— Зажралась, купи моей маме машину! — кричал Денис, размахивая перед лицом Валерии глянцевой брошюрой дилерского центра.
На кухонном диване с видом оскорблённого достоинства сидела свекровь Тамара Львовна и постукивала ложечкой по чашке с чаем. Валерия только что вернулась из офиса инвестиционного банка, где закрывала квартальную сделку, и ещё даже не успела снять деловой жакет.
Она посмотрела на приколотый к брошюре счёт на оплату.
— Два миллиона сто пятьдесят тысяч рублей за новый вишнёвый кроссовер? Денис, ты прекрасно знаешь, что мой годовой бонус в два миллиона сто тысяч завтра утром уходит на досрочное погашение ипотеки за эту квартиру.
Муж возмущённо всплеснул руками и повернулся к матери за поддержкой.
— Вы слышали, мама? Это мы с мамой приняли семейное решение, а она опять единоличницу включает! У неё ипотека под старый низкий процент, она же сильная, ещё десять лет платить может, а родная свекровь должна на электричке с рассадой на дачу трястись!
Тамара Львовна тяжело вздохнула и поправила янтарные бусы на шее.
— Я, Лерочка, тебя по-человечески прошу, имей совесть. Я всю жизнь на заводе в бухгалтерии отработала, сына для тебя с высшим историческим образованием вырастила. А ты в банке миллионами ворочаешь и для семьи копейку жалеешь.
Валерия спокойно положила брошюру обратно на стол. Денис работал экскурсоводом в районном краеведческом музее на полставки, а всё остальное время проводил на диване с планшетом, воображая себя волком фондового рынка.
— Тамара Львовна, я вкладываю деньги в жильё, в котором живёт ваш сын. А если Денис считает, что вам необходим новый кроссовер за два миллиона сто пятьдесят тысяч, он может купить его со своих доходов.
Денис фыркнул и гордо выпятил грудь.
— Между прочим, я в мамину машину свой вклад уже внёс! Мы с мамой сегодня днём съездили в автосалон на Варшавке, выбрали комплектацию с подогревом руля, подписали предварительный договор и внесли сто тысяч рублей задатка!
Валерия внимательно посмотрела на мужа.
— И откуда у тебя сто тысяч рублей на задаток, если в прошлом месяце ты просил у меня на зимние ботинки?
— С биржевой прибыли, откуда же ещё! — самодовольно объявил Денис, косясь на мать. — Я же не зря девять месяцев портфелем управляю! А остаток — два миллиона пятьдесят тысяч — мы по договору должны перевести дилеру завтра до шестнадцати ноль-ноль, иначе салон удерживает сто тысяч штрафа за отказ от выкупленной под заказ машины!
Тамара Львовна победоносно улыбнулась и поднялась из-за стола.
— Вот видишь, Лера, Дениска сто тысяч своих кровных положил! Неужели ты допустишь, чтобы деньги пропали и мы перед менеджером опозорились? Завтра в три часа дня ждём тебя в автосалоне с платёжкой.
Когда за свекровью закрылась дверь, Валерия повернулась к мужу. Девять месяцев назад, устав от его бесконечных разговоров о том, что у него «талант к трейдингу, но нет стартового капитала», она открыла на своё имя отдельный субброкерский счёт на девятьсот тысяч рублей и дала Денису гостевой торговый пароль с запретом на вывод средств.
— Ты снова брал плечо на моём субброкерском счёте, Денис?
— Не лезь в мою стратегию! — огрызнулся муж. — Да, я зашёл с третьим плечом в перспективный второй и третий эшелон! Через пару недель бумаги выстрелят в космос, а пока ты обязана оплатить маме машину со своего бонуса. И не вздумай завтра меня перед матерью в салоне подставить — я ей объявил, что мы покупаем кроссовер пополам!
Денис ушёл в спальню и демонстративно захлопнул дверь. Валерия открыла ноутбук, вошла в основной кабинет владельца брокерского счёта и загрузила отчёт по субсчёту мужа за девять месяцев.
Цифры на экране говорили сами за себя. Из девятисот тысяч рублей стартового капитала на счёте оставалось пятьсот двадцать тысяч. Триcта восемьдесят тысяч рублей «гениальный инвестор» слил на маржинальных сделках с неликвидными акциями лесопилок и региональных энергосбытов, которые падали третью неделю подряд. И главное: ни одного рубля с этого счёта Денис не выводил — у него просто не было прав на вывод.
В десять утра с открытием торгов на Московской бирже Валерия набрала прямую линию дежурного трейдера брокерского департамента Григория.
— Григорий, доброе утро. По моему дополнительному субсчёту отзовите гостевой токен доступа и закройте по рынку все открытые позиции.
— Доброе утро, Валерия Михайловна, — ответил трейдер, сверяясь с терминалом. — Вовремя вы позвонили: там по двум бумагам третьего эшелона до принудительного маржин-колла оставалось полтора процента. Позиции закрыты, чистый остаток средств — пятьсот двадцать тысяч рублей. Куда переводим?
— Закрывайте субсчёт полностью и выводите все пятьсот двадцать тысяч на мой основной безотзывный депозит.
Следом Валерия перевела все два миллиона сто тысяч своего годового бонуса в счёт полного досрочного закрытия ипотечного кредита, получила электронную справку банка о снятии обременения с квартиры и поехала по делам.
В два часа дня её телефон разрывался от звонков мужа. Валерия ответила, когда парковалась у дилерского центра на Варшавском шоссе — ей как раз нужно было забрать в соседнем страховом отделе свой продлённый полис КАСКО.
— Ты где ходишь, Лера?! — кричал в трубку Денис. — Мы с мамой и менеджером Егором уже у стола выдачи сидим, на машину бант вешают! До четырёх часов деньги должны упасть в кассу!
— Я как раз вхожу в шоурум, Денис.
В светлом зале автосалона у вишнёвого кроссовера стояла нарядная Тамара Львовна в новой шляпке и фотографировалась на телефон с букетом искусственных цветов, который вынесли для вручения ключей. Рядом за стеклянным столиком сидел Денис в своём лучшем пиджаке и молодой менеджер Егор с папкой договоров.
— Ну наконец-то! — Тамара Львовна величественно махнула невестке рукой. — Давай, Лерочка, иди в кассу оплачивай, мы с Дениской уже зимние коврики в подарок выбили!

Валерия подошла к столику и спокойно положила перед менеджером свой паспорт для оформления страховки на собственную машину.
— Добрый день, Егор. Вы вчера оформляли предварительный договор на кроссовер и принимали задаток?
— Да, всё верно, — улыбнулся менеджер. — Сто тысяч рублей обеспечительного платежа внесены вчера в пятнадцать сорок. Остаток к доплате за автомобиль — два миллиона пятьдесят тысяч рублей.
— С моей стороны никакой доплаты не будет, Егор. Свою добрачную ипотеку я полностью закрыла сегодня утром, а покупать автомобиль за два миллиона я никому не обещала.
Лицо Тамары Львовны вытянулось. Денис вскочил со стула, заливаясь краской перед молодым менеджером.
— Ты что устраиваешь при людях?! Хочешь показать, что я без твоей подачки маме машину не куплю?! Егор, подавайте заявку на экспресс-автокредит на моё имя на миллион рублей, а второй миллион я сейчас прямо при ней со своего брокерского счёта выведу!
Менеджер Егор неловко повернул к нему монитор кредитного конвейера.
— Денис Леонидович, мы же полчаса назад предварительно отправляли вашу анкету в четыре банка-партнёра. По вашему официальному доходу на полставки в музее и двум открытым кредитным картам пришёл автоматический отказ по всем программам.
Тамара Львовна удивлённо моргнула, глядя на сына.
— Как это отказ, Дениска? Ты же говорил, тебя любой банк с руками оторвёт как крупного инвестора!
— Да зачем мне их кредит, я сейчас живыми деньгами с биржи закрою! — Денис выхватил смартфон, открыл торговый терминал и нажал на вход.
На экране всплыло красное системное окно: «Доступ пользователя аннулирован владельцем счёта. Субсчёт закрыт». Денис судорожно ткнул пальцем в экран второй и третий раз. Его лоб мгновенно взмок.
— Лера… ты что сделала?! Почему меня в терминал не пускает?! Где мои акции?!
— Твои позиции по рынку закрыты сегодня в десять утра, Денис. Счёт принадлежал мне, и я его закрыла, пока ты с третьим плечом не загнал остаток в минус.
Тамара Львовна переводила испуганный взгляд с сына на невестку, прижимая к груди букет для фотосессии.
— Как это — счёт принадлежал ей? Дениска, ты же мне всё лето рассказывал, что сам на бирже полтора миллиона заработал и портфель свой ведёшь!
Валерия достала из сумки распечатанный брокерский отчёт с синей печатью депозитария и положила на стеклянный стол перед свекровью.
— Вот официальный отчёт за девять месяцев, Тамара Львовна. Из моих девятисот тысяч рублей ваш сын потерял на бирже триста восемьдесят тысяч. Ни одной копейки прибыли он за девять месяцев не заработал. А оставшиеся пятьсот двадцать тысяч я сегодня утром вернула на свой депозит.
У Тамары Львовны задрожал подбородок. Она схватила лист отчёта, глазами бывшего заводского бухгалтера сразу выхватив итоговую строчку убытка со знаком минус.
— Триста восемьдесят тысяч убытка на чужих деньгах?! — прошептала свекровь и вдруг резко повернулась к сыну. — Подожди, Денис… А сто тысяч рублей, которые ты вчера при мне со своего телефона в кассу автосалона перевёл, ты откуда взял?!
Денис попятился к витрине с автомобильными дисками, пряча телефон в карман пиджака.
— Мам, я потом дома объясню, не при менеджере же…
— Откуда ты взял сто тысяч, я тебя спрашиваю?! — на весь шоурум закричала Тамара Львовна. — Ты же мне позавчера в моём телефоне автоплатёж за свет настраивал! А ну дай мне очки!
Она трясущимися руками открыла сумочку, достала свой кнопочный телефон, на который приходили банковские сообщения, и пролистала вчерашние уведомления.
— Списание ста тысяч рублей со счёта пенсионный накопительный! — голос Тамары Львовны сорвался на пронзительный визг. — Ты с моей пенсионно-дачной книжки сто тысяч себе перевёл и мне же похвастался, какой ты сын золотой, задаток за мамину машину внёс?!
Менеджер Егор деликатно откашлялся, придвигая к себе бланки заказа-наряда.
— Прошу прощения, Тамара Львовна, но по условиям пункта 4.2 при отказе от выкупа автомобиля до шестнадцати ноль-ноль обеспечительный платёж в размере ста тысяч рублей удерживается дилерским центром. Кроме того, Денис Леонидович вчера вечером отдельно заказал и подписал на своё имя установку спортивного обвеса, тонировки и сабвуфера на сорок пять тысяч рублей, которые уже смонтированы на машину. И в графе «Собственник по ЭПТС» он указал себя, а не вас — пояснил, что у вас вообще водительского удостоверения нет и ездить на кроссовере будет он сам.
В шоуруме повисла оглушительная тишина. Тамара Львовна медленно повернулась к сыну с побелевшими губами.
— Спортивный обвес и сабвуфер?! Записал машину на себя?! То есть ты прикрылся маминой дачей, чтобы вытрясти из жены два миллиона себе на игрушку, да ещё и мои сто тысяч пенсии украл и подарил автосалону?!
— Мама, Лера сейчас доплатит, она не даст ста тысячам сгореть! — взмолился Денис, поворачиваясь к жене. — Лера, ну по-человечески прошу, выручи! Хотя бы сто сорок пять тысяч за задаток и обвес закрой, она же меня со свету сживёт!
— Эти сто сорок пять тысяч, Денис, вы с Тамарой Львовной заплатили за отличный урок финансовой грамотности. А возвращать маме её пенсионные накопления и расплачиваться с салоном за сабвуфер ты будешь со своей зарплаты в музее.
Валерия забрала у администратора свой готовый полис КАСКО, развернулась и пошла к выходу из автосалона. Денис бросился за ней к стеклянным дверям, оставив кричащую мать у стола менеджера.
— Лера, постой! Подожди меня у машины, я сейчас с мамой разберусь и домой приеду!
— В мою квартиру, с которой сегодня снята ипотека, ты больше не приедешь, Денис. Поезжай сразу с Тамарой Львовной на электричке к ней — твои вещи и учебники по биржевой торговле я вечером отправлю вам грузовым такси.
Валерия села за руль своей машины и выехала на залитый солнцем проспект, глядя в зеркало заднего вида, как Тамара Львовна прямо на крыльце автосалона охаживает «гениального инвестора» подарочным букетом.


















