По плитке в прихожей с грохотом прокатились колёсики пухлого дорожного баула. Ксения вышла из ванной в мягком махровом халате и замерла у проёма.
На коврике у входа пыхтел её муж Роман, затаскивая внутрь картонную коробку с мультиваркой.
За его спиной цокала каблуками бывшая супруга Лариса в бежевом плаще, с крупными золотистыми клипсами в ушах и с пластиковой переноской в руках.
— Я уже пообещал бывшей пожить у нас, подвинешься! — с порога объявил муж, пристраивая коробку прямо возле скамьи.
— Ромочка, только осторожнее с углом! — капризно протянула Лариса, поправляя перед зеркалом воротник плаща.
— Там у меня стеклянная утятница! И вообще, закрой дверь, сквозняк тянет! У Буси стресс от переезда, а у меня с утра мигрень!
Ксения пристально глянула на благоверного. На его редеющей макушке прилип какой-то пух, а клетчатая рубаха выбилась из джинсов. За два года брака Роман впервые выкинул подобный номер.
Познакомились они, когда Ксении исполнилось сорок пять. Свою просторную двушку с широкой лоджией она купила ещё за пять лет до ЗАГСа.
Продала наследную бабушкину хрущёвку, добавила накопления и два года без отпусков закрывала ипотеку.
Роман тогда перебрался к ней с одним спортивным саквояжем. При разводе с Ларисой после двенадцати лет брака он благородно оставил первой жене их общую квартиру.
Этим поступком муж гордился невероятно. Его маменька Вероника Трофимовна при каждом удобном случае величала сыночка святым человеком.
Правда, чужая святость всегда оплачивалась из кошелька Ксении. То Роман ползарплаты отдаст маменьке на платные анализы, то возьмёт себе в кредит новенький лодочный мотор.
Коробка с этим мотором до сих пор занимала пол-лоджии, а коммуналку и продукты тянула жена.
Буквально вчера Ксения сняла со счёта годовую премию и убрала розовый конверт с надписью «На окна» в обувную коробку на нижней полке шифоньера — ровно к десяти утра должна была приехать бригада мастеров стеклить лоджию.
— Роман, ты адресом не ошибся? — с нажимом спросила Ксения, загораживая проход в зал.
— Какое ещё «пожить у нас»? У Ларисы своя квартира имеется, которую ты ей при разводе подарил!
— Да сдала я ту квартиру! — огрызнулась Лариса, бесцеремонно обходя Ксению и ставя переноску с рыжей кошкой на комод.
— Пустила жильцов на целый год по договору! Если я их сейчас выгоню, мне неустойку втридорога платить придётся!
— А сама где до сегодняшнего утра жила? — поинтересовалась Ксения.
— Не твоё дело! — отмахнулась гостья, расстёгивая пояс плаща.
— Обстоятельства у меня изменились! Мой ухажёр оказался мелочным жмотом и тираном. Я с таким мужланом под одной крышей оставаться не намерена!
— Вот именно, Ксюша, не будь сухарём! — тут же подхватил Роман, угодливо вешая плащ бывшей поверх пальто жены.
— Лара мне не чужая! Двенадцать лет вместе пуд соли съели! Надо по-человечески выручать близких в трудную минуту!
— Выручать за мой счёт и на моих квадратных метрах? — уточнила Ксения.
— Ой, ну началось! — поморщился муж и махнул рукой.
— Подумаешь, твои метры! Я тебе муж или кто? Не на вокзал же мне её везти! Поживёт у нас пару месяцев, пока с жильцами вопрос не решится!
Вам попадались такие благородные рыцари за чужой счёт?
Сами в квартире жены даже временно не прописаны, зато хозяйскими комнатами распоряжаются как личным поместьем! Ксения тут же вспомнила соседку с четвёртого этажа.
Та прошлой зимой пустила золовку на недельку переждать ремонт труб, так нахалка до сих пор в хозяйском халате по балкону расхаживает и владелицу с кухни гоняет.
— Значит так! — Ксения шагнула к комоду и взялась за ручку переноски.
— Никаких «пару месяцев» тут не будет. Вызывайте такси, грузите баулы обратно и поезжайте к Веронике Трофимовне. У свекрови две комнаты, вот там и спасайте друг друга!
— Ты в своём уме?! — взвизгнула Лариса, отпихивая руку Ксении от кошки.
— У Вероники Трофимовны первый этаж, из подвала сыростью тянет! И до моей парикмахерской полтора часа на двух маршрутках трястись! А от вашего подъезда мне десять минут пешком!
— Тем более чудно! — язвительно отозвалась Ксения.
— Снимешь себе комнату поблизости, раз на квартирантах неплохо зарабатываешь!
— Рома, ты слышишь, как она со мной разговаривает?! — Лариса картинно прижала ладони к щекам и повернулась к бывшему мужу.
— Ты же мне вчера клялся, что ты в доме хозяин! Велел спокойно собирать вещи и ни о чём не волноваться!
— Ларисочка, не волнуйся, тебе вредно! — засуетился Роман и грозно набычился на жену.
— Ксюша, прекрати закатывать концерты! Я сказал — Лара останется здесь! От тебя не убудет!
Лариса, даже не сняв сапог, протопала прямо в спальню и распахнула дверцы шифоньера.
Ксения от такой незамутнённой наглости обомлела и двинулась следом. Гостья уже деловито сдвигала вешалки с блузками хозяйки в один угол.
— Освободи мне три полки и половину штанги! — не оборачиваясь, скомандовала Лариса.
— У меня кашемировые пальто, им теснота вредна! И вообще, Рома, почему в маленькой комнате с лоджией какой-то коробкой с мотором воняет? Я там спать не лягу, у меня мигрень разыграется!
— А где же ты, интересно, спать собралась? — вкрадчиво спросила Ксения, прислонившись плечом к косяку.
— Здесь, разумеется! — Лариса ладонью похлопала по широкой кровати Ксении с новым ортопедическим матрасом.
— Мне врач прописал только жёсткое основание для спины! А вы с Ромочкой вон в зале на раскладной тахте отлично поместитесь!
— Да-да, Ксюш, мы в зале ляжем, не развалимся! — затараторил Роман из-за спины жены.
— Ты пока бельё постельное свежее достань, Ларе с дороги прилечь надо! А я кошачий лоток в ванной устрою!
Из прихожей тут же донёсся шорох. Роман задел ногой бумажный кулёк с древесным наполнителем, и серые гранулы веером раскатились по плитке.
Кошка Буся в переноске надрывно замяукала. Лариса брезгливо поморщилась и направилась на кухню, без спроса хлопая дверцами гарнитура.
— Дикость какая! — протянула она, заглядывая под крышку чугунной жаровни, где с утра томилась тушёная картошка со свиными рёбрышками.
— Вы что, свинину едите? От неё же сплошной холестерин и изжога! Ладно, Ксения, отваришь мне к обеду индейку на пару и брокколи, только без соли!
Ксения вошла на кухню, встала у обеденного стола и упёрлась взглядом в мужа. Роман виновато потоптался у входа, но под требовательным взором бывшей снова надул щёки.
Ему явно хотелось выглядеть перед Ларисой настоящим командиром, который одним словом строит нынешнюю жену.
— Индейка отменяется! — отбрила Ксения.
— Даю вам обоим десять минут. Забираете мультиварку, баулы, кошку и освобождаете мою квартиру!
— Что ты заладила: «моя, моя»?! — взорвался Роман, стукнув ладонью по краю стола.
— Мы в законном браке! Я тут такие же права имею! Попробуй только Лару выставить!
Тут телефон в руке Романа зазвонил. Муж мгновенно просиял, нажал на кнопку и демонстративно положил трубку на стол, включив громкую связь.
Из динамика полился зычный, не терпящий возражений голос Вероники Трофимовны:
— Ромочка, сынок, ну как вы там, уже устроились? Ларисочка доехала? Ты смотри, чтобы Ксения свой гонор не показывала!
— Мамуль, да Ксения тут как с цепи сорвалась! — немедленно наябедничал Роман.
— Гонит Лару на улицу, представляешь? Угол человеку пожалела!
— Что-о?! — заклокотала в трубке свекровь.
— Ксения, ты меня слышишь?! Умерь свой гонор немедленно! Ромочка — святой человек, бывшую жену в беде не бросил, а ты как собака на сене сидишь в двух хоромах!
Будь умницей, уступи Ларисочке спальню и не позорься перед людьми!
— Вероника Трофимовна! — звонко ответила Ксения, наклонившись к телефону.
— Раз вы такая сердобольная, диктуйте таксисту свой адрес! Через пятнадцать минут Лариса вместе с вашим святым сыночком будут у вашего подъезда!
— Да как ты смеешь матери перечить?! — взвился Роман.
А Лариса вдруг насмешливо ухмыльнулась и расстегнула свой лаковый ридикюль. На тумбу в прихожей она демонстративно бросила знакомый розовый конверт с надписью «На окна».
— Можешь не надрываться, милочка! — с торжествующей улыбкой заявила гостья.
— Никуда я отсюда не уеду! Ромочка ещё утром, пока ты в ванной плескалась, выдал мне твою заначку из шкафа!
Мы из неё и грузчикам заплатили, и мне на первое время оставили!
Ксения в два шага оказалась в спальне и глянула на нижнюю полку шифоньера. Обувная коробка стояла без крышки, совершенно пустая.
— Роман, ты без спроса вытащил мои деньги на остекление лоджии и отдал чужой бабе?! — у Ксении даже голос оборвался от такого предательства.
— А что такого?! — вызывающе огрызнулся муж, пятясь к порогу.
— Там не так уж и много было! Грузчики нынче втридорога дерут, плюс такси по двойному тарифу из-за Буси! Считай, из семейного бюджета позаимствовал!
И вообще, раз ты так себя ведёшь, уезжай-ка ты сама на выходные к себе на дачу! Проветришься, подумаешь над своим поведением!
— Правильно, сынок! — одобрительно прогудела из динамика Вероника Трофимовна.
— Бюджет у вас общий, нечего ей крысятничать по коробкам! Пусть катится на дачу и остынет, а вы с Ларисочкой садитесь обедать!
Лариса победно вздёрнула подбородок и направилась обратно к шифоньеру развешивать свои пальто. Роман подхватил веник и принялся как ни в чём не бывало сметать рассыпанный наполнитель.
Оба ни секунды не сомневались, что тихая Ксения сейчас проглотит обиду, утрётся и покорно поплетётся собирать дорожную сумку на автобус.
Ксения медленно присела на край скамьи в прихожей и прижала ладони к коленям. Из кухни всё ещё доносились поучения свекрови, а муж деловито шуршал веником у её тапочек.
Два года она берегла самолюбие этого великовозрастного страдальца, кормила, обстирывала и слушала сказки про его необыкновенное благородство.
А он просто выгреб её премию из шкафа, отдал бывшей жене и выгоняет хозяйку из собственной квартиры на дачу. И ведь в своей голове он всё равно оставался порядочным мужиком!
В этот миг в прихожей требовательно загудел домофон. Ксения посмотрела на настенные часы — ровно десять утра.
Растерянность сняло как рукой. Она выпрямилась, сняла трубку домофона и нажала кнопку открытия подъездной двери.
— Ты кого это сюда пустила? — насторожился Роман, замирая с веником.
Вместо ответа Ксения подошла к тумбе, одним движением забрала свой розовый конверт и пересчитала купюры.
Не хватало приличной части, ушедшей на грузчиков и такси Ларисы. Ксения сунула конверт в карман халата и распахнула входную дверь.
На площадке стояли двое плечистых мастеров в рабочих комбинезонах. Они как раз прислонили к стене тяжёлые стеклопакеты и внесли ящик с инструментами.
— Хозяйка, доброе утро! — басовито поздоровался старший мастер.
— Ну что, принимаем работу? Лоджию под остекление освободили?
— Почти освободили, ребята! — звонко сказала Ксения, глядя прямо в глаза мужу.
— Тут у нас небольшая заминка вышла! Мой супруг только что без спроса распотрошил конверт с деньгами, которые я вам на оплату отложила!
— Ксюша, ты чего при людях несёшь?! — прошипел Роман, густо заливаясь румянцем, а Лариса выскочила из спальни с пальто в руках.
— Так что, мальчики, раз наличных у мужа не хватает, забирайте в счёт оплаты вон ту заводскую коробку на лоджии! — Ксения указала пальцем в сторону комнаты.
— Там совершенно новый лодочный мотор, муха не сидела! За полцены с руками оторвут!
— О, лодочный мотор — вещь в хозяйстве нужная! — охотно оживился второй мастер, шагая через порог.
— Давай, напарник, сейчас мигом в наш фургон спустим!
— Стойте! Не смейте трогать мотор! — заорал во всё горло Роман, кидаясь наперерез рабочим.
— Я за него ещё кредит не выплатил!
— Тогда у тебя ровно одна минута, благородный! — рубанула Ксения.
— Выворачивай свой бумажник и докладывай в конверт всё до копейки, что ты утром потратил на грузчиков и такси своей бывшей! Время пошло!
— Рома, отдай ей сейчас же из своих отпускных! — взвизгнула Лариса, пятясь от плечистых монтажников к комоду.
— Какой позор! Ты же хвастался, что она у тебя шёлковая и слова поперёк не пикнет!
Роман, обливаясь потом под насмешливыми взглядами рабочих, лихорадочно вытряхнул из своего портмоне сложенные купюры и сунул их Ксении.
— На, подавись своими деньгами! — сквозь зубы выдавил он.
— Только мотор не трогайте!
— Деньги на месте, отлично! — Ксения пересчитала наличные и повернулась к мастерам.
— Ребята, и ещё одна просьба за отдельную плату. У вас в машине новый дверной замок найдётся?
Нужно прямо сейчас врезать, а то у меня тут посторонние лица без прописки хозяйничать пытаются!
— Да без проблем, хозяйка, за пятнадцать минут новый замок поставим! — ухмыльнулся старший мастер и повернулся к Роману.
— Слышь, командир, давай-ка забирай свой мотор с лоджии и баулы с прохода убирай! Нам рамы носить надо, не мешайся под ногами!
— Ксюша, ты чего творишь?! — растерялся Роман, когда Ксения сняла с верхней полки его спортивный саквояж и поставила рядом с коробкой Ларисы.
— А мне куда деваться?
— К Веронике Трофимовне на первый этаж! — отрезала Ксения, забирая с тумбы его ключ от квартиры.
— Ты же сам пообещал Ларисе пожить вместе? Вот я вашему счастью и не мешаю! Забирай мотор, бывшую жену, кошку и проваливай!
Под пристальным взором двух крепких мужиков с монтировками и перфоратором Роман спорить не решился.
Пыхтя и багровея от натуги, он взвалил на себя тяжёлую коробку с лодочным мотором, подхватил саквояж и баулы, а Лариса, проклиная бывшего мужа на весь подъезд за враньё и жмотство, вцепилась в переноску с Бусей и коробку с мультиваркой.
Из забытого на столе телефона Романа ещё долго неслись вопли свекрови, пока Ксения не нажала кнопку отбоя и не выставила аппарат за порог.
Прошло два месяца. На светлой, утеплённой лоджии Ксения поставила мягкое плетёное кресло и столик со шкатулкой для рукоделия.
А вот «благородное» воссоединение Романа и Ларисы у Вероники Трофимовны, как со смехом поведала соседка с четвёртого этажа, чья сестра жила со свекровью на одной площадке, продлилось ровно две недели.
Две хозяйки вдрызг разругались из-за кошачьего лотка Буси в тесной прихожей и немытой кастрюли на плите.
В итоге свекровь со скандалом выставила Ларису к её дальней тётке, а самого Романа заставила мыть полы и отдавать всю зарплату за коммуналку и продукты.
Вчера вечером почти уже бывший супруг подкараулил Ксению у автобусной остановки.
Он долго плёлся рядом и ныл, что из-за её бессердечия он надорвал поясницу, таща коробку с мотором на мамин балкон, и теперь Ксения по совести обязана возместить ему хотя бы половину суммы за Ларисиных грузчиков и дорогую мазь для спины.
