— Настя, где моя рубашка в полоску?
Голос Димы донесся из глубины комнаты, сопровождаемый звуком отодвигаемых вешалок.
— На второй полке.
— Она мятая!
— Утюг на балконе. Доска за шкафом.
Настя стояла у зеркала в прихожей и застегивала ремешок на часах. На тумбе лежал плотный бордовый конверт. В левом нижнем углу картона виднелось едва заметное, давно въевшееся масляное пятно.
Дима вышел в коридор, натягивая на ходу мятую рубашку. Он работал менеджером в крупном магазине автозапчастей, целыми днями висел на телефоне, продавая тормозные колодки, и дома предпочитал, чтобы все бытовые проблемы решались как-нибудь сами собой.
— Не буду я ничего гладить, мы уже опаздываем, — он поправил воротник и посмотрел на тумбу. — Ты сколько туда положила?
— Достаточно.
— Насть, давай без загадок.
Дима шагнул ближе, пытаясь взять конверт, но жена спокойно накрыла его ладонью.
— У мамы шестьдесят лет. Юбилей. Там вся родня будет, ее коллеги из ТСЖ придут. Я не хочу выглядеть нищебродом на фоне Лёши. Он, между прочим, телевизор плазменный привез. Мы должны положить хотя бы тридцать тысяч. Круглую сумму.
— Откуда у нас тридцать тысяч свободных денег, Дима?
Она убрала конверт в свою сумку.
— У нас ипотека списывается через четыре дня. Плюс ты на прошлой неделе купил новые литые диски на свою машину. Смета нашего бюджета не сходится, если мы сейчас выдернем такую сумму.
— Ой, только не начинай свои бухгалтерские отчеты.
Дима отмахнулся, доставая ключи от машины из кармана куртки.
— Как-нибудь разрулим. Перезайму у ребят на работе до аванса. Мама столько для нас сделала, неужели мы один раз не можем нормально отблагодарить?
— Как-нибудь разрулим.
Эхом повторила Настя. Это была его любимая фраза. Универсальный щит от любой ответственности. Полтора года назад он произнес точно такие же слова, когда они сидели в гостиничном номере среди разорванной подарочной бумаги.
Их свадьба обошлась в полмиллиона. Половину суммы Настя скопила, работая сметчицей по ремонтам квартир, брала дополнительные объекты, моталась по новостройкам с рулеткой. Вторую половину пришлось взять в кредит, потому что Людмила Ивановна заявила, что у председателя ТСЖ статус, и она должна пригласить всех своих подруг и председателей из соседних районов.
На самом банкете свекровь произнесла длинный тост о том, как важно поддерживать молодых, и под аплодисменты гостей вручила им плотный бордовый конверт. Во время фотосессии дядя Коля неловко взмахнул рукой с канапе, и кусок красной рыбы шлепнулся прямо на край этого конверта. Настя тогда еще оттирала жирный след влажной салфеткой.
А ночью в гостинице, вскрыв бордовый картон, они не нашли внутри ничего. Ни единой купюры. Пустота.
Дима тогда бегал по номеру в расстегнутой рубашке и бормотал свои оправдания: «Мама просто закрутилась. Суета, банкет, она забыла положить наличные. Я завтра ей позвоню, все разрулим, не накручивай себя».
Он не позвонил ни завтра, ни через неделю. А Настя поехала к свекрови сама.
Офис ТСЖ находился на первом этаже панельного дома. Людмила Ивановна сидела за массивным столом, в своей неизменной вязаной жилетке поверх строгой блузки, и раскладывала квитанции.
— Забыли? — спросила тогда Настя, положив конверт на стол.
Свекровь смерила ее оценивающим взглядом.
— Я, милочка, ничего не забываю. У меня пять домов на балансе, я каждую копейку должников помню.
— Значит, вы подарили пустую бумагу при ста гостях специально?
— Считай это моим принципиальным решением.
Людмила Ивановна тогда отодвинула квитанции.
— Ты пришла в нашу семью на все готовое. С рулеткой своей по чужим квартирам бегаешь, строителям пыльным сметы считаешь. Не женская это работа, престижа ноль. А Дима мой — перспективный парень. Я не собираюсь спонсировать твои амбиции за свой счет. Докажешь, что достойна быть в нашей семье, что умеешь уют создавать — тогда и поговорим о поддержке.
Настя ничего не ответила. Она забрала конверт со стола, сунула его в папку с рабочими чертежами и ушла. Диме ничего рассказывать не стала. Какой смысл? Он бы снова начал объяснять, что мама просто устала и ее нужно понять.
— Эй, ты идешь?
Оклик мужа вернул ее в настоящее. Дима стоял на лестничной клетке и нетерпеливо нажимал кнопку лифта.
— Иду.
Настя закрыла квартиру и спустилась следом.
Всю дорогу до кафе Дима проводил инструктаж. Он рулил одной рукой, а второй активно жестикулировал.
— Насть, я тебя прошу, только без твоего этого фирменного взгляда. Улыбайся. Там тетя Алина приедет из области, дядя Коля. Мама очень трепетно относится к семейным праздникам. Будь помягче.
— Я всегда предельно мягкая.
Отозвалась Настя, глядя на проносящиеся мимо витрины.
Кафе «Уют» находилось в спальном районе. Банкетный зал был украшен золотыми и черными шарами с цифрой шестьдесят. Гости уже сидели за сдвинутыми столами. Людмила Ивановна восседала во главе, принимая поздравления. На ней было платье с люрексом, волосы уложены волосок к волоску.
— О, молодежь пожаловала!
Громогласно объявил дядя Коля, поднимая бокал с минералкой.
— Дима, Настя, штрафную вам за опоздание!
— Мы вовремя, дядь Коль. Пробки.
Дима протиснулся к своим местам, увлекая жену за собой. Людмила Ивановна благосклонно кивнула сыну, а на невестку посмотрела так, словно та пришла оформлять прописку без документов.
— Настя. Прическа у тебя… практичная.
Свекровь указала взглядом на обычный пучок на затылке невестки.
— Все в бегах, все по стройкам своим?
— Работа такая, Людмила Ивановна. Приходится самой все контролировать.
Ответила Настя, раскладывая салфетку на коленях.
— Ну-ну. Женщина должна украшать мир, а не в бетонной пыли ковыряться.
Застолье шло по накатанной колее. Родственники произносили тосты, вспоминая, как именинница героически выбивала средства на ремонт крыши в сорок восьмом доме. Людмила Ивановна слушала похвалы с выражением лица человека, который точно знает себе цену.
Через час дело дошло до подарков.
Брат Димы, Лёша, вместе со своей женой Алиной торжественно внесли огромную коробку.
— Мам, это плазма! Последняя модель, смарт-тв, все дела!
Радостно сообщил Лёша.
— Чтобы ты свои сериалы в хорошем качестве смотрела.
Гости одобрительно загудели. Людмила Ивановна просияла.
— Спасибо, сыночек. Удружили. Ну, а теперь старшенький.
Она перевела ожидающий взгляд на Диму. Тот расправил плечи, прокашлялся и толкнул Настю локтем в бок.
— Мама. Мы с Настей хотим пожелать тебе здоровья. Ты у нас стержень всей семьи. И чтобы ты ни в чем себе не отказывала, мы решили подарить конверт. Сама купишь, что душа пожелает.
Настя встала. Она открыла сумку, достала бордовый конверт и обошла стол. Гости притихли, наблюдая за процессом.
Она положила подарок прямо перед свекровью, рядом с ее тарелкой.
Людмила Ивановна опустила взгляд. Ее идеальные брови дрогнули. Она узнала плотный картон. Узнала цвет. И, что самое главное, она увидела въевшееся жирное пятно в левом нижнем углу.
— Что это?
— Наш подарок.
Голос Насти звучал без всякого напряжения, словно она зачитывала итоговую смету заказчику.
— Открывайте, Людмила Ивановна. Пусть все порадуются. Вы же любите, когда все открыто и на людях.
— Настя, сядь на место.
Прошипел Дима со своего стула. Он почувствовал, что сцена идет не по его сценарию.
Свекровь поджала губы. Она взяла конверт двумя пальцами, словно он был испачкан чем-то токсичным, и надорвала край. Внутри, ожидаемо, было пусто.
На скулах именинницы выступил неровный красный румянец.
— Он пустой.
Констатировала Людмила Ивановна, бросив картон на скатерть.
— Совершенно верно.
Настя кивнула.
— Там ровно та же сумма, которую вы вручили нам полтора года назад на нашей свадьбе. В этом же самом конверте.
Дядя Коля перестал жевать. Алина вытянула шею, чтобы лучше видеть происходящее. Над столом повисла тяжелая, неловкая пауза, прерываемая только гудением кондиционера под потолком.
— Ты что несешь?
Дима вскочил с места. Лицо его пошло пятнами.
— Мама тогда просто забыла положить деньги! Я же тебе объяснял! Ошиблась в суматохе! Зачем ты этот позор сейчас устраиваешь?
— Ошиблась?
Настя перевела спокойный взгляд на мужа.
— Тогда спроси свою маму, что она сказала мне на следующий день в офисе ТСЖ.
Она снова посмотрела на свекровь. Людмила Ивановна молчала, сверля невестку тяжелым взглядом.
— Напомнить ваши слова?
Спросила Настя.
— «Я не собираюсь спонсировать твои амбиции за свой счет. Считай это моим принципиальным решением». Было такое?
— Ты бессовестная хамка.
Наконец выдавила из себя свекровь, стараясь сохранить остатки достоинства перед замершей родней.
— Пришла на мой юбилей, ешь за моим столом и смеешь меня отчитывать? Я жизнь прожила, я имею право решать, кому и как помогать!
— Имеете полное право.
Согласилась Настя.
— А я имею право возвращать долги. Вы подарили нам пустышку на свадьбу, которую я оплатила из своего кредита. Я просто вернула вам ваш же подарок. Кстати, конверт подлинный. Вон, пятно от рыбы, которое дядя Коля тогда случайно поставил.
Дядя Коля при этих словах втянул голову в плечи.
Дима обогнул стол и схватил жену за локоть. Хватка была жесткой.
— Извинись перед матерью. Немедленно.
— Отпусти.
Настя выдернула руку.
— Ты ненормальная.
Дима повысил голос, окончательно выбирая сторону.
— Ты опозорила нас перед всей родней. Не можешь вести себя как нормальный человек — проваливай отсюда.
— С удовольствием. Смета закрыта.
Настя развернулась и пошла к выходу. Она забрала свое пальто из гардероба и вышла на улицу. Воздух был прохладным. Она не стала вызывать такси, а просто дошла до остановки и села в пустую вечернюю маршрутку. На душе было на удивление спокойно.
Прошло три недели.
Настя стояла на стремянке в пустой новостройке, прикладывая лазерный уровень к неровной стене. Договор аренды на маленькую студию она подписала через два дня после юбилея, быстро собрав свои вещи, пока Дима был на работе.
В кармане комбинезона завибрировал телефон. На экране высветилось имя мужа. Первую неделю он писал гневные сообщения, требуя извинений за испорченный праздник и угрожая подать на развод первым. Настя просто игнорировала этот поток эмоций. Сейчас она решила ответить.
— Да.
— Слушай, Настя.
Голос Димы звучал буднично, словно они расстались утром перед работой.
— А где у нас гарантийный талон на робот-пылесос? Он базу перестал видеть.
Настя опустила уровень и усмехнулась.
— Понятия не имею.
— В смысле? Ты же бумаги собирала перед отъездом. Поищи у себя. Мне надо в сервис его везти. Мама звонила, жалуется, что у нее спина болит самой полы мыть.
— Дима. Мы разъехались три недели назад. Твой пылесос — твоя проблема.
— Да ладно тебе дуться.
Он вздохнул с интонацией старшего брата.
— Ну психанула, бывает. Возвращайся давай. Мама остынет со временем, как-нибудь разрулим эту ситуацию. Мне без тебя даже квитанции за коммуналку оплатить некому, там пеня уже капает.
— Разруливай сам.
Она сбросила вызов, убрала телефон в карман и снова взялась за рулетку. Впереди был большой объект, и тратить время на чужие нестыковки в бюджете она больше не собиралась.
