За двадцать минут до возвращения Сергея мне позвонила Оксана из турагентства.
— Наталья Андреевна, ваш муж просил убрать из заявки Михаила Петровича и поставить вместо него другого человека. Но договор оформлен на вас, поэтому без вашего обращения мы ничего менять не будем. Скажите, пожалуйста, вы действительно хотите заменить туриста?
Я не сразу поняла, о чём она говорит. Открыла письмо с подтверждением бронирования и ещё раз просмотрела фамилии: мы с Сергеем, четырнадцатилетняя Даша и мой отец.
— Нет, — ответила я. — Ничего не меняйте. Вечером я вам перезвоню.
Отец готовился к поездке с зимы
В Сочи мы собирались на восемь ночей. Выбрали небольшую гостиницу недалеко от моря и забронировали два номера с завтраками. Ничего особенного, зато рядом была ровная дорога без длинных лестниц, а отцу уже тяжело было целый день ходить по городу.
После того как не стало мамы, он почти никуда не ездил. Летом занимался дачей, зимой говорил, что лучше отложит деньги на хозяйство. Когда Даша была маленькой, отец забирал её из школы, водил на занятия и оставался с ней по вечерам, если мы с Сергеем задерживались на работе. Денег за это, конечно, не брал.
Предложение поехать вместе его сначала смутило.
— Вы молодые, вам со мной скучно будет, — сказал он. — Я после девяти вечера уже никуда не хочу.
— Мы тоже не на соревнования едем, — ответил тогда Сергей. — Отдохнём спокойно.
Отец согласился и перевёл мне пятьдесят две тысячи рублей — свою часть расходов. Остальное мы оплачивали из семейных накоплений. Всего тур стоил чуть больше ста восьмидесяти семи тысяч, и накануне я внесла последнюю сумму.
Сергей за четыре месяца ни разу не сказал, что не хочет ехать с тестем. Зато его сестра Светлана, узнав о поездке, несколько раз пожаловалась, что отпуск у неё есть, а денег на море не хватает.
— Вот бы кто-нибудь от своей путёвки отказался, — пошутила она однажды за воскресным обедом. — Я бы чемодан за десять минут собрала.
Мы посмеялись, и на этом разговор закончился. По крайней мере, я так думала.
Сергей уже пообещал место сестре
Муж вернулся около семи, поставил сумку возле тумбы и прошёл на кухню. Я ждала его у стола, хотя ужин давно был готов.
— Ты сегодня звонил в турагентство? — спросила я.
Сергей открыл холодильник, достал контейнер с запеканкой и только тогда посмотрел на меня.
— Я твоего отца из поездки вычеркнул. Ты путёвки уже оплатила? — спросил муж.
Говорил он спокойно, словно убрал из заказа лишнюю экскурсию.
— Вчера оплатила полностью. Почему ты решил, что можешь исключить папу?
Сергей поставил контейнер на стол и потёр ладонью подбородок.
— Наташа, я не хочу весь отпуск подстраиваться под Михаила Петровича. Он встаёт в шесть утра, далеко ходить не может, вечером будет ждать нас в гостинице. Какой это семейный отдых?
— Обычный. Тот самый, который мы обсуждали четыре месяца.
— Тогда обстоятельства были другие. Светка сейчас свободна и может поехать с нами. Она с Дашей погуляет, если мы захотим остаться вдвоём.
Из коридора послышались шаги. Дочь вошла на кухню за зарядным устройством, но, услышав последние слова, остановилась у двери.
— А дедушке кто скажет, что он больше не едет? — спросила она.
Сергей отвёл взгляд и начал перекладывать запеканку на тарелку.
— Мама объяснит. Он взрослый человек и не станет устраивать скандал.
— А его деньги?
— Вернём. Не сразу, конечно, после отпуска расходов будет много.
Тогда я окончательно поняла, что Светлане он уже всё пообещал. Неделю назад Сергей попросил переслать ему номер заявки, будто хотел уточнить норму багажа. На самом деле собирался договориться о замене за моей спиной, рассчитывая, что я узнаю об этом слишком поздно.
— Света знает, что едет вместо папы? — спросила я.
Муж поправил тарелку перед собой и ответил после короткой паузы:
— Я сказал, что вопрос почти решён.
Отец первым предложил остаться дома
На следующее утро отец позвонил раньше восьми. Сергей успел поговорить с ним по дороге на работу.
— Наташа, не спорьте из-за меня, — начал папа. — Я никуда не поеду. На даче работы полно, да и море это от меня не убежит.
Он говорил торопливо, перескакивая с поездки на рассаду и протекающий кран. Я хорошо знала эту его манеру: чем сильнее он расстраивался, тем усерднее делал вид, что ничего не случилось.
Когда вечером я приехала к нему, в прихожей стояли новые сандалии, ещё с биркой. На крючке висела лёгкая ветровка, которую они выбирали вместе с Дашей.
— Пап, тебя никто не исключил, — сказала я. — Агентство отказалось менять заявку без моего обращения.
— Сергей ведь тоже едет. Не хочется, чтобы вы всю дорогу друг на друга смотрели исподлобья.
— Он сам это устроил. Ты заплатил за своё место и поедешь.
Отец снял с подоконника лейку и поставил её возле балконной двери.
— Я деньги назад не требую. Только семью из-за отпуска ломать не надо.
— Семья ломается не из-за отпуска, папа. Она ломается, когда один человек решает за всех.
Дома я ещё раз поговорила с Сергеем. Предложила ему самому позвонить Светлане и сказать, что никакого свободного места нет. Он отказался.
— Я уже пообещал, — ответил муж. — Некрасиво теперь отступать.
— А обещать место моего отца без его согласия было красиво?
Сергей промолчал. Потом заявил, что всё равно не станет отдыхать вместе с тестем и лучше вообще никуда не поедет.
— Хорошо, — сказала я. — Только это будет твоё решение, а не моё.
В заявке заменили другого туриста
Утром я снова связалась с Оксаной. Она предупредила, что просто переписать фамилию нельзя: туроператор должен проверить условия авиабилетов и размещения, после чего стоимость могут пересчитать.
Я отправила заявление на изменение состава туристов. Сергей подтвердил, что от поездки отказывается. Через день агентство сообщило, что одного участника разрешили заменить, а после перерасчёта нужно доплатить три тысячи двести рублей.
Вместо Сергея согласилась поехать тётя Люба, младшая сестра отца. Сначала она отказывалась, потому что не хотела вмешиваться в нашу ссору. Согласилась лишь после того, как я объяснила, что Сергей сам письменно отказался от поездки. Тётя прислала данные российского паспорта и сразу перевела свою часть расходов.
Вечером Светлана позвонила брату, когда мы ужинали. Сергей включил громкую связь и положил телефон возле тарелки.
— Серёж, куда паспортные данные отправлять? — спросила она. — Я уже чемодан у соседки взяла.
Я поставила салат на стол и села напротив мужа.
— Никуда, Света. Состав поездки уже подтверждён.
В трубке стало тихо.
— А я вместо кого еду?
— Ни вместо кого. Папа остаётся в заявке, а вместо Сергея поедет тётя Люба.
Муж отключил громкую связь, взял телефон и вышел в коридор. Разговаривал с сестрой негромко, но по его тону было понятно, что новость она приняла плохо.
Вернувшись, Сергей сел на прежнее место.
— Значит, ты всё-таки решила меня наказать?
— Нет. Ты сам сказал, что не поедешь с моим отцом, и сам подтвердил отказ. Его место я сохранила за ним, а твоё занял человек, который оплатил поездку.
Даша долго размешивала сметану в тарелке, потом посмотрела на отца.
— Ты говорил, что тётя Света должна ехать, потому что она семья. Дедушка тоже семья.
Сергей не ответил.
Через три недели мы улетели вчетвером. Отец взял одну небольшую дорожную сумку и всё утро проверял, не забыл ли российский паспорт. Тётя Люба привезла с собой аптечку, складной зонтик и контейнер с пирожками, хотя до Сочи было всего несколько часов лёта.
Сергей не приехал нас провожать. Пока мы отдыхали, он перебрался к своей матери и написал, что хочет пожить отдельно. Я ответила, что поговорим после моего возвращения.
Из аэропорта мы ехали на такси. Отец держал на коленях пакет с гостинцами, а возле дома первым делом спросил, поливали ли соседи его помидоры. Тётя Люба рассмеялась и напомнила, что до дачи ещё сорок километров.
Папа посмотрел на неё, крепче взял пакет и сказал:
— Вот туда завтра и поедем. Отдых отдыхом, а урожай ждать не станет.
