Лера уже целую неделю ломала голову над тем, что подарить любимому мужу на годовщину свадьбы. Такие поиски всегда превращались для неё в настоящее испытание: дни рождения, Новый год, профессиональные праздники, памятные даты — всё это неизменно вызывало у Леры тревогу. Она старалась подбирать подарки с выдумкой, но угодить требовательному, самодостаточному Николаю получалось не часто.
Он, конечно, благодарно принимал сюрпризы и даже изображал радость, но итог всегда был одним и тем же: подарок быстро оказывался заброшенным. Лежал без дела и не приносил ни пользы, ни удовольствия, сколько бы денег Лера ни тратила. Книги, техника, дорогие аксессуары, часы, духи, сертификаты, перьевые ручки — всё это потом пылилось в ящиках и на полках, словно никому не нужный хлам.
И это было особенно обидно, ведь Лера всегда старалась угодить: заранее выспрашивала, прислушивалась, ловила намёки, пыталась понять, что могло бы его по-настоящему порадовать. Но проблема заключалась в том, что у Николая уже было всё. Он легко мог купить себе что угодно сам и не мечтал ни о чём таком, что жена могла бы с торжеством вручить ему в подарок.
К тому же вкус у него был очень своеобразный. И, что хуже всего, менялся он молниеносно. Сегодня Николай с восторгом листает журнал и задерживает взгляд на рекламе швейцарского хронографа, явно намекая, что на ближайший праздник был бы рад именно ему. А Лера, обрадовавшись, дарит часы — и в ответ видит лишь вежливую улыбку. Он примеряет подарок, ставит его в витрину рядом с десятком других часов и больше никогда не надевает.
С деньгами у семьи Бобровых проблем не было. Николай владел собственным PR-агентством, к нему обращались звёзды и публичные люди, которым важно было беречь репутацию. Лера работала ведущим аналитиком в крупной компании.
У них было практически всё, о чём многие только мечтают. Их провожали завистливыми взглядами, стоило им появиться где-нибудь вместе: красивые, молодые, успешные, на дорогих машинах, с квартирой в центре и дачей в живописном месте. За спиной сплетничали, придумывали небылицы, но со стороны они действительно выглядели как идеальная пара.
Вот только Лера не могла назвать себя по-настоящему счастливой. И дело было не в характере мужа — к нему она давно привыкла, научилась обходить острые углы, не доводить разговоры до скандалов и вообще жить с его особенностями. Не в подарках и не в бытовых мелочах. И уж точно не в отсутствии чувств: женаты они были уже семь лет, но по-прежнему сохраняли между собой тепло.
Проблема была куда проще и одновременно страшнее любого конфликта. Дети.
Лера не могла забеременеть. Николай к этому относился спокойно, ничего не требовал и даже уверял, что им и вдвоём неплохо. Но Лера знала: рано или поздно муж захочет наследника, а она не сможет ему этого дать.
Бесконечные попытки, анализы, визиты к дорогим специалистам, курсы чудо-добавок, психологи, даже бабки-ведуньи — всё это выматывало её до предела. Врачи уверяли, что физически она здорова, а причина скрывается «в голове», но легче от этих слов не становилось.
В итоге Лера решилась на ЭКО и теперь собирала последние анализы перед визитом к репродуктологу. Поход был назначен уже после годовщины. Николай устало кивнул, соглашаясь, и это Леру удивило: раньше она думала, что муж тоже мечтает о ребёнке, а выходило — будто ему всё равно.
В последнее время он вообще стал каким-то чужим: отстранённым, холодным.
— Может, у него любовница появилась? — как-то предположила её лучшая подруга Аня Борисова, когда Лера пожаловалась ей на поведение мужа.
— Любовница? — Лера даже вздрогнула. — Да ты что? Коля меня любит, и я его. Мы столько лет вместе, я бы сразу почувствовала. Да и ведёт он себя в остальном нормально. Наверное, это я сама его достала. Любой устанет, если жена только и говорит, что о неудачных попытках забеременеть. Я дёргаю его во время овуляции, злюсь, если он занят и не может приехать, а потом ещё и плачу, когда тест отрицательный. Мне кажется, он уже видит во мне одержимую женщину, для которой ребёнок стал единственной целью. Тут кто угодно отстранится.
— Тебе виднее, конечно, — пожала плечами Аня. — Но мужчины часто идут налево именно тогда, когда жена перестаёт быть той обычной женщиной, к которой он привык.
— Да нет у него никакой любовницы! — возмутилась Лера. — Коля порядочный, он бы сразу признался, если бы изменил. Он не из тех, кто врёт.
— Ага. И у главы PR-агентства, значит, нет привычки врать? — усмехнулась подруга. — Твой муж кому угодно может создать какой угодно образ. Все поверят. Это его работа. И ты так уверенно говоришь, что самому себе он бы такой услуги не оказал.
— Аня, ты что, нас рассорить хочешь?
— Да не, больно мне надо. Я просто хочу, чтобы ты успокоилась.
— И поэтому рассказываешь мне про любовницу моего мужа? Странный метод. Не пытайся пошатнуть мою уверенность. У нас с Колей всё хорошо. К тому же он ещё в день свадьбы пообещал: если когда-нибудь полюбит другую, то сразу мне скажет, чтобы не мучить меня.
Аня рассмеялась.
— Господи, Лерка, тебе уже четвёртый десяток, а ты всё ещё веришь в такие обещания? Как можно быть настолько наивной? Наобещать можно что угодно, а вот слово держат не все. Я не говорю, что Коля тебе изменяет, не дай бог. Но если мужчина резко меняется, отдаляется, это повод задуматься. В восьмидесяти случаях из ста у него кто-то есть.
— Может, это я и правда причина его холодности. Не каждый выдержит такую взвинченную жену. Но на твоём месте я бы всё же проверила.
— Ничего я проверять не собираюсь! — вспыхнула Лера. — У нас с ним всё хорошо. И, между прочим, через неделю годовщина. Может, он просто из-за неё нервничает.
— Кто?
— Мужчины вообще могут забыть такое в два счёта. А для нас это важно.
— Мой муж никогда ничего не забывает, — отрезала Валерия. — И если ты продолжишь очернять его, мы с тобой поссоримся, хоть и дружим пятнадцать лет.
— Ой-ой-ой! — театрально испугалась Аня. — Всё, прости. Не стоило мне это начинать. Давай сменим тему. Ты уже придумала подарок своему благоверному?
— Нет, — недовольно глядя в окно, ответила Лера. — Это настоящий квест. Я никогда не угадываю, чего хочет мой муж. Столько лет вместе, а я всё время промахиваюсь. Иногда мне даже кажется, что его забавляют мои неуклюжие попытки выбрать что-то достойное.
Он вот не заморачивается — просто дарит ювелирку. У меня уже этого золота больше, чем у арабского шейха.
— А ты как будто ещё и не довольна.
— Да нет, украшения я люблю. Просто Коля всегда угадывает, что мне идёт, а я — нет.
— Тогда подари ему тоже украшение, — улыбнулась Аня.
— Что? — Лера усмехнулась. — Скажешь тоже. Он, кроме обручального кольца, ничего не носит. Даже крестика нет. Женщинам украшения дарить проще, а мужчинам-то зачем кольца и цепочки?
— Он же носит костюмы. Подари зажим для галстука с гравировкой, запонки, визитницу с золотой отделкой. Сейчас этого полно. Ты прямо как маленькая. Только не говори, что раньше тебе это не приходило в голову.
— Не приходило, — смутилась Лера. — Я просто думала, что золото и камни его не интересуют. Да и запонки… не слишком ли банально?
— Вот именно из-за этого ты вечно боишься подарить что-нибудь банальное и в итоге даришь не нужное. Золото — беспроигрышный вариант. С твоими возможностями можно подобрать очень интересную вещь. Завтра съезди в хороший ювелирный бутик. Там тебе точно что-нибудь подберут. У них и бренды, и авторские работы. Я своему мужу такие подарки дарю регулярно, он доволен как слон.
— Ладно, возможно, ты права, — неохотно согласилась Валерия.
— А что у тебя с ЭКО? — резко перевела тему подруга.
— Ждём анализы, — вздохнула Лера. — Мои уже готовы. Как только придут его результаты, пойдём сдавать яйцеклетки, а там уж как судьба решит. Недели через две-три, наверное.
— Только не отчаивайся, — Аня обняла её. — Ребёнок у вас будет, просто нужны терпение и деньги.
У меня одна знакомая четыре раза делала ЭКО — случай был почти безнадёжный — и всё-таки добилась своего. Сейчас её чудо уже вовсю бегает по дому, скоро в садик пойдёт. А врачи ей вообще бесплодие ставили. У тебя же по физиологии всё в порядке. Я бы на твоём месте вообще взяла отпуск, уехала куда-нибудь одна. И Коля отдохнёт от твоих переживаний, и ты голову проветришь, а потом вернёшься с новыми силами.
— А ты когда в отпуске была в последний раз? — спросила она.
— Года два назад, — призналась Лера. — Ты же знаешь, я и работу люблю, и без меня там всё вверх дном перевернут.
— Не преувеличивай свою незаменимость. Ты чересчур упёртая, Лера. Забудь хоть ненадолго про всё. Поживи не для кого-то, а для себя.
И вообще, у тебя же всё тело сопротивляется этому вечному режиму: работа, работа, одна только работа. Домой приходишь — нервы, тревоги, да ещё и Коля с кислым лицом. Тебе срочно нужен отдых. Вот вместо бесконечных врачей лучше отметьте годовщину, а потом махните куда-нибудь на море.
— На море? У меня же скоро проверка.
— Да какие проверки? Ты как потом в декрет собираешься уходить? Или родишь и сразу обратно в любимый офис?
— Нет, конечно, но это другое.
— Ничего не другое. Лера, я тебя знаю сто лет. Ты всегда была слишком самоотверженной. Мир без тебя не рухнет, поверь. Подменят тебя на работе и проживут спокойно. Никто не умрёт. Я ведь не предлагаю исчезать надолго. Съезди хотя бы на неделю, а лучше на десять дней. Вернёшься отдохнувшей, и как раз ваши анализы будут готовы. А там, может, и на ЭКО идти не придётся.
— Не могу я так. Отпуск надо заранее планировать.
— И как ты вообще собираешься уходить в декрет, если всё должно быть расписано по минутам? Неужели родишь и сразу вернёшься в офис? Нет, это не дело.
— Но как я поеду одна без мужа? И он сейчас всё равно не сможет — у него работы и так выше крыши.
— Коля только вздохнёт с облегчением, если хотя бы на время перестанет слышать твои бесконечные тревоги. Это пойдёт на пользу вам обоим. Твоя беда в том, что ты всё время всё просчитываешь. Да, ты аналитик, но зачем переносить это на обычную жизнь? Позволь себе немного спонтанности и свободы.
