— Вы совсем обнаглели?! Кто разрешил хозяйничать в моей квартире?
Лариса произнесла это не так громко, как собиралась. Просто перед ней стояла совершенно незнакомая женщина лет сорока в клетчатых домашних тапочках и с чашкой в руке.
Женщина тоже явно не ожидала увидеть Ларису.
— Простите… А вы кто?
— Вот сейчас мне особенно интересно, что на этот вопрос ответите вы.
Полчаса назад Лариса представляла своё возвращение совсем иначе. Она должна была приехать только в понедельник, но старшая сестра Ольга, ради которой Лариса почти месяц прожила в Рязани после её операции на колене, уже вполне уверенно передвигалась по квартире и сама отправила её домой.
Лариса поменяла билет и никому ничего сообщать не стала. Хотелось открыть дверь, поставить чайник, проверить цветы и хотя бы сутки ни с кем не разговаривать.
Но сначала возле её двери обнаружились два чемодана.
Потом из квартиры послышались голоса.
А теперь в её прихожей стояли чужие кроссовки, на тумбе лежала карта Нижнего Новгорода с обведёнными достопримечательностями, а из кухни выглянул незнакомый мужчина.
— Лен, сахар где?
Он увидел Ларису и остановился.
В руках у него была её любимая медная турка.
Вот это почему-то возмутило Ларису сильнее всего.
— Сахар в верхнем шкафу, — машинально ответила она. — А теперь поставьте, пожалуйста, мою турку на место и расскажите, каким образом вы оказались у меня дома.
Мужчина осторожно поставил турку на плиту.
Женщина первой догадалась, что происходит что-то совсем нехорошее.
— Подождите… Это ваша квартира?
— Пока да. По крайней мере, сегодня утром я никаких сделок с недвижимостью не совершала.
Незнакомцев звали Елена и Андрей. Они приехали из Кирова на четыре дня, заплатили за квартиру заранее и были абсолютно уверены, что разговаривают с хозяйкой, которая зачем-то решила приехать во время их проживания.
— Мы Максиму переводили, — быстро сказала Елена и полезла за телефоном. — У нас вся переписка есть.
— Какому Максиму?
Через минуту Лариса уже сидела на собственной кухне, а перед ней на экране телефона красовалось объявление.
«Уютная двухкомнатная квартира рядом с историческим центром. Тихий двор. Всё необходимое для комфортного проживания».
Фотографии были прекрасные.
Даже слишком.
Вот спальня Ларисы.
Вот кухня.
Вот балкон, где летом стоял её складной столик.
Вот кресло, которое она три месяца выбирала, потому что одно было слишком жёсткое, второе слишком широкое, а третье, по словам продавца, «идеально вписывалось в современный интерьер», хотя Лариса до сих пор не знала, что именно в её интерьере было современного.
Даже покрывало перед съёмкой кто-то аккуратно расправил.
— Хорошо снято, — невольно признала она.
— Нам тоже понравилось, — тихо сказала Елена.
Хозяином квартиры значился Максим.
Двадцатисемилетний Максим был племянником Ларисы.
Сыном её младшей сестры Ирины.
И вот теперь многое становилось понятнее.
Перед поездкой Лариса действительно оставила Ирине запасной комплект ключей.
Просьб было две: дважды полить цветы и заодно посмотреть, не капает ли соединение возле стиральной машины. Кран там давно вызывал у Ларисы подозрение, но сантехник каждый раз уверял, что ещё поживёт.
О туристическом бизнесе Лариса вроде бы ничего не говорила.
Она набрала Ирину.
— Ты Максиму ключи отдавала?
— Отдавала. А что?
— Просто уточняю. У меня тут два человека кофе варят.
На другом конце наступила пауза.
— В смысле?
— В прямом. Елена и Андрей. Из Кирова. Приехали на четыре дня посмотреть Нижний.
— Лариса, я ничего не понимаю.
Ирина действительно ничего не знала.
Ездить с Автозавода до квартиры сестры ей было неудобно, поэтому она попросила Максима пару раз заехать после работы.
Максим согласился охотно.
Даже слишком охотно, как теперь выяснялось.
— Я думала, он цветы поливает! — возмутилась Ирина. — Он мне ещё написал: «Мам, всё нормально, фикус жив».
Лариса посмотрела в сторону гостиной.
Фикус действительно был жив.
К предпринимательским способностям племянника вопросов становилось всё больше.
Елену с Андреем Лариса выгонять не стала. Люди сами оказались в дурацком положении.
— Спокойно собирайтесь. Я сейчас буду разбираться не с вами.
— Максим говорил, что квартира его, — виновато сказала Елена.
— Сегодня он много интересного говорил.
Пока гости собирали вещи, Лариса решила осмотреть квартиру.
И довольно быстро поняла, что Елена с Андреем были далеко не первыми.
На верхней полке шкафа стояла коробка с одноразовыми тапочками.
В ванной обнаружились маленькие упаковки шампуня и геля для душа.
В кухонном ящике, где раньше лежали запасные прихватки, теперь находился лист с заголовком «Информация для гостей».
Пароль от Wi-Fi.
Телефон Максима.
Ближайший продуктовый магазин.
Просьба выносить мусор в контейнеры за домом.
И отдельной строкой:
«Пожалуйста, бережно относитесь к имуществу хозяина».
Лариса перечитала дважды.
— Хороший человек этот хозяин, — сказала она вслух. — Всё о моём имуществе переживает.
Андрей кашлянул, пряча улыбку.
Последним пунктом шла просьба не шуметь после одиннадцати вечера.
С этим Максим тоже угадал: Валентина Семёновна из соседней квартиры могла начать воспитательную работу и в половине одиннадцатого.
Максим приехал примерно через час.
Влетел в квартиру быстро, но увидел тётю и заметно сбавил скорость.
— Тёть Лар…
— Только не говори, что собирался сделать мне сюрприз.
— Я всё объясню.
— Это обязательно. Я особенно хочу узнать, с какого момента мой адрес стал твоим коммерческим проектом.
Максим прошёл на кухню.
Высокий, аккуратный, в дорогих кроссовках и с новеньким телефоном в руке. Последнее Лариса отметила сразу.
Работал Максим менеджером в логистической компании, получал около девяноста пяти тысяч в месяц и всегда мечтал придумать что-нибудь такое, что позволит «не жить на одну зарплату».
Оказалось, придумал.
По его версии, ничего страшного вообще не произошло.
Квартира пустовала.
Гости приезжали приличные.
Цветы получали воду.
После каждого проживания проводилась уборка.
Коммунальные расходы он тоже собирался компенсировать.
— Тебя месяц нет, — объяснял Максим. — Квартира просто стоит. Я подумал: а почему?
— Потому что это квартира, а не простаивающий экскаватор.
— Но тебе же хуже не стало.
Лариса молча показала ему листок из ящика.
— Особенно мне нравится «имущество хозяина». Ты когда успел стать хозяином?
Максим поморщился.
— Ну надо же было что-то написать в объявлении.
— Можно было написать правду: «Сдаю чужую квартиру, пока тётя не приехала раньше срока».
Елена с Андреем тем временем закончили собираться.
Максиму пришлось при Ларисе вернуть им все пятнадцать тысяч двести рублей за четыре дня.
Это был первый момент за вечер, когда его предпринимательское настроение заметно ухудшилось.
После их ухода Лариса усадила племянника за стол.
— Открывай бронирования.
— Зачем?
— Хочу оценить масштаб семейной инициативы.
Максим нехотя показал историю.
До Елены с Андреем квартиру успели снять ещё три раза.
Первая пара жила три ночи и заплатила девять тысяч шестьсот рублей.
Потом приезжала семья на пять ночей — семнадцать тысяч.
После них четверо друзей жили четыре ночи — четырнадцать тысяч четыреста.
Между заселениями Максим специально оставлял свободные сутки.
— Чтобы всё убрать, — пояснил он.
— Я уже поняла, что организация у тебя серьёзная. Осталось выяснить, где ресепшен собирался поставить.
С трёх завершённых бронирований получилось сорок одна тысяча рублей.
Пять тысяч Максим действительно потратил на недорогое дополнительное бельё, средства для уборки и несколько раз приглашал женщину, которая приводила квартиру в порядок.
Чистыми осталось тридцать шесть тысяч.
— Вот это моя работа, — сразу сказал Максим. — Я объявления разместил, людям отвечал, заселял, бельё менял.
— А квартиру кто предоставил?
— Ну…
— Вот это «ну» стоит тридцать шесть тысяч.
Максим попытался спорить.
Объяснял, что без него никаких денег вообще не было бы.
Что тётя всё равно была в Рязани.
Что квартира никаких доходов ей раньше не приносила.
Лариса слушала спокойно.
— Максим, если завтра я увижу твою машину возле дома и начну за деньги возить на ней людей, ты тоже должен будешь радоваться дополнительному доходу?
— Это другое.
— Конечно. Машина твоя.
На этом аргументы начали заканчиваться.
Тогда появился ещё один участник событий.
Раздался звонок в дверь.
На пороге стояла Валентина Семёновна с пакетом яблок.
— Ларочка! Ты уже вернулась? А я смотрю, опять люди какие-то с чемоданами ушли.
Максим прикрыл глаза.
Лариса пригласила соседку на кухню.
За следующие десять минут выяснилось, что Валентина Семёновна видела всех постояльцев.
Сначала удивлялась.
Потом решила, что Лариса открыла маленький семейный гостиничный бизнес.
— Я ещё подумала: молодец какая. Не сидит человек на месте.
— Спасибо.
— Я даже Светкиным родственникам вас посоветовала. Они в прошлом месяце приезжали.
Максим тихо сказал:
— Это как раз второе бронирование.
Лариса повернулась к соседке.
— Поздравляю. Вы работали моим менеджером по продажам.
Валентина Семёновна рассмеялась.
Максиму было не до смеха.
Потому что дальше Лариса пошла проверять мебель.
На обеденном столе обнаружилась глубокая царапина.
У шкафа была сломана ручка.
А из двух хороших комплектов постельного белья, которыми Лариса сама пользовалась, один исчез.
— Наверное, кто-то случайно увёз, — предположил Максим.
— Значит, будешь случайно компенсировать.
На следующий день мастер оценил восстановление столешницы в пять тысяч рублей. Новая ручка с установкой обошлась ещё в тысячу. Такой же комплект белья стоил пять тысяч.
Ещё одиннадцать тысяч.
Лариса насчитала сорок семь тысяч: тридцать шесть тысяч дохода и одиннадцать за ущерб. Максим спорил, но в итоге согласился всё вернуть.
Пятнадцать тысяч двести, полученные от последних гостей, в эту сумму не входили — их Максим вернул Елене и Андрею полностью.
Тогда же выяснилось происхождение нового телефона.
Он стоил двадцать девять тысяч девятьсот девяносто рублей.
Максим купил его именно с денег от квартиры.
После всех расходов и возврата последним гостям на карте у него осталось шесть тысяч десять рублей.
Их он перевёл Ларисе сразу.
Остаток долга — сорок тысяч девятьсот девяносто — вернул с двух следующих зарплат: двадцать тысяч после первой и двадцать тысяч девятьсот девяносто после второй.
Лариса записывать расписку не стала.
Но суммы запомнила прекрасно.
Максим тоже.
Замок Лариса поменяла через два дня.
Новый запасной ключ Ирине всё-таки дала, но только после разговора.
Сестра переживала больше всех.
— Я ведь сама ему ключ отдала.
— Ты дала сыну ключ, чтобы он цветы полил. Если взрослый мужчина из этого сделал гостиницу, это уже не твоя фантазия.
С Максимом Лариса некоторое время общалась прохладно.
Не из-за одних денег.
Гораздо неприятнее было то, что племянник действительно не понимал границы между «пустует» и «можно использовать».
Но скандал постепенно закончился.
Максим выплатил всё до рубля.
Стол восстановили.
Ручку поставили.
Бельё купили новое.
А объявление исчезло в тот же вечер.
Через несколько месяцев Лариса отмечала день рождения.
Ирина пришла с салатом, Ольга специально приехала из Рязани, Валентина Семёновна принесла пирог.
Максим появился последним с коробкой хорошего кофе и небольшим подарком.
Снял куртку, постоял возле шкафа и спросил:
— Тёть Лар, сюда можно повесить?
На кухне стало тихо.
Лариса посмотрела на него.
— Можно. Только посуточно больше не сдаю.
Максим засмеялся первым.
Чуть позже Валентина Семёновна, накладывая себе пирог, поинтересовалась:
— Ларочка, а гостиница ваша окончательно закрылась?
— Окончательно.
— Жалко. У моей знакомой родственники весной собираются приехать. Хорошие люди, между прочим.
— Валентина Семёновна, даже не начинайте.
— А что я? Я просто спросила. У вас сервис был хороший. Тихо, чисто.
Максим уткнулся в чашку.
После той истории Лариса по-прежнему спокойно уезжала из города.
Ключи тоже оставляла.
Правда, теперь при выборе человека у неё появился один обязательный критерий.
Он должен был уметь поливать цветы.
Проверять кран.
И желательно совершенно не иметь предпринимательской жилки.
