— Я мужик в доме, я принимаю стратегические решения!
— Осторожнее, не задень пульт.
Георгий суетился посреди гостиной, обтирая рукавом своего зеленого поло глянцевые бока гигантской конструкции.
— Это японская сборка, Илона. Тут электроники больше, чем в орбитальной станции.
— Здоровый агрегат.
Илона стояла в дверях, скрестив руки. Ей хотелось снять туфли, переодеться после рабочего дня и просто вытянуть ноги, но проход загораживало нечто, напоминающее черную капсулу.
— Присаживайся, попробуй режим невесомости!
Муж похлопал по блестящему подлокотнику.
— Я теперь каждое утро тут начинать буду. Мысли проясняет моментально. Сразу видишь новые горизонты для масштабирования бизнеса.
— И сколько стоят эти горизонты?
Георгий отмахнулся, продолжая любоваться приобретением.
— Скажем так, пришлось немного потрясти активами. Но здоровье инвестора — это главный капитал.
— Какими активами, Георгий?
Она прошла к столу в углу комнаты. Там лежали каталоги с образцами мебельного велюра. У Илоны горели сроки по поставкам для нового ресторана, а муж со своими грандиозными планами снова занял всё пространство.
— Тебе лишь бы всё обесценить.
Он недовольно одернул воротник.
— Я оформил потребительский кредит. Пятьсот сорок тысяч. Плюс страховка. Но ты не паникуй, платежи небольшие, я всё рассчитал. Это аванс в счет будущих сверхприбылей.
Илона застыла с бордовым лоскутом ткани в руках. Последние три года муж нигде официально не работал. После увольнения из логистической компании Георгий объявил, что устал работать «на дядю» и теперь будет инвестором. За это время он успел вложиться в ферму для майнинга, которая сгорела через месяц, и в франшизу вендинговых аппаратов, принесшую одни убытки.
Весь семейный бюджет, оплата счетов и покупка продуктов легли на плечи Илоны и ее стабильную зарплату менеджера.
— Ты взял полмиллиона под конские проценты?
— Я мыслю масштабно!
Георгий упер руки в бока.
— Деньги должны работать. Ребята открывают сеть автомоек самообслуживания. Гарантированный кэшфлоу. Мне нужен был стартовый капитал, чтобы войти в долю.
— И ты купил массажное кресло?
— Это для статуса и продуктивности!
Он прошелся вдоль окна.
— А деньги на мойку мы возьмем с продажи твоей дачи. Я уже нашел покупателя. Он приедет с минуты на минуту.
Илона аккуратно положила каталог на стол.
Участок в пятнадцати километрах от города достался ей пять лет назад от бездетной тетки. Шесть соток, старый щитовой домик да разросшийся сад. Георгий за все эти годы ни разу не взял в руки триммер, чтобы скосить траву. Заявлял, что его время стоит слишком дорого, чтобы тратить его на крестьянский труд.
— Ты нашел покупателя на мою землю?
— Мы в семье все решения принимаем сообща.
Георгий снисходительно улыбнулся.
— Этот кусок земли просто тянет из нас ресурсы. Налоги, взносы в кооператив. А так мы получим живые деньги. Я хочу, чтобы мы через пять лет жили на Бали и сдавали недвижимость, а не горбатились до пенсии.
— Интересная арифметика.
Илона присела на краешек стола.
— Горбачусь на поставщиков я, а на Бали хочешь ты.
В коридоре раздался резкий звонок. Георгий моментально подобрался, поправил поло и устремился в прихожую.
— Это Валентин. Серьезный человек. Илона, организуй нам бланки, я их на принтере распечатал. И давай без твоих сцен.
Вскоре в гостиную вошел крепкий мужчина в простом сером джемпере. Он окинул взглядом комнату, задержавшись на массажном кресле.
— Здоровый агрегат.
— Японская сборка, — гордо отрапортовал Георгий. — Присаживайся, Валик.
Гость предпочел остаться на ногах.
— Да я ненадолго, Гоша. Давай к делу. У меня бригада завтра простаивает. Если мы сегодня по рукам бьем, я утром туда экскаватор загоняю. Там этот сарай старый сносить надо, яблони корчевать. Работы непочатый край.
— Сносить всё под ноль, — уверенно подтвердил муж Илоны. — Я тебе сразу говорил, участок перспективный. Локация отличная. Построишь там свои коттеджи под сдачу, окупишь за два сезона.
Валентин кивнул в сторону Илоны.
— Земля на супругу оформлена? Документы готовы? А то я сюрпризов не люблю.
— Обижаешь.
Георгий потер ладони.
— У нас всё схвачено.
— Валентин, а вы участок вообще видели?
Илона смотрела на гостя ровно, без капли волнения.
— Обижаете, Илона Эдуардовна. Два раза ездил. Забор там на честном слове держится, и соседский септик близковато. Но мне под коммерцию сойдет.
Он расстегнул свою барсетку.
— Я наличные привез, как договаривались. Задаток. Остальное переведу после нотариуса.
Муж Илоны не сводил глаз с пухлого конверта в руках строителя.
— Вот это деловой подход. Я сейчас принесу ручки.
Георгий засуетился возле тумбы. Валентин неловко переминался, разглядывая мигающие индикаторы на капсуле.
— Дорогая штука. У меня тесть такую хотел.
— Пятьсот сорок тысяч, — отбрила Илона. — В кредит.
Валентин присвистнул, но комментировать чужие финансы не стал. Георгий вернулся с распечатанными договорами.
— Ну что, партнеры, переходим к бумажной волоките?
Он пододвинул к жене лист и шариковую ручку.
— Подписывай, Илон. Завтра к девяти утра едем в МФЦ.
Она даже не взглянула на ручку.
— Задержись на минуту, Георгий.
— В чем проблема?
В его голосе прорезалось раздражение.
— У человека время — деньги.
— Я не буду ничего подписывать.
Георгий шумно втянул носом воздух, готовясь сорваться.
— Илона, давай без этого. Мы всё обсудили.
— Ты обсуждал это сам с собой.
— У тебя мышление бедняка!
Он повысил голос.
— Ты держишься за этот гнилой сарай, потому что боишься перемен. Это был наш стартовый капитал! Я парням из мойки уже долю пообещал.
— Как с теми кофейными автоматами?
Она говорила негромко, но веско.
— За которые мы до сих пор долг отдаем из моей зарплаты?
Краска отлила от лица Георгия. Он покосился на Валентина, которому явно было некомфортно присутствовать при семейной разборке.
— Это был опыт. В бизнесе нельзя без рисков. Я забочусь о нашем будущем!
— Георгий, отправь Валентина домой.
Илона подошла к своей рабочей сумке.
— Никого я отправлять не буду! Хватит строить из себя жертву. Покупатель ждет.
Валентин выложил на край стола ровные пачки пятитысячных купюр.
— Вот, двести тысяч ровно. Договор задатка я изучил. Теперь нужно только согласие супруги. У вас же всё в порядке с этим?
Илона расстегнула молнию на сумке. Достала плотный белый конверт курьерской службы.
Она положила его прямо поверх купюр Валентина.
— Боюсь, ехать куда-либо поздно.
Строитель нахмурился.
— Проблемы с документами? Арест на участке?
— Нет, с документами всё в идеальном порядке.
Илона аккуратно извлекла из конверта несколько листов с синими печатями.
— Просто участок больше мне не принадлежит.
Георгий перевел взгляд с бумаг на жену.
— Что за бред ты несешь?
— Я обменяла его, Георгий. Две недели назад.
Муж выхватил листы со стола. Его глаза забегали по строчкам.
— Договор мены…
Он прочитал вслух, запинаясь.
— Какая еще мена?! На что?!
— На квартиру-студию в спальном районе.
Она скрестила руки.
— Для моей мамы. Ей тяжело подниматься на пятый этаж в старом доме без лифта. А студия на первом этаже, в новом жилом комплексе. Вчера мы получили финальную выписку из реестра.
Валентин медленно отодвинул от себя пачки денег.
— Я так понимаю, сделки не будет.
Он констатировал это без эмоций, характерных для людей, привыкших к сорванным контрактам.
— Подожди, Валик!
Георгий в панике замахал на него.
— Это какая-то ошибка! Она не могла!
Он в упор посмотрел на жену.
— За моей спиной?! Ты провернула сделку с недвижимостью за моей спиной?!
— Участок достался мне в наследство.
Илона чеканила каждое слово.
— По закону это мое личное имущество. Я имею право распоряжаться им без твоего согласия. В отличие от того кредита на кресло, который ты повесил на наш бюджет.
— Да как ты смела!
Георгий швырнул бумаги на стол.
— Это были мои инвестиции!
— Значит, придется извиниться перед партнерами. И научиться зарабатывать капитал самостоятельно. Желательно, устроившись на нормальную работу, где платят зарплату, а не рассказывают сказки про кэшфлоу.
Валентин не стал дослушивать финал сцены. Он собрал деньги обратно в барсетку.
— Извините за беспокойство, Илона Эдуардовна.
Он развернулся к Георгию.
— Гоша, ты в следующий раз проверяй документы. Счастливо оставаться.
Шаги строителя стихли на лестничной клетке. Георгий осел на край дивана. Он смотрел на договор мены так, словно бумага могла укусить.
— И что мне теперь делать?
Он спросил это в пустоту.
— Первый платеж через неделю. Сорок тысяч.
Илона забрала свои документы и направилась обратно к каталогам с велюром. У нее еще оставалось два неоформленных заказа, а поставщики не любят ждать.
— Включи режим невесомости.
Она не удержалась от колкости.
— Говорят, отлично проясняет мысли.
Через месяц Георгий попытался продать злополучное кресло в интернете, но покупателей на подержанную роскошь за такие деньги не находилось. Ему пришлось устроиться торговым представителем на завод стройматериалов, чтобы покрывать ежемесячные платежи. Илона в его финансовые дела больше не вмешивалась, предпочитая проводить свободные вечера в новой, светлой студии своей мамы.
