— Рита, ты можешь мне объяснить, что это за цирк?!
Голос Бориса в трубке срывался на визг, перекрывая гул чужих голосов на заднем фоне.
Маргарита отодвинула от себя рабочие бумаги.
— И тебе добрый день, Боря. Ты о чём?
— О чём?! Я в МРЭО стою! У окна регистрации!
— Замечательно. А что ты там делаешь?
— Машину оформляю! — выпалил на одном дыхании муж. — Точнее, пытаюсь!
Маргарита поправила телефон. Всё шло ровно по тому сценарию, который она предполагала ещё утром.
Утром Борис суетился в прихожей больше обычного. Искал щётку для обуви, громко вздыхал, перекладывал документы из одного кармана в другой. Рита стояла опершись о дверной косяк и молча наблюдала за этой бессмысленной активностью.
— Слушай, — Борис наконец перестал делать вид, что очень занят ботинками. — Где у нас ПТС от машины? Надо страховку продлить. Заодно в сервис загоню, масло поменяю.
— В верхнем ящике комода.
Она даже бровью не повела. Борис метнулся в комнату, зашуршал бумагами и уже через минуту стоял у порога с победной улыбкой. Он явно ожидал расспросов. Жена у него недоверчивая. А тут — отдала главный документ на их общую «Шкоду» без единого вопроса.
— Ну, я погнал, — бросил он, пряча бумаги во внутренний карман спортивной куртки. — Буду поздно. Сама понимаешь, в сервисах очереди.
— Обязательно, — согласилась Маргарита. — Удачи в сервисе.
Она прекрасно знала, в какой именно «сервис» он поехал. Сосед с третьего этажа ещё вчера проболтался, что Боря предлагал ему купить их ласточку по дешёвке. Срочно нужны были наличные.
Последние полгода жизнь с Борисом превратилась в вялотекущую катастрофу. Он влез в какие-то мутные инвестиции, набрал кредитов и свято верил, что вот-вот сорвёт куш. Куш не срывался. Зато звонки из банков стали регулярными. Жить в одной квартире становилось невыносимо, но съезжать Борис отказывался.
Машина была куплена в браке. Оформлена на Бориса, но деньги вкладывали оба. И Рита точно знала, что ни копейки от её продажи муж в семейный бюджет не принесёт.
— Рита, ты меня слышишь?! — рявкнул Борис в трубку, возвращая её в реальность. — Какое ещё ограничение регистрационных действий?!
— А что говорит инспектор? — миролюбиво поинтересовалась она.
— Инспектор говорит, что на машине висит арест! От судебных приставов! Ты брала какие-то кредиты?!
— Нет, Боря. Кредиты у нас берёшь только ты.
На том конце провода повисла пауза. Было слышно, как кто-то рядом с Борисом откашлялся.
— Мужик, ты давай решай свои проблемы, — донёсся недовольный мужской голос. — Мне проблемы не нужны.
— Эдик, погоди пять минут! — засуетился Борис. — Сейчас мы всё проясним. Это какая-то ошибка в базе. Сама не знает, куда нажала.
Он снова переключился на жену, понизив голос до угрожающего шипения.
— Рита. Быстро зашла на Госуслуги и сняла эту дрянь. У меня покупатель срывается.
— Не сниму.
— В смысле не снимешь?! Это моя машина!
— Наша, Боря. Купленная в браке.
— Короче! — взорвался муж. — Я её продаю. Мне нужны деньги, чтобы закрыть дыру по кредитке. Я тебе потом твою долю отдам. Честно!
— Обалдеть, какая щедрость, — хмыкнула Маргарита. — Как в прошлом году отдавал, когда с моей карточки на зимнюю резину снимал?
— Это другое!
— Нет, это то же самое. И арест висит не просто так. Неделю назад я подала иск о разводе и разделе имущества. Суд автоматически наложил запрет на продажу машины до конца разбирательства. Чтобы кое-кто особо умный не скинул её втайне от жены.
Борис шумно втянул воздух. До него наконец начал доходить масштаб проблемы.
— Ты подала на развод? Втихаря?!
— Почему втихаря? Я тебе два месяца говорила, что меня достали твои долги. Ты отмахивался.
— Мужик, всё, я поехал, — голос Эдуарда зазвучал громче. — Возвращай задаток. Машина проблемная, мне чужие суды даром не облокотились.
— Эдик, стой! — запаниковал Борис. — Давай я тебе скину ещё полтинник! Мы завтра всё решим! Жена заявление заберёт!
— Договорились же, вернул и разбежались. Давай наличку.
Маргарита прикрыла глаза. Вот оно что. Борис уже успел взять задаток. И, зная его привычки, деньги наверняка успел куда-то перевести или отдать в счёт горящего долга.
— Рита, — голос мужа стал заискивающим, липким. — Риточка. Забери иск. Умоляю. Я ему задаток вернуть не могу, я его уже на кредитку закинул, чтобы процент не капал.
— Это твои трудности, Боря.
— Я тебя по судам затаскаю! — мгновенно сменил гнев на милость муж. — Ты у меня без копейки останешься!
— Увидимся вечером.
Она сбросила вызов. Домой возвращалась в приподнятом настроении. Зашла в кондитерскую, купила свежих эклеров. Вечер обещал быть громким, но это её совершенно не пугало. Главный козырь находился в её руках.
Борис появился в прихожей спустя час после её прихода. Лицо красное, спортивная куртка распахнута, в руках скомканный ПТС. Он грузно осел на пуфик, стянул кроссовки, небрежно бросив их прямо посреди коридора. Маргарита сидела на краю дивана в своей обычной домашней кофте и листала ленту новостей в телефоне.
— Из-за тебя мне пришлось перезанимать у пацанов, чтобы отдать задаток Эдику! — с порога пошёл в наступление муж.
— Разумно.
— Что разумно?! Ты мне сделку сорвала! Я мог её за приличную сумму отдать!
— И забрать эту сумму себе.
Борис осёкся. Он швырнул скомканный документ на тумбу и прошёл в комнату, тяжело дыша.
— Мы бы потом разобрались. Я же твой муж.
— Почти бывший.
Он остановился посреди комнаты. Взглянул на неё так, словно видел впервые. В его картине мира Маргарита была удобной, понятной и слегка глуповатой женщиной, которая должна терпеть его махинации ради статуса замужней дамы.
— Значит так, — Борис упёр руки в бока. — Развод так развод. Но машину мы делить не будем. Я её сам обслуживал, сам заправлял.
— Судья учтёт твои заслуги на заправке, — миролюбиво отозвалась Рита.
— Я найму адвоката! Ты вообще ничего не получишь!
— Нанимай. Только учти, что адвокату нужно платить вперёд. А у тебя, судя по утренней суете с Эдиком, в карманах гуляет ветер.
Борис побледнел. Он открыл рот, чтобы выдать очередную тираду, но слова застряли. Крыть было нечем. Машина стояла под окнами, мёртвым грузом привязанная к судебному делу. Продать её без согласия жены он больше не мог.
— Ты всё спланировала, — процедил он сквозь зубы. — Специально отдала мне утром ПТС, чтобы я поехал и опозорился!
— Я просто не стала тебе мешать делать глупости.
Он сжал челюсти, развернулся и ушёл на кухню. Оттуда послышался грохот отодвигаемых стульев и возмущённое бормотание. Маргарита взяла с тарелки эклер. Откусила. Тесто было свежим, крем — в меру сладким.
На следующий день Борис перешёл к плану «Б». Маргарита поняла это сразу, как только переступила порог квартиры после работы. В коридоре стояли знакомые бордовые туфли. Свекровь.
Валентина сидела на краю дивана, не снимая вязаной жилетки. Борис суетился рядом, старательно изображая жертву обстоятельств.
— Риточка, здравствуй, — елейным голосом начала свекровь, стоило невестке снять плащ. — А мы тут с Борей разговариваем. Обсуждаем ваше недоразумение.
— Это не недоразумение, Валентина Степановна. Это бракоразводный процесс.
Маргарита прошла в комнату, опустилась в кресло напротив.
— Ну зачем же так категорично? — всплеснула руками свекровь, но тут же осеклась, положив ладони на колени. — Вы же семья. У Бореньки сейчас трудности. Ему поддержка нужна, а ты ему палки в колёса ставишь.
— Трудности, Валентина Степановна, это когда предприятие закрылось и человека сократили. А когда взрослый мужчина берёт кредиты в тайне от жены и спускает их неизвестно куда — это глупость.
— Он хотел как лучше! Для семьи старался! — вступился за себя Борис.
— Для какой семьи? — Рита смерила его взглядом. — За последние полгода ты на продукты ни копейки не дал. Мы живём на мою зарплату. А ты только новые отговорки придумываешь.
— Рита, ну мальчик оступился, — свекровь примирительно улыбнулась. — С кем не бывает. Но зачем же машину под арест подводить? Боря сказал, ему срочно нужны деньги, чтобы всё исправить. Он продаст машину, погасит долг, и вы начнёте с чистого листа.
— Он вам так сказал?
Маргарита усмехнулась. Она посмотрела на мужа, который вдруг заёрзал и отвёл взгляд в сторону окна.
— А Боря вам не уточнил, какой именно долг он собирался гасить? — поинтересовалась она.
— По кредитной карте, — уверенно ответила Валентина. — Там совсем немного накапало.
— Понятно. Значит, он вам не сказал, что кредитных карт у него три. И ещё два микрозайма. А деньги от машины он хотел перевести своему приятелю, чтобы вложиться в очередную сомнительную схему.
Свекровь медленно повернула голову к сыну.
— Боря? Это правда?
— Мам, ну ты её слушаешь! Она всё преувеличивает!
— Я видела выписки, — спокойно парировала Рита. — Они лежат в суде, прикреплённые к иску. Там всё очень наглядно. Если машину продать сейчас, деньги исчезнут в тот же день. А долги, нажитые в браке, Боря потом предложит поделить пополам.
В комнате повисла неловкая пауза. Валентина Степановна поджала губы, разглядывая узор на обоях. Вся её уверенность куда-то испарилась. Она пришла спасать сына от стервозной невестки, а оказалась втянута в финансовые махинации, о которых даже не подозревала.
— Борис, — голос матери стал металлическим. — Ты же говорил, что у тебя всё под контролем.
— Да под контролем всё! — взорвался муж. — Вы обе ничего не понимаете в инвестициях! Мне просто нужно время и оборотные средства!
— Оборотные средства, — медленно повторила Валентина. — Понятно. Значит так, сын. Разбирайтесь сами.
Она поднялась с дивана, поправила жилетку и решительным шагом направилась в прихожую.
— Мам, ну куда ты? Мам! — Борис бросился следом.
Маргарита осталась сидеть в кресле. Из прихожей доносилось недовольное бормотание свекрови и жалкие оправдания мужа. Затем повернулся замок, и Валентина покинула квартиру. Защитник из неё не получился.
Борис вернулся в комнату поникшим. Вся его агрессия сдулась, уступив место детской обиде.
— Довольна? Опозорила меня перед матерью.
— Ты сам себя опозорил, Боря.
— Тебе всё равно ничего не достанется! — предпринял он последнюю попытку оставить за собой последнее слово. — Суд будет длиться месяцами. Машина сгниёт на парковке.
— Пусть стоит, — пожала плечами Маргарита. — Мне спешить некуда.
Через два дня Борис собирал свои вещи. Процесс оказался недолгим. Жить в квартире с женщиной, которая перестала его бояться и обслуживать, оказалось физически некомфортно. Маргарита больше не готовила ужины на двоих, не стирала его рубашки и не реагировала на провокации.
Он сгрузил свою одежду в рюкзак и два больших пакета из супермаркета.
Уже стоя на пороге, одетый в ветровку, он обернулся. В глазах читалась надежда, что жена всё-таки сорвётся, начнёт умолять остаться или хотя бы устроит скандал на прощание.
— Я всё равно докажу, что ты не права, — буркнул он, пряча глаза.
— Обязательно, Боря, — кивнула Рита. — Удачи.
Он подхватил пакеты и вышел на лестничную клетку.
Маргарита подошла к окну. На парковке, среди других машин, сиротливо стояла их общая «Шкода». Она будет стоять там ещё долго, дожидаясь честного раздела. Но главное было не в машине. Главное, что в квартире теперь можно было спокойно жить, не вздрагивая от звонков коллекторов и не выслушивая сказки про грядущие миллионы.
Она достала из коробки последний эклер. Вечер обещал быть на редкость спокойным.
