— Ты не те носки берешь.
— Какая разница!
Валерий нервно запихнул в дорожную сумку скомканный черный клубок ткани.
— Те, не те. Тебе лишь бы придраться. Я и так ухожу. Чего тебе еще надо?
— Это мои шерстяные носки. Я их в прошлом году на ярмарке покупала. Положи на место.
Валерий замер. Его плечи напряглись. Он разжал пальцы, и носки упали поверх брошенной на кровать куртки.
— Мелочная ты, Лизка.
Он отвернулся к шкафу и принялся сгребать с полки футболки.
— У человека жизнь рушится, а ты за носки трясешься. Никакого сочувствия. Мы же семья вроде как были.
Лиза остановилась в проеме спальни. Руки она спрятала в карманы домашних брюк.
— У тебя жизнь рушится не из-за носков. А из-за того, что ты решил стать великим бизнесменом. Инвестором в японские автомобильные диски.
— Это был верный канал!
Валерий резко развернулся. В его голосе зазвучала знакомая, заезженная пластинка несправедливо обиженного гения.
— Аркаша клялся здоровьем, что таможня даст добро! Это проверенная схема! Кто же знал, что их тормознут, а поставщик просто растворится? Это форс-мажор!
— Форс-мажор — это ураган на побережье.
Лиза смотрела на мужа абсолютно ровно. Все эмоции выгорели еще вчера вечером.
— А занять бешеные деньги у людей, которые вчера обещали переломать тебе ноги прямо на нашей лестничной клетке — это тупость. Собирай вещи. У тебя меньше часа.
Она не повышала голос. Вчера в дверь позвонили двое очень вежливых, крепких парней. Они не кричали. Не ломали мебель. Они тихо и доходчиво объяснили, чьи именно деньги потерял Валерий. И дали срок.
Доля мужа в их ипотечной двушке ровно покрывала этот долг. Утром они съездили к нотариусу. Теперь жилье принадлежало только Лизе. Долги остались проблемой Валерия. Решать эту проблему на своей территории она не собиралась.
— Куда я пойду?
Голос Валерия мгновенно потерял напор и стал заискивающим.
— Сними мне хоть комнату на первый месяц. Ты же в своей логистике нормально получаешь. Не бросишь же ты меня на улице?
— У тебя есть твой надежный партнер Аркаша.
Лиза отступила в коридор.
— К нему и иди. Или ищи работу.
— Какую работу?
Валерий схватился за голову.
— Меня теперь везде пасти будут! Мне светиться нельзя!
— Значит, ищи такую, где платят каждый день наличными и не спрашивают фамилию. Грузчиком. На стройку. Мне всё равно.
Она уже развернулась, чтобы уйти на кухню, когда входная дверь распахнулась. Валерий забыл повернуть внутренний замок, когда выходил курить на лестницу.
— А вот и я! Сюрприз!
В прихожую ввалилась объемистая дорожная сумка на колесиках. Следом за ней появилась Людмила Захаровна. На ней был стильный бежевый плащ, а шею украшал яркий шарфик.
Свекровь выглядела так, словно приехала с курорта, а не с другого конца города в промозглый будний день.
— Мам?
Валерий выскочил из спальни.
— Ты что тут делаешь? Мы же не договаривались!
— Сюрпризы не планируют, сыночек.
Людмила Захаровна победно оглядела прихожую и пристроила свою сумку прямо на коврик у порога.
— Лиза, принимай постояльца! Я к вам на неопределенный срок.
Лиза не сдвинулась с места.
— Здравствуйте, Людмила Захаровна. В смысле — постояльца?
— В прямом!
Свекровь по-хозяйски стянула плащ и повесила его на ближайший крючок, сдвинув куртку Лизы в сторону.
— Я, деточки, решила заняться пассивным доходом. Хватит на пенсию копейки считать. Сдала свою квартиру.
Валерий нервно сглотнул. Он переводил взгляд с матери на жену и обратно.
— Кому сдала? Как сдала? Мам, ты шутишь?
— Какие шутки!
Людмила Захаровна возмущенно махнула рукой и прошла мимо них прямо в гостиную.
— Нашлась приличная пара. Айтишники! Работают из дома, не пьют, не курят. Заплатили за три месяца вперед плюс залог! Я договор в интернете скачала, все чин чином.
Она остановилась посреди комнаты и критически оглядела расстановку мебели.
— Так, вот этот диван надо будет к окну переставить. А то телевизор отсвечивает. И шторы эти темные снимем. У меня в сумке светлые лежат, я привезла.
— Людмила Захаровна.
Лиза шагнула следом за свекровью в гостиную.
— Вы сдали свое жилье, не спросив нас, и приехали жить сюда?
Свекровь резко повернулась. В ее взгляде не было ни капли смущения. Только уверенность женщины, которая считает себя гениальным стратегом.
— А кого мне спрашивать?
Она усмехнулась.
— Это родовое гнездо! Квартира в браке куплена? В браке. Валера тут прописан? Прописан. Значит, половина его. А где половина моего сына, там и мое место.
Людмила Захаровна опустилась на диван.
— Мы семья. Надо поддерживать друг друга. Тем более, с этих денег я буду покупать хорошие продукты. Так что вам же легче, экономия сплошная!
— Мам, ну ты вообще не вовремя!
Валерий метался по комнате.
— Зачем ты это сделала? Отдай им деньги обратно! Скажи, что передумала! Затопило там, трубы прорвало, что угодно скажи!
— Валера, не мели чепуху.
Свекровь отмахнулась от него, как от назойливой мухи.
— Какие деньги обратно? Я уже половину на депозит положила под проценты. Я теперь инвестор. Буду капитал приумножать. Учитесь, пока мать жива.
Лиза почувствовала, как уголок губ дернулся сам собой. Семейная тяга к рискованным инвестициям явно передавалась генетически.
— Выкладывай свои вещи обратно.
Людмила Захаровна заметила выглядывающий из спальни край спортивной сумки сына.
— Куда это ты собрался? В командировку?
— Мам…
Валерий бросил отчаянный взгляд на жену.
— Лиз, скажи ей.
— А что Лиза?
Свекровь с вызовом посмотрела на невестку.
— Я к сыну приехала. В его законную половину. Выделите мне место в спальне, а сами тут на диване перекантуетесь. Не баре. Тем более, вы целыми днями на работе.
Лиза спокойно смотрела на эту женщину. Два года назад, когда они только въехали в эту двушку с голыми стенами, Людмила Захаровна заявила, что молодежь должна выкручиваться сама. Не дала ни копейки на ремонт.
Зато теперь, когда запахло выгодой, «молодежь» срочно понадобилась для оптимизации расходов.
Лиза достала телефон.
— Что ты там ковыряешься?
Людмила Захаровна недовольно прищурилась.
— Я с тобой разговариваю. Ты почему с матерью мужа не здороваешься толком? Никакого уважения к старшим.
Лиза разблокировала экран. Нашла папку с утренними аудиозаписями. Она сделала ее для себя, когда они ехали в машине к нотариусу. На всякий случай.
Она нажала на воспроизведение. Звук был выведен на максимальную громкость.
Из динамика раздался истеричный, срывающийся голос Валерия:
«Лизонька, не выгоняй меня сразу! Они меня закопают! Я все подпишу, отказ от всей доли, забирай всю квартиру, только скажи этим людям, что я гол как сокол! Я отработаю! Хоть дворы мести пойду! Только спаси!»
Затем на записи прозвучал ровный ответ Лизы:
«Мы едем к нотариусу прямо сейчас. Подписываешь бумаги. Вечером собираешь вещи и съезжаешь. Твои проблемы с долгами меня больше не касаются.»
Запись оборвалась.
Людмила Захаровна сидела на диване, не меняя позы. Она переводила непонимающий взгляд с телефона на побледневшего сына.
Никакого театрального хватания за сердце. Никаких закатанных глаз. Просто медленное, тяжелое осознание того, что ее финансовый план только что дал серьезную трещину.
— Валера?
Голос свекрови потерял всю командирскую уверенность.
— Какие люди? Какой отказ от доли?
Валерий попятился к коридору.
— Мам, я же просил тебя не лезть!
Он судорожно махнул рукой.
— Я попал на деньги! На большие деньги! Квартира теперь полностью Лизина. По документам. С сегодняшнего утра. Моей половины тут больше нет.
Людмила Захаровна посмотрела на невестку. Взгляд был уже не хозяйский. Он пытался найти лазейку.
— Но прописка-то у него осталась.
Она заговорила тише.
— Ты же не выгонишь его в никуда…
— Квартира моя.
Лиза убрала телефон.
— Документы переоформлены. Жить он здесь не будет. И вы тоже. Где вам обоим ночевать — решайте сами.
— Да как же так…
Свекровь растерянно обвела взглядом чужую гостиную.
— А мне куда? Я же ключи этим айтишникам отдала. И деньги на счет перевела. Если я сейчас договор расторгну, они с меня неустойку потребуют! И залог не вернут!
— Значит, самое время проверить вашу инвестиционную стратегию на прочность.
Лиза кивнула в сторону коридора.
— Валера как раз ищет работу. Сможет снять вам отличную комнату где-нибудь на окраине.
Валерий молча метнулся в спальню. Он закинул последние вещи в сумку и застегнул ее.
Людмила Захаровна тяжело поднялась с дивана. Вся ее стать куда-то пропала. Она медленно пошла в прихожую, шаркая ногами по полу.
Подойдя к своей дорожной сумке, она попыталась вытянуть ручку. Механизм заело. Свекровь дернула раз, другой.
— Вырастила на свою голову.
Она процедила это сквозь зубы, глядя на сына.
— Инвестор недоделанный.
Она схватила сумку за боковую ручку и потащила ее на лестничную клетку. Валерий выскочил следом. Он даже не посмотрел на жену.
Через неделю Лиза вызвала мастера и полностью сменила замки. От общих знакомых она узнала, что Людмиле Захаровне пришлось со скандалом выселять квартирантов и платить им немалую неустойку из тех самых депозитных денег.
Валерий действительно устроился на работу с ежедневной оплатой. На круглосуточную автомойку. Японские диски сами себя не окупят.
