— Я беременна, — улыбнулась жена. Но я сделал вазэктомию три года назад

— Я беременна. Уже пять недель, — сказала Ксюша.

Она положила на стол тест. Две красные полоски.

Я смотрел на пластиковую палочку.

Молчал.

— Макс? Ты не рад? — её голос дрогнул.

— Рад. Очень, — медленно произнес я.

Я поднял на неё глаза.

Она улыбалась. Искренне. Трогательно.

Моя любимая Оксана. Жена.

Она не знала одной детали.

Три года назад я сделал вазэктомию.

Никаких детей у меня быть не могло физически.

Но я продолжал улыбаться.

— Нужно отпраздновать, — сказал я.

— Да! Я позвоню маме! — Оксаночка захлопала в ладоши.

Она схватила телефон. Побежала на кухню.

А я остался в комнате.

Мой план работал идеально.

Я узнал обо всем ровно сто восемьдесят пять дней назад.

В ноябре.

Тогда Ксюха забыла заблокировать экран.

Она пошла в душ. А телефон завибрировал.

Я машинально глянул.

Спишь? Я скучаю по твоим губам. — 23:42

Отправитель: «Аня Ноготочки».

Я не поверил своим глазам.

Пальцы сами открыли переписку.

Там были фото. Голосовые. Признания в любви.

«Аней» оказался некий Вадим.

Молодой тренер из фитнес-клуба.

Туда моя Ксюша ходила три раза в неделю.

Я читал это пятнадцать минут.

Меня трясло. Дыхание перехватило.

Я хотел ворваться в ванную.

Вышвырнуть её вещи. Орать. Крушить.

Но я остановился.

Вспомнил про квартиру.

Семьдесят четыре квадратных метра в центре.

Мы купили её в браке.

Но деньги дал полностью я.

Мои накопления. Мои премии.

Ксюха тогда не работала. Искала себя.

А квартира была оформлена на нас обоих.

Если бы я устроил скандал тогда, мы бы делили всё пополам.

И я решил молчать.

— Значит, терпишь? — спросил адвокат Сергей.

Мы сидели в темном баре. Был декабрь.

— Жду, — ответил я.

— Сколько еще?

— Пока не перепишем дачу и не выведем деньги со счетов.

— Ты рискуешь, Макс. Нервы сдадут.

— Не сдадут.

Я сделал глоток кофе.

— Она вчера просила полмиллиона. На бизнес.

— Дала? — усмехнулся Сергей.

— Дал. Пусть берет. Я всё фиксирую.

Ксюша действительно взяла деньги.

Сказала, что хочет открыть студию флористики.

Но я знал правду.

Вадим в переписке жаловался на долги.

Ему нужен был миллион.

Она перевела ему мои пятьсот тысяч на следующий же день.

Всё это время мы спали в одной кровати.

Мы ужинали вместе.

Она рассказывала мне, как прошел её день.

Я гладил её по волосам.

Говорил, как сильно люблю.

Она целовала меня в ответ.

А по вечерам строчила Вадиму.

Я научился не чувствовать боли.

Я стал машиной.

Мне нужно было обезопасить свои активы.

К февралю 2025 года дача была переоформлена на мою мать.

Счета были обнулены и спрятаны через трасты.

Оставалась только квартира.

И тут Оксаночка преподнесла мне подарок.

Она забеременела.

— Мама с папой приедут в субботу, — щебетала Ксюша.

Мы стояли в коридоре.

Был вечер четверга.

— Отличный повод сообщить им новость, — кивнул я.

— Я приготовлю утку. Ты купишь вино?

— Куплю. Самое лучшее.

Она подошла ближе. Обняла меня за шею.

— Я так счастлива, Максимка.

— Я тоже.

— Ты будешь лучшим папой на свете.

Меня чуть не стошнило.

Но я сдержал улыбку.

Поцеловал её в лоб.

— Иди отдыхай. Тебе теперь нужно беречь себя.

Она ушла в спальню.

Я достал телефон.

Написал сообщение.

Жду в субботу. В 19:00. Приходи, вопрос жизни и смерти.

Отправил.

Адресат: Вадим.

Я нашел его номер еще в декабре.

Сказал ему, что я инвестор.

Что хочу вложиться в его спортивный проект.

Он клюнул.

В субботу нас будет пятеро.

Тесть, теща, Оксана, я и Вадим.

Суббота. Шесть вечера.

Запахи запеченной птицы плыли по квартире.

Тесть с тещей сидели на диване.

— Ну, рассказывайте! Что за повод? — басил тесть.

— Папочка, потерпи. Еще один гость придет, — улыбалась Оксана.

— Гость? Коллега твой, Максим? — спросила теща.

— Вроде того. Партнер, — сухо сказал я.

Раздался звонок в дверь.

Я пошел открывать.

На пороге стоял Вадим.

В дешевом пиджаке. С папкой документов.

— Здравствуйте, Максим Юрьевич, — сказал он.

— Проходи, Вадим. Все уже за столом.

Мы зашли в гостиную.

Оксана стояла у стола с тарелкой в руках.

Она подняла глаза.

Тарелка с грохотом выскользнула.

Осколки разлетелись по ламинату.

— Ой! Ксюха, ты чего? — подскочила теща.

Оксана побледнела.

Она смотрела на Вадима.

Вадим смотрел на нее.

Его челюсть медленно отвисла.

— А вы знакомы? — прищурился я.

— Нет… — пискнула Ксюша.

— Оксан? Что ты тут делаешь? — не понял Вадим.

— Я тут живу. Это мой муж, — прошептала она.

В комнате повисла тишина.

Тесть переводил взгляд с меня на Вадима.

— Макс, что происходит? Кто этот юноша?

Я подошел к столу.

Налил себе полный бокал красного.

Выпил залпом.

— Это, Виктор Петрович, отец вашего будущего внука.

— Что ты несешь?! — завизжала Оксана.

Её лицо покрылось красными пятнами.

Она кинулась ко мне.

— Ты с ума сошел? Мама, не слушай его! Он напился!

— Я трезв как стекло, — я поставил бокал.

Теща схватилась за сердце.

— Ксюша беременна?! От кого?!

— От меня. От мужа! — кричала жена.

— Максим, объясни немедленно, — грозно встал тесть.

Я достал из кармана сложенный лист бумаги.

Медицинское заключение.

Положил на стол.

— Три года назад я сделал операцию. Я стерилен.

— Что? — выдохнула Ксюша.

— Сто процентов бесплоден. Справка из клиники.

Я повернулся к Вадиму.

Тот стоял у двери, вжимаясь в обои.

— А вот наш инвестор.

— Я ничего не знал… — промямлил Вадим.

— Ты спал с моей женой полгода.

— Она говорила, что вы разводитесь! Что ты ее бьешь!

— Я тебя не бью, Оксаночка? — ласково спросил я.

Она плакала. Навзрыд.

Косметика потекла по щекам.

— Максим… Пожалуйста… Давай поговорим…

— Мы говорили. Полгода подряд.

— Ты знал? — ахнула теща.

— Знал.

Я вытащил вторую папку.

Распечатки банковских переводов.

— Вот полмиллиона. Которые доченька ваша отдала этому тренеру. Из моего кармана.

Тесть побагровел.

Он шагнул к Оксане и дал ей звонкую пощечину.

Она упала на колени на осколки.

— Папа! Мне больно! Я же беременна!

— Шлюха! — заорал тесть.

— Тихо, — жестко сказал я.

Я не собирался терпеть крики в своем доме.

— Виктор Петрович. Забирайте дочь.

— Мы уходим. Ноги нашей здесь не будет!

— Минутку, — я достал третий документ.

Это был договор дарения её доли в квартире.

— Подписывай, Ксюша.

— Что? — она подняла заплаканное лицо.

— Квартира моя. Подписываешь отказ от доли. Прямо сейчас.

— Иначе что? — влезла теща.

*— Иначе завтра утром все ее коллеги увидят ее интимные фото с Вадимом. Я отправ

Оцените статью