что жена обиделась и решила попугать.
И не потому, что через два дня собирается позвонить и попросить его вернуться.
Это был конец.
— Я завтра позвоню, — произнёс он.
— По поводу денег или развода можешь звонить.
— А по поводу нас?
— «Нас» ты неделю назад отправил к матери вместе со своей сумкой.
Максим криво усмехнулся.
— Жёстко.
— Зато понятно.
Он поднял коробку.
— Ладно.
Лариса закрыла дверь.
На этот раз без хлопка.
Через несколько минут она услышала, как приехал лифт.
Максим уехал.
Позже Галина Павловна написала ей сообщение.
«Я с Максимом поговорила. Деньги он обязан вернуть. В вашу квартиру больше вмешиваться не буду».
Лариса прочитала и ответила коротко:
«Спасибо».
На следующий день Максим перечислил часть долга. Оставшееся обязался вернуть позже. Лариса сохранила переписку и больше не обсуждала с ним отношения.
Через несколько дней они встретились в кафе недалеко от её работы.
Максим выглядел спокойнее.
— Я согласен на развод, — сказал он.
— Хорошо.
— Мама до сих пор злится на меня.
— У неё есть причина.
— Она говорит, что я выставил её дурой.
Лариса покачала головой.
— Нет. Ты просто позволил ей поверить в удобную для тебя версию.
Максим помолчал.
— Наверное.
Он впервые не стал спорить.
В конце августа супруги вместе подали заявление в ЗАГС. Поскольку несовершеннолетних детей у них не было, спорить о совместной недвижимости тоже не требовалось, процедура не превратилась в многомесячную борьбу.
После встречи Лариса вернулась домой одна.
Открыла дверь новым ключом, прошла по знакомому коридору и убрала сумку в тот самый шкаф, который Галина Павловна несколько недель назад собиралась освобождать для сына.
На полке лежали вещи Ларисы.
Как и раньше.
Только теперь в квартире стало заметно свободнее.
Не потому, что Максим увёз несколько коробок одежды.
Просто больше никто не объяснял хозяйке, кому она должна уступить место в собственном доме.
Максим отправил мать выгонять жену, надеясь чужими руками решить неприятный разговор. Он рассчитывал, что Галина Павловна надавит, Лариса уступит, а сам он потом вернётся, не признавая ни своей вины, ни своей лжи.
План развалился за несколько минут.
Для этого понадобилось всего лишь открыть папку с документами и посмотреть на дату.
Квартира принадлежала Ларисе задолго до того, как Максим впервые переступил её порог.
Поэтому выставить из неё можно было только одного человека.
И этим человеком оказался совсем не тот, кого Галина Павловна приехала выселять субботним августовским утром.
